Елена Ха – Два времени – две судьбы (страница 5)
Соня не хотела превращаться в антиквариат. Она мечтала поездить по Земле, изучить технологии этого мира и слетать на Марс! Она всегда мечтала о космосе, а в этом мире люди уже создали марсианскую колонию. Буквально десять лет назад. Там постоянно пребывало всего двадцать человек, но уже были построены агрегаты для создания атмосферы и через год их обещали запустить, пока же тестировали под огромным куполом. Все эти новости Соне рассказала тётя Зина, потому что ученицам пансиона были доступны только правильные каналы визуатора, где рассказывали о культуре, этикете, животном и растительном мире Земли, даже вскользь не упоминая об экологических проблемах: истощении почв, уменьшении объёма пресной воды и обмелении океанов. Женщины, жёны должны исключительно наслаждаться жизнью, чтобы, не приведи небеса, стресс не вызвал расстройства гормональной системы и нарушения репродуктивной функции.
Соня, как обычно, встала в шесть утра, до общего подъёма был час её личного времени. Кукла ещё спала. Соня задумчиво перелистывала альбом с женихами. Восемьдесят красавцев с идеальными зубами, кожей, волосами, всё как у отборных жеребцов. Билеты на бал среди достойных состоятельных мужчин распределялись после тщательного отбора. Причём отбор начинался ещё на этапе подачи заявки на жену. Кандидатов строго изучали: анализы, родословную и финансовую состоятельность.
Но среди избранных женихов обычно попадалась пара просто очень богатых мужчин. Им не повезло родиться с веснушками, с кривыми ногами и ещё неизвестно какими физическими недостатками, из-за которых человечество ограничило их право на размножение, чтобы не портить генофонд. Но эти «уродцы» были невероятно богатыми людьми, поэтому имели право за баснословные деньги купить себе билет на бал. Вероятность, что хрупкие утончённые девушки, привыкшие к красоте, выберут их, стремилась к нулю, поэтому для государства продажа билетов богачам была просто способом заработать, чтобы потом иметь возможность воспитать следующее поколение жён, а для чиновников ещё и способ подзаработать лично.
«Почему, зная, что их всё равно не выберут, они тратят такие сумасшедшие деньги фактически на ветер?» – думала Соня. В её альбоме была только одна фотография бракованного миллиардера. Вот уже пять минут она всматривалась в его бледное лицо, которое зловеще контрастировало с тёмно-русыми волосами. С фото на неё смотрели блёклые серые глаза, свёрнутый немного влево нос с горбинкой нарушал обычную симметрию, невольно привлекая внимание, губы рассмотреть было невозможно, потому что мужчина так плотно их сжал, что рот превратился в узкую полоску. Внизу под фото были указаны личные данные:
«Айк Ланьчук. 30 лет. Рост 175. Вес 72 кг».
Жених был выше Сони всего на один сантиметр, и весил почти так же.
«Задохлик!» – усмехнулась про себя Соня. Но в нём чувствовался напор, целеустремлённость. На фотографиях все женихи улыбались, кто кокетливо, кто доброжелательно. А он смотрел серьёзно, прямо в душу.
«Тут два варианта: из-за собственных комплексов он хочет всем доказать, что богат настолько, что может позволить себе семью… или он действительно очень хочет семью! Может, и удастся с ним договориться, – размышляла Соня. – Наверняка он понимает, что шансов у него нет, при этом я почти уверена, он не первый раз покупает билет на бал. Что ж, в этот раз ему повезло! В этом выпуске невест буду я».
Девушка грациозно соскочила с кровати, потянулась и прямо в пижаме побежала вниз на кухню. Ей не терпелось узнать, сдержала ли тётя Зина своё обещание принести своей любимице парик и мужскую одежду. Да, Соня очень надеялась, что сможет договориться с Айком и её жизнь не будет как у всех, но решила подстраховаться и перед балом хотя бы одним глазком взглянуть на свободный мир мужчин.
Глава 2
– Роднулечка моя, может, не надо? Не дай Божечки, с тобой что-то случится. Моё сердечко не перенесёт такого удара, – причитала тётя Зина, пока Соня крутилась перед зеркалом, рассматривая свой мужской образ. По её мнению, даже с короткими тёмно-каштановыми волосами, в объёмной чёрной толстовке из какого-то невероятно мягкого материала и в широких джинсах она всё равно была похожа на девочку. Соня перетянула свою пышную грудь, намотала на живот полотенце, но женственности фигуре придавали широкие бёдра. Недовольно хмыкнув, девочка обратила внимание на обеспокоенную повариху.
– Тётечка, ты же знаешь, я тебя люблю, поэтому я обязательно через пару часов вернусь. Я же не хочу, чтобы тебя наказали за помощь в моём побеге, потому что никакого побега не будет. Я просто доеду до города и погуляю.
Тётя Зина с блестящими от слёз глазами и прижатыми к груди руками на выдохе прошептала:
– Я же не о себе беспокоюсь, родненькая ты моя, за тебя!
– Ничего со мной не случится! – успокоила тётушку Соня.
– С тобой, может, и ничего, а вот натворить дел ты можешь!
– Да ладно, тётя Зиночка, обещаю, одна нога здесь, вторая там!
Соня обняла тётушку, заменившую ей в этом мире семью, и неожиданно даже для себя решилась задать вопрос, который мучил её с самого начала:
– Тётя Зина, я давно хотела спросить, почему ты такая добрая именно ко мне?
Помощница повара вздохнула, улыбнулась, мечтательно поднял глаза к небу и сказала:
– Ты мне очень маму напоминаешь. Она такая же светленькая, синеглазая была, и такая же добрая. А ещё ты, когда я первый раз тебя увидела, была такой беззащитной, жутко стеснительной, и все тебя обижали. Наверно, во мне материнский инстинкт включился. И я очень рада, что ты изменилась, стала смелее и мудрее, перестала обращать внимание на ту глупость, что без конца твердят эти штампованные куклы.
Соне было приятно, что тётя Зина заметила перемену в Санье и оценила именно саму Соню, она обняла повариху и прошептала:
– Мне очень помогла твоя поддержка, тётушка. Спасибо тебе.
Тётя Зина всхлипнула. А Соня решила не углублять разговор об изменениях Саньи, девушка не хотела никому рассказывать, что на самом деле она из прошлого, не хотела, чтобы её приняли за сумасшедшую, поэтому перевела разговор в другое русло:
– Так, значит, ты помнишь свою маму? – грустно улыбнувшись, спросила Соня.
– Конечно, помню! Как её можно забыть. Она приходила ко мне каждый вечер, целовала перед сном и рассказывала какое-нибудь стихотворение.
– Это такая редкость, – воскликнула Соня. – Все мои подруги говорят, что они своих мам уже не помнят, потому что их почти не видели, даже когда жили в семье. Но почему ты вспоминаешь о маме с грустью? Ты разве не вернулась к ней, когда тебя отбраковали?
– Ах, милая, ты же знаешь, когда нас забирают из семьи, то лишают не только близких людей, но и фамилий, и даже имён. И увозят подальше. Могут взять девочку где-нибудь в Египетской области и отправить в Вашингтонский округ. После окончания пансиона для служащих, получив свободу передвижения и право устроиться на работу, где мне вздумается, я попыталась найти семью, но все нити оказались оборваны тщательно. Да и позор это, наверно, для родителей – узнать, что их дочь бракованная.
– Позор – это лишать девочек семьи! Я знаю, зачем они это делают. Хотят нас сломать, сделать менее эмоциональными, зацикленными только на себе и своей красоте, чтобы было проще управлять нами, подчинять, хотят, чтобы мы полностью зависели от них… – гневно проговорила Соня, и тут же мотнула головой, прогоняя злые мысли. – Всё, я побегу!
Девушка поцеловала тётю Зину в пухлую щёку и вышла через служебный вход кухни. Спустившись по узкой дорожке к маленькой неприметной калитке, спрятанной в каменном заборе, девушка впервые вышла за пределы пансиона. Она и сама не знала, что ожидала увидеть, но реальность разочаровала своей обыденностью. Вокруг было бескрайнее поле с выжженной солнцем травой, двухполосное шоссе с идеальным асфальтом уходило вдаль. Рядом с калиткой была маленькая парковка. Где сейчас одиноко стоял красный мопед тёти Зины.
Мопеды ХХIV века – это совсем не тоже самое, что мопеды XXI. Когда Соня придумывала свой простой план: дождаться вечернего отбоя, сбежать через служебный вход из пансиона, добраться до города, там побродить по ночным улицам и вернуться, – девушка спотыкалась именно на способе быстро добраться до города. Поделившись с тётей Зиной своими мечтами, она неожиданно узнала, что пышная помощница повара приезжает на работу на мопеде, который сам держит равновесие и придерживается маршрута, оптимально составленного встроенным навигатором. Ехать без конкретной цели ещё проще: просто приложить магнитный ключ к замку.
До города Соня добралась совершенно спокойно по пустому шоссе. Полная луна прекрасно освещала бескрайние поля вокруг. Город наступил как-то неожиданно. Соня помнила, что в прошлом она ездила с семьёй к родственникам в разные города. Все пригороды выглядели примерно одинаково: опустевшие промзоны на въезде сменялись покосившимися домиками и бараками. Но чем ближе к центру, тем чище и оживлённее становились улицы и выше дома. Здесь же город начался внезапно. Просто в какой-то момент появилась череда практически одинаковых высоток из стекла и бетона. В каждом доме было минимум этажей сорок-пятьдесят. Зачем столько жилых площадей в мире, где есть проблема с демографией? Соня знала ответ на этот вопрос, тётя Зина рассказала ей, что в сельской местности давно уже никто не живёт, там людей вытеснили роботы. Маленькие городки тоже опустели. Выжили только крупные. Большинство из них перестроили под современные потребности человека, только в некоторых оставили в центре исторические здания, имеющие особо ценное культурное значение. Современные же города представляли собой ровные ряды однотипных домов, напечатанных на строительных принтерах.