Елена Ха – Аленький цветочек. Снять заклятие Яги (страница 18)

Маша растерянно открыла рот и начала, запинаясь, бормотать:

— Но ведь она…

Андрей Федотович был куда решительнее. Подскочив к Матвею, он схватил того за ворот кафтана и прорычал:

— Ах ты, подлый негодяй! Я отдал тебе свою дочь на год. Ты обещал вернуть ее в целости и сохранности, а теперь ищешь ее у нас на дворе? Говори, что ты с ней сделал!

Гнев отца был искренним, Матвей ни на секунду не усомнился: Аленки здесь нет.

«Но где же она?» — испугался ворон.

— Она сейчас Бабе-яге прислуживает, — опустив глаза долу, проговорила робко Маша.

— Что?! — хором удивились Матвей и Андрей Федотович.

— Я встретила ее в Стольном граде. Она сама мне сказала.

Взволнованный отец гневно сверкнул глазами и начал наступать на растерявшегося мужчину.

— Что ты сделал с моей дочерью? Почему она в услужении у нечисти?

Матвей метнулся к смущенной Маше, крепко схватил за руки и обеспокоенно спросил:

— Как она? Что говорила?

Девушка пожала плечами и искренне ответила:

— Аленка выглядела хорошо и ничуть не изменилась. Увидела нас с Петром и, не раздумывая, кинулась меня защищать, даже не разобравшись. Она добрая и трудолюбивая, поэтому нигде не пропадет.

«Так вот почему Алиса была такой встревоженной, когда вернулась. Она не сама нашла дорогу домой, ее Аленка из плена Ягини вызволила!» — пронзила Матвея догадка.

Он выпустил Машу, глянул на хмурого Андрея Федотовича и торжественно пообещал:

— Я спасу ее от Ягини… — и уже на ходу крикнул, — Ждите сватов!

Матвей бежал спасать доверчивую, наивную девушку, которая влюбилась в чудовище, и которую он сам полюбил. Ворон впервые признался себе в этом, и смесь противоречивых чувств обрушилась на его встревоженное сознание, но он отмахнулся от бесполезных сомнений. Сейчас главным было вызволить Аленку из плена.

Верный конь мчал его к лесу. Но мужчина понимал, что человеком девушку ему не найти. Стоило всаднику оказаться под сенью вековых деревьев, он похлопал Ворона по мощной шее и прошептал ему:

— Ступай домой…

И в следующий миг конь уже легкой трусцой бежал в сторону одинокого домика, на окошке которого сидела лиса. А среди начавших желтеть листьев мелькнула тень ворона. Матвей облетел все окрестности, но знакомой старенькой избушки нигде не было видно. Ворон внутри все стремился куда-то, перед мысленным взором навязчиво представал мрачный замок. Птица рвалась туда. Но человек гнал назойливое видение, представляя испуганное девичье личико с маленьким вздернутым носиком. Однако сопротивляться животным инстинктам было трудно, и в какой-то момент Матвей увидел перед собой тот странный черный замок. К нему по обрыву ловко карабкался маленький мужичок. На его плече болталась безвольной куклой Баба-яга. Плохое предчувствие больно сдавило грудь. И он заметался по округе, гневно каркая. К счастью, за ближайшим холмом он увидел избушку Ягини. Не раздумывая, он кинулся туда, приняв вновь облик человека только у самой двери, которая распахнулась ему навстречу. Мужчина не успел сообразить, а Аленка уже оказалась в его объятиях, громко причитая:

— Матвей, ты здесь?! Как ты здесь оказался? Как хорошо, что ты пришел! Случилась беда! — глотая слезы, жаловалась она, доверчиво прижимаясь щекой к широкой мужской груди, в которой перепуганной стрекозой билось сердце ворона, — Бабусю похитил Соловей-разбойник. Я уверена, это он. Мелкий, но как свистнул, вмиг ураган в домике закружился… Я так испугалась и не знала, что делать.

Матвей обхватил ладонями голову девушки, не удержался, покрыл бледные щеки короткими поцелуями, заглянул в перепуганные родные глаза и решительно ответил:

— Как, что делать? Бежим домой, любимая! Я очень по тебе скучал и кое-что должен тебе рассказать…

Глава 11. Спасение

У Аленки от волнения сердце стучало так, что она почти не слышала, что говорит Матвей, ей хватило одного лишь сказанного слова, чтобы оказаться где-то далеко в радужном мире пушистых облаков и игривых бабочек.

«Любимая! Он правда это сказал, или мне померещилось?» — боясь поверить в свое счастье, думала девушка, тщетно пытаясь загнать рвущуюся наружу радость.

Ее сомнения таяли под ласкающим душу мужским взглядом, ведь в глазах Матвея было море обожания и нежности, и лишь где-то на дне пряталась толика тоски.

— Девочка моя, идем же скорее из этого ужасного дома, подальше от злобной ведьмы! — настойчиво повторил Матвей и потянул Аленку за руку.

Тут избушка возмущенно завибрировала, ей явно не понравилось такое к себе отношение. И девушка встрепенулась, вспомнив, где она и что произошло.

— Матвей, нет, мы не можем бросить Ягиню в беде. Она хоть и ворчливая, и вспыльчивая, но справедливая.

— Справедливая? Она превратила мою жену и дочь в лис, из-за чего Вера погибла! — возмутился мужчина.

— Хорошо, что ты понимаешь, что Вера погибла не из-за тебя, — тихо заметила девушка, несмело погладив мужчину по предплечью.

Матвей рвано выдохнул, взлохматил свои темные волосы и с горящими глазами заверил:

— Да, виновата она — Ягиня! И если бы она сейчас была здесь, я бы сам ее придушил!

— Не сердись на нее. Она обещала, если я ей отслужу год, то она снимет с Алисы заклятие.

Матвей замер, растерянно моргнул и выпустил девичью ладошку из своих теплых рук.

— Правда? Ты действительно согласилась служить этой ведьме год, чтобы спасти мою дочь? — глухо спросил мужчина.

Аленка ласково улыбнулась ему в ответ, сама обняла мужчину, прижалась щекой к его груди и тихо сказала:

— Конечно, бедная девочка… — и тут же с жаром добавила, — Матвей, если я правильно поняла похитителя, Кощей тоже у него в плену. А тебе не будет покоя, пока ты его не спасешь. Ты же око Темного царства. Твой ворон не даст нам быть счастливыми.

Аленка почувствовала, как напрягся мужчина. Он отстранился от нее, вмиг став равнодушным, будто его кто-то в столб превратил. Заговорил Матвей надтреснутым голосом:

— Ты знаешь, что я оборотень?

Девушка кивнула.

— Но откуда? Я тебе не говорил. Яга?

Аленка смущенно опустила глаза и призналась:

— Я видела тебя и Жар-птицу на озере. Если честно, я подумала, что вы пара и тайно встречаетесь. Ну и Ягиня мне потом многое о тебе рассказала. Она сожалеет о том, как все получилось. Ворон, которого ты случайно тогда подстрелил, несколько раз спасал ей жизнь. Поэтому она была так расстроена. Но она не хотела смерти твоей жены. Она думала, что ты станешь вороном полностью. Ты же на ее глазах обернулся тогда впервые? — с тревогой заглядывая в лицо мужчины, спросила Аленка и, получив утвердительный ответ, продолжила, — Бабуся хотела соединить семью. Она сказала, что наложила на твоих девочек заклятье ворона, но они сами превратились в лис. С магией так бывает…

— Это она тебе сказала? — усмехнулся Матвей.

Аленка кивнула.

— И ты ей поверила? — с горечью спросил мужчина.

— Ей не было смысла врать мне. Если бы все это она сказала тебе, тогда можно было бы сомневаться.

Матвей шумно выдохнул, еще раз внимательно посмотрел на стоящую перед ним девушку с открытым светлым личиком и лучистыми добрыми глазами и нерешительно спросил:

— Я встретился с Жар-птицей в надежде, что она сможет сотворить чудо и снять заклятие Яги, но она лишь подарила мне свое перо. Это было еще до того, как мы… Алена, но почему ты согласилась быть со мной? Ты знала, что я чудовище, думала, что я встречаюсь с другой, и все равно согласилась! Почему?

Аленка снова прильнула к своему любимому и горячо зашептала, пытаясь передать хотя бы крупицу тех чувств, что она испытывала по отношению к этому заблудившемуся в себе мужчине:

— Я хотела тебя утешить, принести в твою жизнь хоть крупицу радости, отблагодарить за добро. Ведь ты очень хороший, заботливый, справедливый. В твоем доме я узнала, что такое семья, я была счастлива…

Матвей приподнял покрасневшее от смущения личико девушки за подбородок, заглянул в ее горящие глаза, все, что она сейчас сказала, в них можно было прочитать. В ее искренности и чистоте нельзя было усомниться.

— Ты звездочка, солнечный лучик, осветивший тьму в моей душе. Не уверен, что заслуживаю тебя, но никому не отдам, не смогу! — проговорил мужчина и решительно поцеловал нежные, как лепестки мака, губы. Он был стремителен, будто боялся встретить отпор, но девичий ротик податливо открылся ему навстречу, а нежные руки обвили шею, хрупкое тело доверчиво прижалось. От этой взаимности страсть мужчины выплеснулась наружу огненным столпом, он подхватил любимую под ягодицы и прижал к стене, жадно лаская ее грудь, бедра и торопливо задирая подол сарафана.

— Они тут милуются, понимаешь ли, а Ягиня и Кощей там, в полоне страдают? — раздался визгливый голос рядом.

Матвей тут же поставил девушку на место и обернулся. Из двери торчала зеленая голова Змея Горыныча и сердито хмурила шипастые брови. Мужчина среагировал, как настоящий охотник: быстро осмотревшись, он взялся за ухват и направил его на вмиг растерявшуюся голову.

— А ну, пошла прочь, нечисть поганая! — грозно гаркнул Матвей.

Змей обиженно выпустил дымок из ноздрей и буркнул:

— А сам-то ты кто?

— Как есть нечисть, да еще и предатель! — раздалось снаружи.

— Дезертир! — высказались там же.

Матвей растерянно посмотрел на Аленку, она положила на его могучую грудь ладошки и просительно заглянула в его глаза: