Елена Гром – Неправильная училка (страница 4)

Я отворачиваюсь, про себя обещая этому лихачу самые сложные задания на своем экзамене и стою ровно столько, чтобы он зашел внутрь и не заметил меня в таком виде. Только потом поднимаюсь на кафедру, где мой конфуз конечно замечают.

— Аврора Михайловна, все нормально? У вас нет зонта? — причитает наша вечная сплетница Ольга Дмитриевна. Она пухлая, шумно дышашая мама одиночка, у которой кроме любимого сыночка и социологии радостей в жизни нет. Ее не очень любят студенты, потому что она нудновата на мой взгляд. Просто темы по своему предмету выбирает самые наискучнейшие. О личной жизни своих коллег она рассказывает гораздо охотнее.

— Из лужи обрызгали. Ничего, высохнет.

— Ну во-от…

Она суетится, делает мне кофе, и я благодарно улыбаюсь. На месте уже и Чернов. Коротко махнув всем рукой, тут же убегает по делам. И еще несколько довольно приветливых, но молчаливых преподавателей.

— Окатили из лужи? — поднимает брови Георгий Андреевич и я киваю. — Не удивлюсь, если кто — то из наших мальчиков на своих машинках.

Он преподаватель экономики. Терпеть не может своих студентов и это у них взаимно. Но порой ставит зачеты просто так, чтобы не слышать, как он выражается «Той чуши, что они несут».

Выпив кофе, я понимаю, что нужно спешить на занятие, но пиджак оказывается мокрым, и я его снимаю, оставаясь в одной тонкой рубашке. На вид, все прилично, но чувствую без пиджака себя голой.

Но делать нечего, и я иду на занятие. Парни и девушки уже в сборе, и ради уважения, даже встают, приветствуя меня.

Я не могу не улыбнуться, хотя и делаю это не слишком широко.

— Вы сегодня решили, наконец, нас порадовать и сняли с себя один слой? — Ольховский подмигивает, а я закатываю глаза.

— Это разовая акция, так что можете не обольщаться.

Я быстро пробегаю взглядом фамилии, замечая в журнале Распутина, квадратики которого всегда стоят пустые. Проверяю присутствующих и приступаю к занятию. Он приехал, но не пришел. Какая прелесть. День становится все лучше и лучше.

— Сегодня я приготовила для вас кое — что особенное.

— Особеннее лифака, который можно увидеть сквозь рубашку.

— Гораздо, Ольховский. Гораздо. Сегодня я предложу вашему вниманию самые популярные темы фильмов для взрослых.

Аудитория загудела, но весь вой перебивает грубый, немного хрипловатый голос сбоку, от которого по телу проходит дрожь страха, словно я не в аудитории, а в темном лесу, от которого не знаешь, чего ждать. Не знаешь, какие чудовища бродят во тьме.

— Какие, однако, интересные темы, а я и не знал.

Он стоит расслабленно, безразлично, прислонившись к косяку. Буквально пожирает меня взглядом с ног до головы. Даже трезвый и в чистой белой футболке под кожанкой он все равно выглядит пугающе. Настолько, что я готова перекреститься.

— Вы опоздали, Распутин. Я такое не приветствую.

— Москва, пробки, — он делает шаг внутрь.

Лжец.

— Не стоит обманывать преподавателя, Распутин. Я видела вас пол часа назад, очевидно пробки были по дороге на второй этаж?

— Точно. Из моих поклонниц. Судя по вашим стоящим соскам мы следующая.

Подобная вопиющая наглость просто оглушает. Рубашка мокрая, но я не знаю, как он смог разглядеть там что — то. Я прекрасно понимаю, что теперь каждый студент будет смотреть на мою грудь и демонстративно надеваю мокрый пиджак. Рискую заболеть я сохраняю свою гордость.

— Выйдите, Распутин. Лимит моего терпения уже исчерпан.

— О, очень интересно узнать, что будет за этим лимитом.

— Все, что вам нужно обо мне знать, это то, что я буду принимать у вас экзамен, — зачем он делает шаг ко мне. — Это единственная информация вам доступная. выйдите и закройте дверь с той стороны. Живо!

— А ты не слишком охреневшая для училки в рубашке за пять копеек?

— Я — преподаватель, Распутин, и имею право выгнать вас с занятия. Хотя бы только за ваше неуважительное обращение. Хотя бы за хамство.

— А ты еще не заслужила моего уважения.

— Благо мне это не нужно. Все просто, или вы выходите, или я заканчиваю занятие прямо сейчас.

Тут ребята загудели, начали орать на Распутина, чтобы тот свалил и не мешал им познавать прекрасные темы немецких фильмов. Да, придя раз в полгода, авторитет явно не заслужишь. И я гордо задрала голову, прекрасно понимая, что сегодня выбора у него нет.

Он лукаво улыбнулся и развернулся на сто восемьдесят градусов, и, черт дернул, меня выстрелить ему в спину.

— Только не жалуйтесь никому, что бедная учительница вас третирует.

Он ставит руку на стену, растопыривая пальцы, и поворачивает только лицо.

— Мне то хотя бы есть кому пожаловаться, а вот что будешь делать ты, училка, когда тебя начну третировать я.

Глава 6.

С этим он и выходит, давая мне вздохнуть спокойно. И я даже улыбаюсь с облегчением, приступаю к занятию, но его слова не выходят у меня из головы. И какая часть меня пугает больше — непонятно. То, что он начнёт меня третировать. Или то, что мне действительно не к кому будет обратиться. Да я и не буду обращаться, не привыкла жаловаться, прекрасно помня, что за жалобы прилетает еще похлеще.

Следующие занятия проходят спокойно, но после я нервничаю, потому что пытаюсь найти свою сумку и не могу. В ней ничего особенного, лишь мой старый ноут, который уже приказал работать, но фурычит, и дипломная работа на заказ, которую еще не доделала. Пока ищу, судорожно вспоминаю, сохранила ли свои наработки.

— Может вы дома забыли, — предлагает Чернов, сам уже собираясь, но я качаю головой.

— Я редко что — то забываю. А работу хотела доделать в кафе рядом с вузом, чтобы тут же распечатать.

— Найдется, — улыбается Чернов и выходит с кафедры. Я же продолжаю поиск и иду по аудиториям, где была. Могла взять с собой и там оставить. Глупая дура.

— Аврора Михайловна! — слышу как меня зовут.

— Ольховский, не до тебя.

— Вы потеряли? — он держит в руках мою сумку, а я чуть не плачу от радости

— Конечно я! Откуда она у вас? — хочу забрать, но он за спину убирает. — Открывали ноутбук?

— Не удержался. Ничего криминального, хотя дипломные работы на заказ…

— Ольховский, вы мне нравитесь все меньше.

— Этого я не переживу. Наоборот, думал, что может бы познакомимся поближе. В целях моего перевоспитания.

— Моя задача дать вам материал, а не перевоспитывать. Ноутбук отдайте, и мы забудем этот инцидент.

Ольховский вздыхает, но сумку отдает и, пожав плечами, удаляется. Я тут же сажусь на ближайший диван и открываю компьютер, проверяя все ли на месте.

— Попади мне в руки твой ноут, я бы так просто его не отдал. — я застываю, слыша голос в ухо. Даже голову не поворачивая, замечаю, как Распутин присел на подлокотник, его потертые фирменые джинсы, руку, возле моего плеча с квадратными, но очень ухоженными ногтями. Сегодня от него не несет алкоголем, и я чувствую его личный мужской запах. Странный, обволакивающий. Не так должен пахнуть пацан его возраста. И точно не так раскованно себя вести с преподавателем.

Хлопаю крышкой и демонстративно молча убираю ноут в сумку. Нельзя отвечать на его провокации, и тем более нельзя поддаваться желанию щелкнуть его по носу и тем более поворачивать голову и смотреть в бездну его глаз.

Я встаю и иду подальше, но разве он отпустит меня просто так.

— Аврора. — издевательское. — Михайловна.

Он обходит меня, но я смотрю куда угодно. Переносица, челка, глаза, пара странных морщинок возле губ, которых быть не должно.

— Я пришел в вуз учиться и не потерплю того, кто будет вставлять мне палки в колеса или тем более пытаться поднять свой авторитет за счет моего унижения.

— Я не пыталась ничего поднять. Я лишь требую к себе уважения.

— И чем же я его не проявил?

— Вы, как минимум опоздали, а потом нагло врали мне в лицо. Вы тыкаете мне, даже не пытаясь называть на вы. Вы пришли на мое занятие пьяным и оскорбили меня. Если я все это спущу на тормозах, каждый студент вашего элитного вуза будет считать, что имеет право со мной так обращаться. А у меня нет времени учить вас манерам, студент Распутин. Поэтому могу сказать лищь одно: «Хотите у меня экзамен, занимайтесь или идите жаловаться».

Я почти не дышала, пока произносила эту речь, особенно когда пару раз взгляд его дикий зацепила. Он пугает меня. Пугает тем, как сильно привлекает. Таких парней нужно держать подальше от особей женского пола. Именно с такими, девушки готовы забыть все правила, которые впитывали с молоком матери. Именно такие дьяволы умеют развратить даже самую невинную особу. Хорошо, что я не невинная.

— Мне кажется, тебя просто никогда качественно не имели, вот ты и стала такой стервой. Но мужское внимание привлекает декольте, а не стервозные команды и ультиматумы.

Я от его слов даже дар речи потеряла. Шагнула назад, как от пощечины. Я с ним нормально, а он мне гадости говорит.

— Что ты невинную из себя строишь. Можем прямо сейчас поехать ко мне и решить твою проблему.