Елена Гринева – Вечный рассвет (страница 8)

Он наклонился над моей головой:

– Кто ты такая, чтобы я перед тобой извинялся? Еще одна никчемная школьница?

Сейчас его лицо совсем не походило на ангела с картины, скорее, это был дьявол во плоти.

По моей спине пробежал озноб, и я сжала в руках сумку.

– Хватит, мы хотели отдохнуть в гостиной! – Голос подружки моего обидчика показался спасительным.

– Как скажешь. – Он отвернулся и пошел обратно к смазливой девице с неприятной улыбкой.

Когда они скрылись, я наконец-то поднялась на ноги. Подвернутая нога болела. Часть вещей оказались мокрыми, похоже, кто-то пролил в коридоре воду.

– Вот почему я поскользнулась! Проклятье!

На скользком полу что-то блеснуло. Моя рука нащупала небольшой металлический предмет.

Приглядевшись, я поняла, что это кольцо с синим камнем. Возможно, его потерял кто-то из учеников. Кстати, миссис Уинстон подозрительно долго не возвращается. Неужели она про меня забыла? Я машинально сунула кольцо в карман и подошла к двери кабинета учительницы. Откуда доносились громкие звуки голосов:

– Меня это порядком достало! – кричал низкий бас. – Как можно жить в таком некомфортном теле! Шарлотта, я постоянно чешусь!

– Возможно, тебе надо следить за гигиеной, Берри, – безразлично ответил голос миссис Уинстон, – умывайся лапкой.

– Это не смешно! – В кабинете учительницы раздался грохот. – Проклятые инквизиторы, это все из-за них!

– Да-да ты не справедливо наказан, Берри, сколько раз я уже это слышала, – миссис Уинстон вздохнула, – кстати говоря, сегодня мы доставили последнюю, – ее голос превратился в зловещий шепот, – скоро все начнется! Ночь Жатвы не за горами.

Почему-то, услышав «ночь Жатвы», я зябко поежилась, словно воздух вокруг стал ледяным.

– Думаешь, у меня есть шанс на искупление? – Басистый голос стал чуть мягче. – Посмотрим, как лягут карты. Кстати, сегодня в электричке ты произнесла пророчество, Шарлотта.

– Что? – взволновано ответила учительница. – Ты серьезно? Но ведь пророчество по части Сирин, ты же знаешь, этот редкий дар только у моей сестры!

Раздался тихий смех:

– Не хочешь – не верь. Ты говорила что-то про абсолютное зло в белых одеждах и хрустальной короне.

– Бред, – холодно ответила миссис Уинстон. – Наверняка это было просто сонное бормотанье.

– Мр-р-р, Шарлотта, как видишь, я не держу секреты, может, почешешь меня за ухом?

Затем я услышала звук шагов и снова низкий голос:

– Эта девчонка… Может, с ней что-то не так?

– Ты опять про пророчество? – фыркнула учительница.

– Мр-р-р-р, нет, просто мне кажется, что она прямо сейчас подслушивает у двери.

Я отпрянула и быстро отошла к окну.

Дверь со скрипом отворилась, оттуда показалось недовольное лицо миссис Уинстон.

– Смотришь в окно, милочка? – Она разглядывала меня, прищурив глаза и сморщив лоб.

– Мяу, – вслед за хозяйкой вышел кот.

Я кивнула, всеми силами стараясь не вызвать подозрений у старой учительницы.

Сквозь открытую дверь виднелся письменный стол, заваленный папками. Рядом красовался цветочный горшок с кактусом.

Если не считать мебели и папок, из которых торчали бумаги, в кабинете было пусто.

Тогда с кем сейчас говорила миссис Уинстон?

Словно в ответ на мой вопрос из кабинета раздалось призывное мяуканье. Мистер Берри с неудовольствием смотрел на меня, почесывая черной лапой мохнатое ухо. Но ведь это невозможно! Коты не разговаривают! Или я просто схожу с ума.

– Что ты застыла, милочка? Мы должны успеть к отбою.

Я покорно поплелась за миссис Уинстон. Ее шаги в пустом коридоре отдавались зловещим эхом. Интересно, почему здесь так пусто?

– Ночью ученикам запрещено шататься по коридорам. Все сидят в гостиной или спальнях, – словно прочитав мои мысли, произнесла учительница. – У нас есть места отдыха для девушек и юношей. После десяти по правилам школы ученицы могут находится только в женских гостиных. То же самое касается учеников. Никаких вечеринок, разброда и пороков! – Судя по ноткам гнева в голосе миссис Уинстон, эти правила нередко нарушались.

Вскоре мы оказались в просторной комнате с табличкой «Гостиная для девушек». Там у камина сидела стайка девчонок в домашней одежде.

Они проводили нас скучающими взглядами.

– Добрый вечер, миссис Уинстон. – Одна из них помахала нам рукой

– Добрый. – Учительница указала рукой на серую дверь. – Твоя спальня, Нина. Завтра в восемь начнутся занятия, расписание висит рядом с камином.

Затем пожелала спокойной ночи и скрылась из виду вместе с проклятым котом.

Когда дверь за миссис Уинстон захлопнулась, одна из девчонок покосилась в ее сторону и показала язык, другие захихикали.

До меня доносились обрывки их разговоров:

– Опять она с этим мерзким котом: «мистер Берри, мистер Берри…»

– Парочка зануд.

Если честно, я абсолютно не представляла, как начать разговор с новыми соседками, которые не обращали на меня внимания, поэтому молча толкнула дверь в спальню. Внутри стояли две кровати, около них – резные деревянные тумбочки, в углу громоздился большой уродливый шкаф. Где-то поблизости послышался шепот:

– Покажи свое лицо, приди ко мне во сне.

Я вздрогнула и обернулась. В углу комнаты на деревянном стуле сидела девчонка в белом халате с копной светлых волос, рассыпанных по плечам.

В темноте она немного походила на привидение. Рядом на подоконнике стояли два зеркала и наполовину сгоревшая свеча.

Поймав мой взгляд, девчонка повернула зеркала в сторону окна:

– Тебе нельзя сюда смотреть. Это гадание на… – она запнулась и покраснела, – на того, кто предназначен мне судьбой. Сегодня воскресная ночь, говорят, сам дьявол дает подсказки, если сумеешь задать правильный вопрос. – В глазах моей собеседницы появился азартный блеск.

– Хм, вот как, – я с недоверием взглянула на догорающую свечу.

– Подожди немного. – В руках девчонки появилась прозрачная чашка с водой. Быстрым движением она насыпала туда белый порошок из темного флакона. Затем тяжело вздохнула и выпила содержимое мутного цвета.

– Фу-у-у-у, – незнакомка сморщилась. Мне удалось разглядеть веснушки на ее носу, – ну и гадость!

– А что ты только что выпила?

– Вода с солью, – серьезно ответила соседка. – Согласно «Книге судеб», после этого гадания мне должен присниться будущий муж.

В ее голосе не было и тени сомнения.

– Кстати, меня зовут Эвелин, и мы теперь соседи. – Она деловито убрала зеркала в тумбочку и плюхнулась на кровать. – Видишь ли, свободной осталась только эта комната, поэтому тебе предстоит жить здесь.

– Нина. – Я постаралась улыбнуться новой знакомой, которая милостиво разрешила включить в комнате свет. Над кроватью Эвелин висел календарь с хеллоуинской тыквой на обложке. Кто-то фломастером пририсовал тыкве усы.

На тумбочке стоял странный круглый предмет на подставке.

– Это магический шар, – пояснила Эвелин.

Кажется, я начинала понимать, почему свободное место осталось именно в этой комнате.

Тем временем Эвелин внимательно меня разглядывала:

– Какая-то ты грустная. Еще не привыкла к Нортенвилю? В нашей школе на самом деле довольно уютно. Есть несколько неприятных типов вроде Стивена Джонса, но они не в счет, – Эвелин фыркнула. – Тебе надо постараться попасть в узкий круг друзей Арабеллы и Майкла, они лучшие.