Елена Гринева – Вечный рассвет. Академия (страница 80)

Я сделал последний глоток, и стакан выпал из ослабевших рук. Горло болело так, словно я только что выпил раскаленный металл.

Я что-то прохрипел, пытаясь сказать: «Блейн», но он лишь подхватил меня и помог дойти до дивана.

Тело мое била дрожь. Стало холодно, как будто я оказался один в зимнем лесу среди ледяной метели.

В горле застыл крик, но сказать что-то вслух я не смог, сознание уплывало. Холод сменился жаром. Несчастное тело мучилось, пытаясь выжить после мерзкой синей жидкости.

— Это — священная голубая амброзия. Все инквизиторы ее пьют. Терпи, Майкл, думаю, ты выживешь, — голос Блейна доносился как будто издалека.

Думаю? То есть, он даже не уверен?

Тело снова свела судорога боли, и я провалился в беспамятство.

Мне снилось, что я тону, сначала в красной воде, потом — в черной, потом — в голубой.

Вдали виднелась огромная белая печь, в которой пылал яркий синий огонь.

Рядом с ним стоял я из прошлого, тот самый Винсент, карающий тьму. Впервые мне довелось видеть Винсента со стороны.

На нем была черная сутана. Винсент протянул руку к синему пламени, затем отдернул, постоял немного рядом с огнем, словно пытаясь принять какое-то важное решение, затем накинул на голову черный капюшон, повернулся и пошел прочь.

— Мой бедный мальчик!

Я открыл глаза. Надо мной склонилась тетя. В лучах лампы казалось, она соткана из света.

— Если ты выживешь, я заберу тебя с собой. Надо было так поступить гораздо раньше. Мой брат — придурок, Блейн, заносчивый придурок. Он не смог уберечь даже собственного ребенка!

— Не вини себя, Ингрид, — произнес скрипучий голос Блейна, и я снова провалился в тьму.

На этот раз мне привиделось, что я на крыше Нортенвиля рядом с башнями и уродливыми статуями горгулий.

Напротив стоит Нина. Она молча смотрит на меня и качает головой, а потом исчезает в лучах утреннего света.

Мне стало грустно.

— Проснись, — раздался скрипучий голос у меня над ухом, — проснись!

И я проснулся.

Арабелла Ридели сидела одна в тюремной камере в своем лучшем белом платье с перьями от самого известного лондонского дизайнера.

Подумать только, падшая королева! Арабелла усмехнулась. Она прекрасно понимала, что попала в западню, из которой не выбраться. Решение пришло быстро: надо задействовать нити. Она раскинула руки, и нити из платья зажили своей жизнью, они стали прозрачны и невидимы, расползлись по замку, пытаясь заглянуть в комнаты.

— Этого мало, мне нужно знать будущее. Ну же, нити!

Нити, как всегда, ее понимали. Предвидение — тонкое искусство, до сих пор недоступное Арабелле. Только Николас им владел. Но сейчас все было по-другому. Она это чувствовала.

Нити устремились за далекий горизонт между грядущим и настоящим. Падшая королева могла видеть лишь тени, образы вероятного будущего, но этого было достаточно.

— Вот как, — тихо сказала она, прикусив губу. — Кажется, пришло время сделать последний ход.

План возник молниеносно — ужасный, убийственный и по-своему прекрасный. Она отомстит всем: Майклу, бросившему ее перед свадьбой, предателю Николасу, мерзкому отступнику Альберту, высшим, целому миру, который так подло с ней поступил.

Арабелла распрямила плечи и сделала шаг сквозь толстые решетки между камерами. Надо найти Нину и воплотить задуманное.

Не стоит недооценивать падшую королеву.

Она шла вперед сквозь пустые пристанища узников Нортенвиля.

Стук каблуков ее роскошных туфель эхом отражался от стен.

Цок. Война между людьми и высшими скоро начнется вновь. Вековую ненависть не остановить пустыми договорами.

Цок-цок. И небо падет на землю от этой битвы. Но… кто победит?

Арабелла не могла заглянуть так далеко. Жаль.

Она увидела Нину, сидящую на жесткой кровати крохотной тюремной камеры.

Что ж, пора…

Где-то капала вода, а я все продолжала молча смотреть на Арабеллу, не в состоянии поверить в услышанное.

— Что ты сказала?

Она вцепилась в мою ладонь и посмотрела с надеждой. Какая странная благосклонность высшей, которая недавно мечтала меня убить!

— Пойми, есть всего один способ уничтожить Альберта Ридели. Он силен и безумен. Этот высший убил не одну сотню людей и слуг. Племянник Николаса любит кровавые пиры и, не задумываясь, уничтожает соперников. Думаешь, твой Майкл сможет с ним справиться? Даже если станет охотником, — Арабелла фыркнула и добавила ледяным голосом, — его шансы весьма сомнительны. Бедная Нина, что ты будешь делать, если он умрет, твоего брата приговорят к смерти, а ты станешь собственностью безумного Альберта?

Услышав это, я содрогнулась. Не хотелось верить, но она была права. Я в западне, впрочем, как и Арабелла.

— Ты хочешь, чтобы, — слова застряли в горле, — чтобы я взяла твое сердце, да? И как это нам поможет?

— Мне никак, — она равнодушно пожала плечами, — мне уже ничто не поможет, а вот ты станешь высшей.

Арабелла щелкнула пальцами, и в ее руках появился том «Сотворения».

— Ух ты, здесь даже работает простая телепортация, несмотря на охранные чары. — Она открыла книгу и начала читать:

«Высшие в первые часы после становления особенно опасны. Пробудившейся в них силой они способны уничтожить даже древних вампиров. Поэтому рекомендуется связать или усыпить вновь обращенного. Спустя сутки его магия снизится до нормального уровня».

Арабелла захлопнула книгу:

— Теперь понимаешь? Как только станешь высшей, твоя сила временно возрастет, и ты сможешь уничтожить даже Альберта. Дуэль назначена на шесть утра. К тому времени ты сможешь стать одной из нас, ну или умрешь, что тоже бывает.

Я не знала, верить ей или нет. План был безумен. Возможно, это очередная ловушка, ловко расставленная Арабеллой.

— А что станет с тобой?

Я взглянула на нее так, словно видела впервые: светлые, почти белые волосы сияли в слабом свете лампы, сейчас они напоминали тонкую паутину, глаза высшей лихорадочно блестели, словно она только что приняла отчаянное решение:

— Я умру. Я умру в любом случае, но, отдав сердце тебе, напоследок смогу отомстить ублюдку Альберту и предателю Николасу, который меня использовал. Понимаешь?

Какой смысл ждать приговора инквизиции, казни!

Арабелла вздохнула, и мне вдруг стало ее жаль.

— Не веришь мне? — В ее глазах танцевали блики света. — Я видела будущее, поэтому уверена в своих словах. Это моя способность, как высшей. Нити судьбы или как-то так.

— Ты хочешь, чтобы я убила Альберта?

Она улыбнулась:

— Именно.

Затем приблизилась ко мне:

— Ну же, соглашайся. Я знаю, как при помощи магии извлечь сердце. Тебе надо будет его съесть. Вот и все. Такая малость!

Я каким-то шестым чувством понимала: Арабелла не лжет. Возможно, первый раз в жизни говорит правду.

— Нина, даже если у тебя каким-то чудом получиться выбраться, — она усмехнулась, — как думаешь, что ждет тебя дальше? Майкл не сможет освободить Эрни Райна. И его казнят. А ты будешь жить унылой жизнью слабого человека среди высших, которые правят миром. И ничего не изменишь. Если не можешь уничтожить зло, надо его возглавить: только так рушатся миры и меняются судьбы.

Я невольно сжала ее руку. Она права. Такая возможность дается раз в жизни.

Совесть шептала: «Что скажет Майкл? Он же ненавидит высших!»

«Майкл поймет», — отвечала темная часть меня, та, что верила Арабелле.