Елена Грасс – Невеста в 45+. ОТ "Ненавижу!! до «Согласна!» (страница 5)

– Но мы так привыкли…

– Это ты так привыкла. А я тебе просто уступаю.

– Мне казалось, что тебя всё устраивает.

– Устраивало. Пока Славка у нас не работал, а сейчас… я чувствую себя не директором, а твоим подчинённым. Хотя всё ровно наоборот. Это ты у меня в подчинении, Кира. А ещё споришь!

– Но я делаю это, когда никого нет, за закрытыми дверями.

– Да какая разница, – повышает тон муж. – Я хочу и должен чувствовать себя мужиком, а не твоим мальчиком на побегушках. Хочешь работать – работай. Но из дома. Я даю тебе право выбора.

– Что вдруг стало не так? – Честно, не ожидала такого заявления от мужа.

– Не так? Я скажу тебе, что стало не так. Вчера на работу со встречи приехал, зайти не успел, а Дашка бежит ко мне с документами! Мол, Кира Викторовна недовольна вашими решениями! – передразнивает нашу подчинённую.

– Да я с ней даже не обсуждала толком ничего. – Звучит так, будто я оправдываюсь.

– Она, скорее всего, всё по твоему лицу поняла. Ей даже говорить ничего не надо было. Кира, очень прошу: прекрати так себя вести, будто ты босс, а не я. А ещё лучше… тебе, как я и сказал, прекратить крутиться перед моим носом, – на эмоциях выдаёт последнюю фразу.

– Приплыли… – Вот и вылезают его тараканы наружу.

С трудом опускаюсь на стул и мну в руках полотенце. Я правда не ожидала, что наш разговор перейдёт в такое русло. А я, оказывается, для него как кость в горле на работе.

– И хватит устраивать мне допросы о том, куда я езжу. – Муж уже раздражён. Из него льётся негатив. Такое ощущение, что он долго носил это в себе, а теперь всё выдаёт мне разом. – Что я, мальчишка, что ли, чтобы отчитываться мамочке, как прошёл день?

Становится обидно. Я никогда не навязывала мужу своё мнение, он сам всегда его спрашивал. Что вдруг изменилось?

– Хорошо, – уступаю.

– Умница! – Он сразу перебивает меня и начинает нахваливать. Костя словно ждал, что я это скажу вслух.

– Погоди меня хвалить. Есть тема, в которой я не отступлю. Я пока ещё официально работаю! Как хочешь, но ты обязан ответить мне про Филиппова.

– А что с ним?

– Дураком не прикидывайся. Тебе не идёт. Дядя Иван с нами работает с основания компании, а вчера я узнала, что ты собрался его увольнять. И всю его бригаду.

– И что? – равнодушно пожимает плечами муж. – Это моё решение. А что в этом такого? И прекрати его так называть. Он не друг нам, не брат, ни сват. Никто. А ты его дядей Ваней зовёшь. Иван Иванович – его имя. И точка!

– Ты его сам сколько лет так называл, а теперь что случилось?

– Ничего.

– Костя… – Глядя на него, я окончательно убеждаюсь в своих догадках: точно что-то случилось. – Вы поссорились с ним? Когда? Ты мне ничего не говорил…

– Поссорились! Кира, пожалуйста, дай спокойно позавтракать. И поехали на работу.

– То есть сегодня я, как и наши ребята, ещё не уволена? – злобно хмыкаю. – Когда мне пинка под зад ожидать, Ваше Величество?

– Не ёрничай!

– А я буду! – срываюсь на крик, сама того не желая. Вскакиваю из-за стола и начинаю нервно ходить кругами по комнате. Это словно успокаивает меня сейчас. – Да, буду! Потому что имею право на вопросы! И на то, чтобы получить ответы! Я с тобой с самого основания компании, и ты будешь учитывать моё мнение! Даже если тебе это не нравится.

Вижу, как от моего напора Костя теряется. Обычно мы стараемся не конфликтовать из-за работы, но сегодня его высокомерное поведение переходит все границы, отметая все наши договорённости.

Мне совершенно не нравится то, что происходит. И дело не только в его поведении со мной, но и в том, что наши люди не заслужили такого к себе отношения.

Но, кроме этого, он без всякого стеснения задвигает меня и мою жизнь куда-то на задворки своей, даже не спросив, хочу ли я этого.

– Мы оба с тобой знаем, что у нас много заказов. Кроме того, ты сам сказал вчера, что готовишь вместе с сыном какой-то сюрприз. И если сделка, о которой я не знаю, состоится, то работы будет ещё больше. Если ты сейчас уволишь людей, мы не уложимся в сроки исполнения обязательств и влетим на штрафы.

Жду ответа. Но Костя всем своим видом показывает, что разговор окончен.

Он окидывает меня взглядом, будто снова оценивая внешность. Вальяжно и размеренно вытирает губы салфеткой, встаёт из-за стола и идёт на выход.

– Я тебе всё сказал. Нового ты не услышишь. Знай своё место, Кира. Займись лучше… собой. Прости, но выглядишь ты… не очень.

А вот сейчас это вообще удар ниже пояса…

Мне кажется, его последние слова специально сказаны, чтобы уколоть меня побольнее.

– Костя, мне неприятно.

– Ты про внешность? – Киваю. – Ну а кто тебе, кроме мужа, правду скажет, Кира?

– Все говорят, что я отлично выгляжу.

– Они тебе льстят.

– То есть? – Даже не понимаю, что он хочет этим сказать.

– Ты жена генерального директора, и тебе всегда будут льстить. Но если смотреть на правду, мы же оба знаем, что женщины быстрее мужчин стареют. Поэтому я думаю, Кира, тебе, чтобы не потерять былую привлекательность, нужно уйти с работы и заняться собой.

Глава 5

– Ну что же, тогда и у меня будет условие. Если я ухожу с работы, я больше не смотрю ни одного документа. Увольняюсь официально.

– А дальше? – Даже договорить не даёт.

– А дальше я буду сама решать, что мне делать дальше.

– Но это нечестно по отношению ко мне! – возмущается.

– В чём? Ты просил, чтобы я… не мельтешила перед глазами. Всё, твоя просьба будет удовлетворена. Но тогда дальше я сама. Ты мне условия ставить не будешь.

Вижу, как Костя хочет вернуться на кухню, но я отвлекаюсь на входящий от сына.

– Мама, привет.

– Привет, Слава. – Поглядываю на часы и замечаю, что время довольно раннее.

Начинаю волноваться, потому что обычно сын не звонит в такое время.

– Что-то случилось? – осторожно спрашиваю я.

– Нет, не переживай.

– Просто время раннее…

– Погоди, выйдем в другую комнату. Федя спит. Он гулеванил до трёх ночи, представляешь. – Чувствую, как сын зевает в трубку. – Никак не могли уложить его.

– Да, разгулялся наш малыш вчера. И мы заодно с ним. – Слышу недовольный голос невестки.

И почему-то мне кажется, что эти слова сказаны с претензией именно ко мне. Не в воздух, не просто так, а с намёком!

Мол, раз он был у нас, значит, я виновата, что он плохо засыпал.

В груди появляется знакомое неприятное чувство – смесь досады и злости. А на фоне ссоры с мужем эти чувства особенно обострились.

– Тише. – Слышу, как сын шепчет своей жене. Он цыкает на Милу, и та замолкает.

– Мама, скажи, а Федя не слишком много днём спит?

От этого вопроса я вдруг ощущаю себя растерянной школьницей на экзамене, а не взрослой женщиной с собственным родительским опытом.

– Он спит два часа днём, – уверенно отвечаю. – И то, я не всегда могу его уложить. Уговариваю, сказки читаю, песни пою. Вчера было то же самое – уснул с трудом и ровно на два часа. А почему ты вообще задаёшь этот вопрос? Что-то не так?

Чувствую, как сын мешкает. Ему, как и мне, скорее всего, крайне неприятен этот разговор. Но он, видимо, пообещал Миле всё-таки поговорить со мной.