Елена Грасс – Измена. (Не)удобная жена (страница 8)

Именно в этот момент, почему-то понимаю, что никогда не задумывалась о том, как и при каких обстоятельствах я могу узнать об изменах собственного мужа.

Он очень много работал, вечерами, как правило, всегда возвращался домой, в командировки ездил так, чтобы обязательно вернуться домой как можно быстрее.

А теперь одна находка перечеркнула мою веру в него, и словно пелена с глаз упала.

Пришла мысль в голову, которая теперь не отпускает: если захотеть изменить, можно сделать это и днём.

В общем, если поставить цель обмануть – обманешь.

Встаю, желая уйти прочь из этого кабинета. Становится душно и, кажется, словно не хватает воздуха теперь и мне. Только у него не хватает от вранья, а у меня от возмущения и боли.

Муж, понимая, что я собираюсь уйти, преграждает путь.

– Не путайся у меня пути, Курбатов. Я хочу уйти.

– Нет! Мы недоговорили.

– Мне всё ясно. Я даже без твоих ответов получила доказательство твоих измен. Одна нелепая случайность, вещь, оставленная тобой или твоими… девками, и ты пойман.

– Нет. Я же сказал, это не моё! Хорошо! – практически орёт, – я позвоню ему!

– Набирай! Сейчас! При мне.

Михаил в два шага доходит до своего рабочего места, берёт в руки телефон, и я замечаю, что его пальцы дрожат.

– Алло, Гриш, привет…

– На громкую связь поставь!

– Привет, привет, – весело отвечает друг, когда муж нехотя переключает на громкую.

– Гриш, привет, – подключаюсь к разговору. – Как дела? – обмен дежурными фразами.

Курбатов не сводит с меня глаз и ждёт, видимо, когда я задам его другу главный вопрос.

– Ну, Миш… – киваю на трубку… – чего ты молчишь? Я жду. Спрашивай…

Глава 8

– Гриш… – начинает нерешительно, сжимая с силой трубку телефона.

– М? – спокойный, расслабленный голос друга.

Курбатов смотрит на меня и словно сомневается, продолжать ли этот разговор.

Скрещиваю руки на груди и жду. Просто жду.

– Слушай, жена моя тебя застукала…

– Что сделала? – словно не понимает.

– Жена, говорю, моя тебя застукала в той, квартире, которая стоит у нас пустая. И от которой ты периодически просишь у меня ключи, – голос его становится стальным. – Она нашла вещь твоей б… – передумывает оскорблять пассию Лисовского, – женщины, и теперь хочет со мной развестись, утверждая, что это моё и я ей изменяю.

Опять повисает молчание.

– А что она нашла? – голос Григория полон, как, мне кажется, теперь, возмущения.

– Чёрные кружевные стринги! – говорит быстро мой муж другу, не дав мне даже опомниться.

– А… да… – между словами несколько секунд, – это моё, – выдавливает из себя Григорий. – Ну, конечно, то есть, не совсем моё… – сразу поправляет.

– Ну, я же говорил! – поворачивается ко мне. – Гришка, признавайся, раз начал! Давай, говори уже правду, половой гигант!

В итоге муж не выдерживает, он пытается разрядить обстановку шуткой, и его голос становится мягким.

– Друг, ты же понимаешь, что твой брак сейчас висит на волоске.

– Альбин… Да, это правда моя вещь. Только вот, честно говоря, не понимаю, как моя женщина забыла её там.

– Значит, твои женщины ходят без трусов? – продолжает муж закапывать своего друга, делая вид, что это всего лишь очередная шутка.

А мне уже очень хочется его заткнуть.

Противно всё это теперь слушать и представлять, что творится в нашем доме.

– Похоже, что да, – тихо отвечает Григорий. – Извини, Мих…

– Погоди, Гриш, но ты же собирался помириться с Ириной… – встреваю в их разговор не удержавшись.

– Да, хотел. Но теперь, думаю, она никогда меня не простит. Всё у нас после развода пошло наперекосяк и никак не выправится. Я к ней и так и эдак, только она теперь нос воротит.

– Конечно, не простит, если ты хочешь помириться, и в это же время продолжаешь развлекаться с другими женщинами на стороне, – вот зачем я лезу со своими моралями… – Гриша, как же так…

Лисовский вдруг вмиг разочаровал меня.

Лицемерие этого мужчины, которого я долгое время считала другом семьи, теперь кажется возмутительным и невыносимым.

– Убедилась?! – снова рычит на меня муж при друге. – Гриш, я тебе потом перезвоню. Прости за неожиданный звонок, и за то, что пришлось сдать тебя. Понимаю, так не делается, но и ты меня пойми… Жена моя настроена очень категорично. И я удивлён был даже, что она не поверила мне, а заставила звонить тебе.

В этот момент он смотрит на меня зло, с упрёком и оправдывается теперь перед другом.

– Бывайте, – недовольно бросает прощание мне и Михаилу Григорий.

– Вот какого чёрта ты решила нас с другом поссорить?! Не лезь ему в душу! Зачем ты ему морали начала читать? Его бабы – не твоё дело! – раздражённо отчитывает меня, едва сдерживая гнев. – Ты услышала что хотела? Развод и уход отменяются? – улыбается теперь ехидно.

Несколько минут мы сидим в молчании. Значит, это всё-таки стринги женщин Лисовского… Ну-ну.

Я редко плачу перед мужем, ведь он не любит моих слёз, но сейчас неожиданно накрывает, причём так, что я не могу себя сдержать в его присутствии.

Слёзы разочарования сами текут по моим щекам, несмотря на все попытки их удержать.

– Альбин, ну чего ты расклеилась, – голос его смягчается, звучит почти ласково.

Курбатов редко позволяет себе нежности и только если самому хочется.

– Ну я же тебе говорил, что это, – кивает в сторону чужого нижнего белья, – не моё! Разве я когда-нибудь за все годы брака давал тебе повод думать, что могу изменить?

– Пока нет.

Неожиданно в мгновение Михаил снова оказывается возле меня. Он берёт моё лицо в свои руки, поднимает и смотрит мне прямо в глаза.

Затем не отрывая взгляда, нежно касается губами одной слезинки на моей щеке, потом другой.

– Солёные должны быть, а твои сладкие, – шепчет в ухо.

Он крепко держит мой подбородок, чтобы я не смогла отвернуться, и целует. Страстно, прикусывая губу, облизывая укус языком.

– Миша, прекрати, – не хочу этих объятий.

– Почему? – не соглашается. – Знаешь, мне неожиданно понравилось, что ты приревновала. Это как-то даже… возбудило меня.

Улыбаясь, продолжает смаковать мои губы. Другой рукой он сжимает мою грудь и толкает бедром в мои, намекая на внезапно вспыхнувшую страсть.

– А меня нет, – прерываю его ласки и вижу, что он растерян.

– Тебе сложно угодить… Я не груб с тобой теперь, ласков, страстен, открыто показываю, что хочу тебя сейчас, а ты всё портишь.

– А мне ласка нужна не тогда, когда я тебя в изменах подозреваю, и ты оправдываешься, а просто так! Без повода!