Елена Грасс – Двойная проблема для строгого босса (страница 10)

На самом деле, несмотря на то, что идёт снегопад, на улице довольно промозгло.

Я уже, если честно, отвык от такой погоды. У нас обычно последние годы в конце декабря — начале января около пятнадцати с плюсом.

— Алён, мы могли дойти пешком, но я согласилась поехать с Артёмом Ильичом и этим… дядей только потому, что ты приболела, — говорит тихо сотрудница моего брата своей дочери, залезая в машину. Видимо, специально для меня. — Ещё раз добрый вечер, — фыркает, глядя на меня.

— Добрый! — отвечаю недовольно в ответ.

Глава 9

— Добрый вечер, — подражает матери мелкая и кивает мне тоже.

Киваю ей, и девочка сразу же отводит от меня взгляд.

Сидят обе, притихли. Догадываюсь: перед братцем моим играют эту роль тихонь, хотя на самом деле мама и девочка хамки.

После того как эти дамочки попали в машину, все дружно затыкаются.

Никто не хочет начинать разговор первым.

Мне с ними беседы не нужны, а Артём, видимо, не чувствует необходимости заполнять паузу.

Ох уж эта пробка… Если до этого момента она мне казалась длиной, то теперь кажется бесконечной! Поток двигается еле-еле.

В отражении моего зеркала видно, как девочка смотрит в окно со своей стороны, а её мать – в другое со своей.

Но как только женщина отрывается от вида за стеклом и бросает взгляд на меня, в её глазах читается нескрываемая неприязнь.

Только когда что-то говорит Артём, он теплеет.

С чего вдруг? Неужели это только дань уважения к Тёме как к руководителю?

Конечно, если бы я не видел, как мой братец любит свою жену и пацанов, я бы засомневался в искренности их отношений как босса и подчинённой.

Но я как-то до этого момента не сомневался, что семья для брата — это святое.

Именно поэтому отвергаю любую мысль, что между ними что-то может быть. Хотя… кто его знает. Чужая душа – потёмки. И я неоднократно в этом убеждался.

Неосознанно снова пробегаю по фигурке этой дамочки глазами, а следом смотрю на лицо.

Да, красивая! Это безоговорочно!

Только меня таким уже сложно привлечь. Ведь за ярким фасадом в девяносто девяти случаев скрывается пустота и мерзкий характер.

И эта дамочка своим острым язычком доказала мои предположения сегодня.

Уверен: гонора и самооценки до неба, а на выходе... скорее всего, как всегда, пустышка. Потому что я знаю давно: обычно там, где слишком большая уверенность в себе, как правило, там и высокомерие.

Обшарпанные дома, построенные в годах пятидесятых прошлого века, большие деревья, и несколько старых турников. Вид не шикарный. Я бы даже сказал – крайне бедноватый.

Если она такая умная, почему не снимает нормальное жилье в нормальном районе? Хотя бы ради ребёнка.

Адрес девушка не говорила. Значит, мой братишка знает его. Видимо, периодически добрасывает дамочку до дома.

Эти факты не нравятся мне всё больше и больше.

— Артём Ильич, спасибо!

Тёма кивает, паркуется у тротуара, и дамочки, быстро поблагодарив и попрощавшись, сбегают.

— Ну наконец-то! — Как только они выходят из машины, выдыхаю. — Мне эта твоя сотрудница со своим взглядом, полным ненависти, надоела! — признаюсь откровенно. — Не представляю, как ты выдерживаешь таких своенравных сотрудников в своём коллективе!

— Ты преувеличиваешь! — смеётся Артём. — Ты просто не пробовал с ними поладить. Димка, какой же ты стал… нелюдимый, нетерпимый… — вижу, как брат тщательно подбирает слова. — Ты же не был таким. Всегда был среди людей, семьи.

— А теперь мне лучше одному, — отрезаю, не позволяя ему лезть в душу.

Артём переключается на телефонный звонок, выясняя у жены, приехали ли они к нашим родным, а я думаю над тем, что сказал мне двоюродный брат.

Он прав! За четыре года с момента развода я уже привык жить один.

Привык, что только я в своём доме могу устанавливать правила, нарушать их и создавать своё будущее только такое, какое я хочу.

Никто мне не указ, никто не пилит мозг, а рядом не пилит ногти.

Я ведь спустя полтора года после развода пробовал жить с женщиной, но у меня ничего не вышло.

Отсюда я сделал вывод, что у меня с ними в общем пространстве существовать не получается, как ни крути.

Да и не хочу я, если честно.

— Наконец-то! — Заходим в дом к нашим родным, и я проваливаюсь в пучину хаоса.

Дети брата, его жена, бабушка, дед – все они такие шумные и активные, что я уже готов сбежать. Но только кто же меня отпустит без ужина и очередной порции нравоучения о том, как я неправильно живу.

Через пару часов, когда дети заняты своими делами, бабушка аккуратно начинает свой допрос о моей семейной жизни.

— Как дела?

— Отлично.

— Ясно… Значит, ничего не поменялось.

— Ничего. Бабуль, самое лучшее — это ничего от меня не ждать! — приобнимаю её за плечи и отодвигаю от посудомойки. Я вижу, что ей тяжело стоять. Неужели я позволю, чтобы она убирала за нами?

— Спасибо, Димочка. Ох, такое добро пропадает… — благодарно кивает мне и садится за стол. Подпирает подбородок двумя руками и смотрит на меня. — Хороший ты мужик, Димка. И чего ты опять не женишься?

— А потому что в поле ветер, а в заднице дым! Бегает всё как угорелый со своим бизнесом, а о нормальном будущем не думает, — заходит дед на кухню и усмехается.

— Дед, именно как раз о нормальном будущем я больше всего и думаю. Прошу тебя, не начинай. И так настроение не очень.

— А что так?

— Шумно у вас… — вру. Не хочу близким рассказывать, что утром мы вылетели с дороги, и я не до сих пор в стрессе. — От детей столько суеты… Я отвык.

— С ними весело! Я, когда вся семья в сборе словно лет на сорок молодею! Ты только нас подводишь. Сколько можно ходить бобылём.

— Я был женат. Ты забыл?

— Да разве такое забудешь, — тяжело вздыхает дед. — Ничего не поменялось?

— Нет. Я устал бороться. Не хочу больше. Словно… в глухую стену стучусь.

— Всё будет нормально, Димка, — дед встаёт рядом и хлопает меня участливо по плечу.

— Я привык. Всё нормально, — начинаю улыбаться, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. — Дед, ну чего с переездом?

— Не хочу, — отрезает мой своенравный родственник.

— Почему? Будете ближе к детям, внукам. Артём, вон, наконец-то решился.

— Правда? — удивляется дед.

— Ну да. До Нового года закончим вопрос слияния компаний, и он с семьёй переедет ко мне в тёплые края.

— Ну чего, жена, думаешь? — он смотрит на бабушку, словно ждёт её мнения. — Одни ведь здесь останемся… — тяжело вздыхает.

— Димочка, мы уже здесь привыкли и ничего менять не хотим, — говорит моя бабуля, но вроде уже не так уверенно.

— Ну как знаете. Но я с удовольствием вас перевезу поближе к семье.