Елена Грасс – Чужие грехи (страница 20)

— Расскажи, тебе станет легче. Обещаю и клянусь, что всё, что ты говоришь останется в пределах этого дома. Ты же знаешь, я не любительница сидеть на лавках и обсуждать соседей.

Я искренне улыбнулась, так была приятна эта старушка, великолепная женщина, которая обладала неимоверно сильной энергетикой. Как же я соскучилась по ней: по общению, по разговорам, по историям!

— Не знаю даже с чего начать, — вздохнула, пытаясь подобрать слова.

— Ты начни с главного. А я помогу, поддержу, направлю. Мой жизненный опыт поможет нам с тобой решить твои проблемы, уверена.

— Боюсь, разговор долгим будет, вытерпите ли вы меня?

— Ну, во-первых, я никуда не тороплюсь, во-вторых, чая и печенья много. На крайний случай, откроем бутылочку лёгкого красного полусладкого. Тебе же немножко можно, правда?

— Не знаю.

— Я, если честно, тоже не знаю. В твоём положении не была, но уверена, что интернет нам подскажет.

— А вы что, продвинутый пользователь?

— Ха! Ещё какой! Ну, мы отдалились от темы, рассказывай.

Я начала рассказывать ей: про встречу с Максимом, про своё одиночество, про долги, которые создал нам Саша, про то, как он требует квартиру, о том, что, скорее всего нам придётся её продать и про многое другое. Пока рассказывала она хмурилась, вздыхала, сначала ругала Максима, даже назвала скотиной. Мне было удивительно слушать это, я улыбалась, так смешно и неожиданно звучало это из её уст.

А потом Степанида Ивановна стала так ругать его, эмоции от услышанного били через край. Но, ровно до того момента пока не рассказала о закрытии долгов. Вот тут она запричитала ещё больше. Всегда сдержанная Степанида Ивановна сейчас словно забыла все правила приличия и сдержанности. Куда всё интеллигентность делась⁉ Но мне были приятны её переживания за меня.

Когда закончила, несколько минут сидели молча. Я не решилась нарушить это молчание.

— Прежде всего хочу сказать тебе, что по твоей истории можно написать сериал. Зрителям бы зашло, так кажется, в вашем современном мире говорится?

— Степанида Ивановна, не помню, когда последний раз смеялась столько сколько сегодня с вами. Спасибо вам. После разговора стало легче, вы даже не представляете насколько. — Я не лукавила, действительно стало легче, выговорилась.

— Хватит благодарности, надо думать, что делать дальше, — задумчиво сказала она в ответ.

— А разве что-то можно сделать дальше?

— Даша, он, конечно, редкостный мерзавец, но, наверное, и его можно оправдать, не находишь?

— Но ведь он предал меня, обманул.

— Ну предать-то он тебя не предал, а то уж слишком сильно говоришь. Обманул, да, согласна. А кто в нашей жизни не обманывает? Человек очень часто для достижения своей цели идёт на крайности, это я точно знаю, пережив очень многое в жизни. Деточка, ты максималистка, в силу своего возраста, в силу своего характера, но надо быть мягче. Женщину правильная мягкость часто приводит к очень хорошему результату в отношениях с мужчиной. Совершенно понятно, ты обижена, оскорблена, но так ведь жизнь бывает всякое. Взять твоего Максима: в его жизни случилось горе, очень большое горе, умер очень близкий и родной человек, он потерялся в этом горе, и долго не мог найти себя. Я думаю, что ты помогла ему в этом, с тобой он вернулся к жизни и узнал, что такое любовь. Полагаю, ты его первая любовь, и надеюсь, последняя.

— Но последняя — это вряд ли.

— Почему же?

— Ну он молод, ещё может влюбиться.

— А ты этого хочешь? — с улыбкой смотрит на меня, прищурив глаза.

— Чтобы он снова влюбился?

— Да, чтобы он снова влюбился.

Я отвела глаза, потому что не могла смотреть на Степаниду Ивановна и врать в глаза.

— Так хочешь или нет? На самом деле ведь это очень простой вопрос, и на него есть очень простой ответ: либо да, либо нет.

— Нет.

— Тогда мне всё с тобой понятно. Кажется, у наш чай остыл, заварим свежий.

Глава 30

Максим

— Сынок, тебе нужно приехать к нам, хочу поговорить.

— Мама, без обид, не хочу разговаривать, хочу побыть один, устал.

— Матвей по тебе скучает, нельзя так, ты нужен ребёнку.

— Хорошо, приеду.

Даже если не хотел ехать, ему я отказать не мог. Последние пару недель очень суетливые. Отложил все дела, нахожусь в состоянии подготовки к родам Даши. Знаю, что осталось совсем немного времени до того момента, как родится наша дочь.

Екатерина Сергеевна сдержала своё слово после того, как мы пообщались с ней впервые. Она выполняла обещание данное мне держать в курсе дел о жизни Даши и ребёнка. Периодически скидывает её фотографии.

Сейчас Дашу она фотографирует украдкой. Даша больше не позволяет. Я понимаю почему, и не осуждаю за это.

Часто смотрю те фотографии, где она ещё не знает, что они будут пересылаться мне. На них она другая: открыто улыбается Екатерине Сергеевне, довольная, и даже, как мне кажется, счастливая? На самом деле, думаю, что нет, но это для истории, для нашей дочери. Как говорит Екатерина Сергеевна, Даша планирует показывать потом эти фото и видео дочери и рассказывать, как она её ждала. Не мы ждали, а только где она её ждала. Но я ведь тоже жду, но поодаль. Обидно.

А теперь фотографии всё больше украдкой, где Даша уже с округлившимся животом, не всегда весёлая, она же не знает, что мама фотографирует. И тут уже вижу её реальные эмоции. Она грустная, задумчивая, уставшая. Думаю, тут самые настоящие эмоции. И причина этого, естественно, я.

Один раз попытался снова поехать поговорить, но у нас не вышло. Зная её враждебность, не решился подойти. Она меня, возможно, даже не заметила. Побоялся, если сейчас начну её нервировать, может родить раньше срока. Зачем приехал, даже сам не понял в итоге.

Знаю, что у меня дочь, я бесконечно счастлив. Иногда ловлю себя на мысли, что может быть, таким образом Настя вернулась к нам. Я буду видеть её в своей дочери и совершенно точно не допущу такую судьбу для малышки. Наверное, я буду сумасшедшим отцом, который контролирует каждый шаг своего ребёнка.

Подъезжаю к дому родителей, в багажнике куча вещей, которые мне надо ещё успеть как-то незаметно передать Екатерине Сергеевне. Конспираторы, блин.

Матвей отвлекает от грустных мыслей, скачет у меня на коленях, радуется, смеётся.

Это ребёнок мой талисман, как бы странно это не звучало. Ведь именно с его появлением в животе у моей сестры и начиналась история: сначала с его отцом, потом с Дашей. Он стал той ниточкой, которая привела меня к тому, что я имею сейчас. Конечно, не густо, признаться, даже плохо, но, может быть рождение дочери что-то изменит в отношении ко мне со стороны Даши? Ох, как надоело гонять все эти мысли в голове. Иногда кажется, что скоро сдамся, потому что по итогу нет никакого результата от всех моих стараний. Перегораю.

Хотя, а что я ждал? Сам же не хотел, чтобы она вернулась ко мне только из-за чувства благодарности. Какой-то клубок из противоречий. Может плевать? Заставить? Принудить? Тыкать тем, что мол, должна мне теперь и т. д? Нет, это не про Дашу. Её принуждать нельзя никогда и ни в чём.

— Я пригласила тебя не только ради Матвея. Давай поговорим? — кажется, знаю о чём, но всё-таки спрашиваю.

— О чём?

— О ком, Максим. О Даше, о твоем ребёнке, — не ошибся.

— Мама, у меня будет дочь.

— Дочь… — мама застывает. Думаю, у неё в голове те же мысли, которые были у меня недавно о Насте.

— Мам, а что разговаривать? Даша меня знать не хочет. Про дочь — она родится, признаю своё отцовство, и каждый будет жить своей жизнью. Единственное, знаю точно, что не оставлю её. Знаешь, у меня всё чаще стало появляться чувство, что я стучусь в закрытые двери. Да, обидел её, но, в конце концов, я тоже очень дорого за это заплатил. Иногда теперь уже начинаю думать, что она меня просто не любит. А возможно, и не любила.

— Прекрати так говорить. Уверена, что она тебя любила, и уверена, что Даша не будет заниматься такими вещами как запрещать тебе видеться с дочерью. Придёт время, она простит тебя. Думаю, что она любит, иначе вряд ли бы оставила ребёнка. Максим, повторяю, женщина, как правило, оставляет ребёнка от любимого человека. Наша Настя не в счёт, она не могла уже сделать аборт. Даша, ты говорил, даже такой вариант не рассматривала. Может быть, мне поговорить с ней?

— О чём ты хочешь с ней поговорить, не понимаю. Она всё сказала, своими действиями показывает, что не простила. Мне это просто нужно принять. Мама, мне надоело жить в этом неврозе, это продолжается уже второй год, свихнуться можно! Как история с этим ублюдком началась, так и не закончится. А ты сейчас посмотри на Матвея, этот прекрасный ребёнок, радует нас всех, и дочь моя точно так же будет радовать. Точно так же ты с ней будешь встречаться, видеться, общаться. Я всё сделаю для этого. Хватит жить в этих воспоминаниях, давайте двигаться дальше. По крайней мере, нацелен на это, давай со мной за компанию?

— Да я не против, но, хочется, чтобы ты был счастлив. Что тебе надо для счастья, скажи?

— Конечно, я люблю Дашу и хочу, чтобы она простила меня, вернулась, но я предупредил Екатерину Сергеевну, что возвращение Даши из-за уплаты долга мне не нужно.

— Я поняла, — она как будто бы задумалась о чём-то.

— Мама, не вздумай ничего делать, тем более с ней встречаться и разговаривать.

— Что ты, что ты, даже не планировала, — а сама убрала одну руку за спину. Знаю, что там пальцы крестиком сделала, уверен. Я в детстве делал точно так же, когда обманывал родителей.