Елена Грасс – Чужая жена. Хочу тебя себе (страница 7)

СПУСТЯ НЕДЕЛЮ

Ночь после ужина в ресторане, когда я отказала Вощажникову в предложении о встрече, выдалась бессонной.

Но думала я не о Степане.

Я думала о собственном муже и о том, как легко он предложил мне флирт с тем, кто для него оказался столь важен.

Утром я очень хотела поговорить с ним, понять его точку зрения, но Филипп даже слушать меня не захотел. Он молча развернулся и ушёл.

В итоге вот уже неделю, как мы игнорируем друг друга. Он ходит хмурый, и что крайне странно – обиженный на меня.

Это видно в каждом его слове, жесте. В том, как он целует меня на прощание – сухо, формально, будто целует сестру или мать.

Сегодня утром я снова делаю попытку начать день с разговора, и, кажется, мне удаётся.

– Как дела? – сажусь напротив, пока он пьёт чай.

– У меня всё в порядке, – даже не взглянув в мою сторону, отвечает муж, сосредоточившись на чашке.

– Ты успокоился?

– Нет.

– И сколько ещё будет длиться эта игра в молчанку?

– Не знаю. Я по-прежнему зол на тебя.

– А причина твоей злости, что твоя жена оказалась неспособной на флирт с другим мужиком? Интересная позиция для супруга… – не могу сдержать сарказма.

– Марина, не ёрничай. Я не заставлял тебя спать с ним. Я просил только поддержать общение, подогреть его интерес. Чувствуешь разницу? И да, иногда в нашей сфере дела решаются именно так: через флирт.

– Я не бизнесмен и не буду спорить, как решаются дела. Но я уверена, что Вощажников таким способом дела не решает. Фил, если ты этому человеку интересен в бизнесе, он всё равно позвонит тебе и предложит сотрудничество. А если нет, не стоит бегать за ним. Прими тот факт, что работать с ним ты не будешь и двигайся дальше.

– Да, но я хочу контракты именно с ним! Если бы ты хоть немного слушала, что я тебе рассказывал...

– Да я уже выучила наизусть всё, что связано с этой фабрикой! Не нужно по новой. Я помню, что все, кто работает с ним, все идут вверх по продажам. Но надо ли ради этого столь унижаться?

– Замолчи! Никакой поддержки от тебя! – Филипп окончательно теряет самообладание и срывается на крик. – Если бы я знал, что ты так себя поведёшь с ним, попросил бы лучше свою…

Муж недоговаривает, обрывает фразу на полуслове. Резко поднимается из-за стола, задевая чашку с чаем.

Та падает и жидкость растекается по скатерти.

Мы оба замираем. Я смотрю на него, не отводя взгляда.

Замечаю, как после сказанных слов глаза Филиппа бегают туда-сюда, избегая встречаться с моими.

– Попросил бы кого – свою, Фил? – спрашиваю тихо, громко сглатывая.

– Никого, – шипит он в ответ, но в этом «никого» слышится откровенная фальшь.

Та поспешность, с которой он говорит это, выдаёт его желание поскорее закрыть неудобную тему.

Глядя, как растекается пятно, Филипп хватает салфетку и начинает протирать ей стол.

– Что за день! Надо же, и на брюки пролил! Теперь придётся переодеваться перед дорогой, – недовольно говорит он, а я в этой суетливости отчётливо вижу его панику.

Размышляя о поведении супруга, я неизбежно фокусируюсь на настораживающих деталях последних недель.

Установка пароля на телефоне, неожиданные командировки, нервные срывы на пустом месте, – всё это снова и снова приводит меня к неприятной мысли, что у Филиппа кто-то появился.

– Фил, посмотри на меня. – Он поднимает взгляд и тут же распрямляет плечи, словно готовится к нападению с моей стороны. – Ты помнишь наш уговор, когда мы собирались пожениться?

– Помню. Отстань.

– Предательства я не потерплю …

– Я же сказал, помню! Когда я говорил про кого-то другого, я имел в виду свою секретаршу или ещё кого-то, кто мог бы его развлечь. Не надо придумывать того, чего нет, Марина.

Не успеваю ничего ответить, когда в гостиную заходит Антонина.

– Ой, – увидев пятно чая на столе и замечая попытки Филиппа его вытереть, она тут же оказывается возле него.

– Спасибо, Тоня, – муж пользуется моментом и сбегает наверх в нашу спальню.

– Антонина, мне нужна ваша помощь, – прошу нашу помощницу по дому присесть рядом.

Я знаю её практически детства. Когда-то она была хорошей приятельницей моей мамы.

Женщина в возрасте всегда проявляла заботу сначала по отношению ко мне, а потом и к моему сыну. Именно поэтому, без всякого сомнения, когда ей понадобилась работа, я взяла её к нам.

Я уверена, что могу ей доверять.

– Конечно, Марина. Что-то случилось?

Она неспешно подходит ко мне. В движениях Тони я замечаю едва скрываемое напряжение.

Но почему? У нас не было ни единого конфликта.

– Мне хотелось бы кое-что узнать. Если я задам тебе вопрос о Филиппе, вы ответите мне честно?

Вижу, как после сказанных слов её лицо вмиг меняется. Она сразу же опускает глаза, и я догадываюсь, что Тоня не готова к откровенности.

Но я не отступаю. Наоборот, я использую её смятение в своих целях.

– Есть что-то странное, чего я не замечаю? Странное в поведении моего мужа?

После этого вопроса, женщина поворачивается и бросает взгляд в сторону двери, где совсем недавно скрылся Филипп.

– Я... – вижу неловкость. – Нет! Странного ничего нет.

Дальше можно не продолжать. Её реакция говорит мне больше, чем любые слова. Ответ уже написан у неё на лице.

– Я не могу допустить мысль, что вы станете молчать, если вдруг что-то знаете о нём и ком-то ещё.

– Ничего не знаю! – не отступает.

– Уверены? – даю ей последний шанс.

– Да, – опускает глаза.

Понимаю, что как бы она ни относилась ко мне, она всё равно ничего не скажет. Её работодатель – Филипп, а не я. Он платит деньги и диктует условия.

Через несколько минут муж спускается вниз с чемоданом в руках.

– Фил! Остановись на минуту! Ты даже не сказал, куда и насколько едешь.

– На неделю. По делам. – Торопиться пройти мимо меня. – Такси уже ждёт внизу.

Врёт. Он всегда едет в аэропорт на своей машине.

Но я не буду больше приставать к нему разговорами. Хочет уезжать так, в ссоре, пусть едет.

Я остаюсь стоять в коридоре, наблюдая за тем, как он удаляется.

– До встречи, – бросает небрежно у двери.

А я даже отвечать ничего не хочу. Настолько он разочаровал своим эгоистичным поведением и нежеланием слушать мои доводы.