Елена Граменицкая – Хроника Торнбери (страница 9)
– Все. Последняя ниточка оборвалась. – Эти слова невольно слетели у меня с языка и умерли во всеобщем молчании.
Мужчины стояли подобно каменным истуканам, не отрывая глаз от маленького предмета в моей руке, отныне совершенно бесполезного.
Я почувствовала, как нарастает волнение.
Приказать неминуемой истерике прекратиться оказалось невозможно. Перед долго сдерживаемыми слезами я была бессильна. Они крупными каплями, одна за другой, скатывались по щекам. Эдуард Мосснер молча протянул свой платок.
Извиняясь за слезы, я отвернулась и шагнула к камину.
«Как неудобно, нельзя расслабляться, я позволю себе плакать только когда останусь одна». Огромным усилием я заставила себя улыбнуться.
Мои слушатели продолжали хранить молчание. Они не спускали с меня удивленных глаз.
«Смотрят, как на диковинного зверька. Хотелось бы мне знать, что творится у них в головах. Я надеюсь, что доктор сможет мне поверить и потом убедить других. Тогда, возможно, все сложится хорошо. А что, по-твоему, хорошо? Хорошо, если ты проснешься или найдешь дорогу назад, а если нет, останешься в этом времени или сне навсегда. Нет!»
Тогда я гнала страшные мысли от себя. Выжить в параллельной реальности казалось невозможно.
Затянувшееся молчание было нарушено сэром Фитцджеральдом.
Подойдя ко мне, он дотронулся до плеча. Я вздрогнула всем телом. Помню печальный взгляд, неуверенную улыбку, лишь приподнявшую уголки губ. Он пытался приободрить меня, но неудачно.
– Господа, поблагодарим мисс за увлекательный и занимательный рассказ, который до глубины души потряс и впечатлил каждого из нас. Полагаю, она сильно утомлена повествованием и не прочь отдохнуть. Если так, то мы не вправе более ее задерживать. Изволите позвать Розалинду?
Его спокойный голос звучал фоном.
Голова плыла.
Ну, вот и все, вот все и закончилось.
– Нет, сэр, благодарю, я чувствую себя хорошо и способна дойти до комнаты самостоятельно. Спасибо за внимание, господа. Надеюсь, что мой рассказ хотя бы немного показался вам правдивым. Хотя сомневаюсь. Скорее он вас повеселил…
Я быстро взглянула на мистера Коллинза, но выражение его лица мне ничего не сказало, оно оставалось невозмутимо-спокойным и немного грустным, не более того.
«Он мне не поверил, мне вообще никто не поверил. А ты, будь на их месте, разве поверила бы? Еще недавно ты сама с усмешкой читала рассказы очевидцев, напечатанные в газетах, считая их желтой прессой…
Лена! Ау! Ты забыла, что они тебе грезятся? Ты напрасно истратила весь словарный запас, не находишь? Кто в домике хозяин? Поговори с ними на русском!»
– Господа! – Мой голос дрогнул. – Простите, мне кажется, что пьеса затянулась. Героиня чертовски устала. Позвольте потребовать объяснений! Что здесь происходит?
Я перевела глаза на мужчин и замерла в ожидании.
Моя реплика повисла в воздухе.
Доктор Лукас в недоумении переглянулся с Эдуардом. Сэр Фитцджеральд нахмурил лоб. Он смутился, подыскивая слова.
– Простите, мисс, но мы не владеем русским языком… Не соблаговолите повторить ваш вопрос на английском?
Чтобы вновь не разрыдаться я собрала оставшиеся силы, поклонилась и покинула кабинет.
Сил не осталось, вся моя энергия ушла на безуспешную попытку осознать реальность. С трудом передвигая ноги в сопровождении Розалинды, я поднялась по лестнице на второй этаж, дошла до дверей комнаты. Раздеться сил уже не было, и я в полном изнеможении рухнула на кровать.
Как примириться с абсолютным бессилием, с невозможностью поверить в случившееся? С невозможностью ни себе, ни другим ничего доказать!
Новая реальность убивала, стирала подчистую.
Я исщипала, исцарапала руки до крови, пытаясь вырваться из объятий затянувшейся дремы, – все бесполезно.
Пережитое потрясение, невероятное психическое напряжение, усталость, выплаканные досуха слезы совершили наконец-то благое дело – позволили забыться сном.
Глава 5
Добро пожаловать в забытый мир книг
Сон разума затянулся надолго. В течение последующих дней я пребывала в состоянии полудремы, не находя сил подняться с кровати. Нескольких мгновений бодрствования сменялись сновидениями, они спасали от сумасшествия. Сны не запоминались, наслаивались друг на друга, создавали круговорот отдельных, несущественных эпизодов. Порой я пила и принимала пищу из рук терпеливой сиделки Розалинды, поддерживающей мои дремлющие силы. Потом, уже после выздоровления, рассудила так: первый день в Норе прошел бодро и весело из-за неверия в происходящее, в состоянии шока. И, лишь вернувшись в комнату после бестолкового разговора, я освободилась от розовых очков, от куража, была вынуждена осознать, что не сплю, что случилось страшное и пути назад нет.
Вот тогда и сломалась…
Прошло больше недели, пока жизнь не решила навестить меня.
Пробивающиеся через портьеры лучи утреннего солнца вернули из мира спасительных грез в настоящее, надежда проснулась вместе со мной и вновь поселилась в душе. А с ней и уверенность, что все сложится хорошо.
Приятных мгновений добавил завтрак, что принесла обрадованная моим возвращением к жизни Розалинда. Воздушные, еще теплые булочки, нежное сливочное масло, пара кусков отменного постного окорока и кофе, божественный свежемолотый ароматный кофе.
Еда чудесным образом повлияла на меня, и, допив последний глоток бодрящего напитка, я с блаженством откинулась на подушки, зажмурилась и неожиданно улыбнулась. Да, именно так – улыбнулась.
«Все замечательно, жизнь продолжается, за окном светит солнце и поют птицы, мне остается встать и продумать план дальнейших действий. Если есть вход в Нору, значит, найдется и выход из нее!»
В этот момент послышался тихий стук в дверь. В комнату заглянул доктор:
– Доброе утро, мисс! Я вижу, вы прекрасно выспались!
«„Прекрасно выспались“ – это его манера шутить?»
– Пожалуй, уважаемый мистер Лукас. Вам не кажется, что я провела во сне более чем достаточно? Какой сегодня день недели?
– Конечно, бедная девочка… Это обычная реакция на несчастье. – Вы находились в беспамятстве без малого десять дней. А тем временем пришло лето. Сегодня уже десятое июня, пятница. Вы по-прежнему в Торнбери. – Доктор шагнул к окну и раздвинул занавеси, пропуская в комнату ослепительный солнечный свет. – Дитя, ваш мозг не смог продержаться в активном состоянии без того, чтобы не начать анализировать, что произошло в действительности. Мне ваша история видится скорбной и достаточно запутанной. Последовавшая реакция организма лишь подтверждает, что мисс пережила настоящее потрясение и срочно нуждалась в покое, в забытье. Молодость сыграла вам на руку, восстановление всех жизненных функций проходит в усиленном режиме, скоро и следа не останется…, а сейчас посмотрите-ка в окно! Погода отменная для первой недели июня, я, как врач, настоятельно рекомендую недолгую прогулку на свежем воздухе, конечно, не в одиночестве, а в сопровождении вашего покорного слуги. Вы очень бледны, мисс, это необходимо исправить летним солнышком.
Я была рада видеть доктора и предложила ему присесть.
Лишь взглянув внимательнее, заметила на его лице волнение. Гладкую, как бильярдный шар, лысину покрывали бисеринки пота.
– Что-то случилось, мистер Лукас?
Немного помявшись, доктор достал свой бессменный платок, промокнул испарину. Он вновь, от смущения или по другой причине, прятал взгляд.
Я невольно улыбнулась.
«До чего нелепым кажется этот очкарик. Вечно бегающие глазки, потная лысина…»
– Мисс Элен, я до сих пор не в силах прийти в себя от недавнего рассказа, от чудной истории, произошедшей с вами. Поверьте, не каждый день встречаешь своих потомков, случайно заглянувших в гости. Поэтому прошу извинить, если мои слова будут не совсем верно истолкованы.
Сердце мое забилось сильнее.
«Он мне поверил? Или продолжает играть неизвестную роль?»
Лукас прерывисто вздохнул и продолжал:
– Мисс, в первую очередь должен сказать, что я склоняюсь к тому, чтобы поверить вам.
«Ура!»
Я благодарно улыбнулась.
– И моя вера основывается не только на вашем рассказе, но и на моих личных наблюдениях. Внешним обликом, в психическом плане и по физическому развитию вы отличаетесь от нас. Уровень образованности невероятно высок, склад мышления не соответствует мышлению современной женщины, он скорее мужской, что говорит не о врожденных, а о приобретенных способностях, вероятно, вследствие обучения… – Доктор смущенно закашлялся, почему-то заискивающе взглянул на меня и некоторое время спустя продолжил: – Меня глубоко поразил и впечатлил уровень развития медицины в ваше время, и я могу только сожалеть, что вы не получили необходимой медицинской подготовки, чтобы ответить на множество вопросов, которые мучили меня на протяжении всех прошлых дней, пока мисс находилась в беспамятстве. Но буду нижайше просить возможности поговорить. Любые сведения, что я могу получить, бесценны. Но позднее, позднее, ангел мой!
Мисс Элен, я допускаю, что произошел невероятный временной феномен и вы непостижимым способом были заброшены на целых два века назад. Какое счастье для нас, невежд! И безмерное горе вам, потерявшей семью… Сердце мое скорбит, потому что не имею ни малейшего понятия, как помочь. Молитесь, мисс. Приходиться ныне уповать лишь на Божью волю и на счастливое стечение обстоятельств, которые могут исправить ситуацию, восстановить равновесие и логический путь развития событий.