Елена Горская – Моя случайная проблема, или Детка, мы влипли! (страница 3)
Я тяжело вздохнула и двинулась к своей кровати. Плюхнулась на мягкий матрас спиной и задумчиво уставилась на белый балдахин.
– И вообще… Что на тебе надето, Кэр? Ты обокрала какого-то бродягу? – тоном старшего брата заявил Нэйт. – И какого черта здесь забыли тетя и дядя? Ты зачем их пригласила?
Я молчала. Шансы на минимальное спасение от загребущих рук дяди таяли прямо на глазах. По правде говоря, я уже начала сомневаться, что мое письмо Аластору было отправлено. Потому что слишком уж дядя и тетушка спокойно себя чувствовали.
– Кэр? – снова окликнул Нэйт и присел на край кровати.
– Они не гостят. Они захватили наш дом, наши счета и уже четыре месяца отравляют мне жизнь, пока ты путешествуешь, – протянула я раздраженно. – Сперва дядя пытался отправить меня в их деревенский дом, я отказалась. Потом было три попытки выдать меня замуж – тоже мимо. Вот завтра он хотел отвезти меня в монастырь. Даже билет уже купил. Но почти час назад я испортила и этот план.
– Вот же сукин сын! – Нэйт вскочил на ноги. – Да я вышвырну его прочь!
Я с открытым скептицизмом взглянула на брата. Отлично знала, как быстро эта отвага сменяется трусостью.
– Скорее ты окажешься в жандармерии. Он позволит тебе себя избить, а потом призовет тебя к ответу. Или же изобьет тётушку – и скажет, что ты сошел с ума, и тебя отправят в психлечебницу.
Боевой запал в глазах Нэйтана угас. Он, подобно мне, упал на спину и уставился на балдахин.
– Дело дрянь…
– Он решил контролировать даже семейный счёт.
– У него нет на это прав!
– Он целую неделю после своего приезда махал перед моим носом какой-то пожелтевшей бумагой, написанной рукой отца.
– Доверенность?
– Что-то вроде. Поэтому нам нужен Аластор.
Больше десяти минут мы молчали. Каждый думал о своем. Но нашу молчаливую идиллию прервала Аннет.
– О, сеньорита Каролина! Вы оказались правы!
– Что случилось?! – я подскочила на постели.
– Сеньор Лоури уже беседует в кабинете с каким-то дряхлым стариком. Я заносила туда чай и услышала, что они обсуждают ваш предстоящий брак и испорченную репутацию.
– Ну, мерзавец! – в моих венах вновь закипела ярость.
Я оглянулась на брата и мысленно выругалась. Он лежал с закрытыми глазами и, вероятно, уже успел задремать.
– Нэйтан! – рявкнула я громко.
– А? Что? Я тут! – он вскочил на постели, как ужаленный и растерянно посмотрел по сторонам.
– Возьми билеты на ближайший поезд до любого прибрежного городка. Мы едем к Аластору.
– К этим скрягам?!
– Я еду к своим братьям, – заявила с гордостью и зашагала к бежевому платяному шкафу.
Распахнула его и принялась перебирать вещи – готовиться к предстоящему путешествию.
– Отлично! – голос Нэйта был полон сарказма. – Они примут тебя с распростертыми объятиями, а меня, как побитого пса вышвырнут на улицу! Замечательно! Хорошо. Будь по-твоему. Давай мне деньги на билеты – и я их куплю.
Я замерла с зажатым в руке фиолетовым платьем и удивлённо уставилась на брата.
– Деньги? А разве Аластор не отдал тебе твою часть, когда высадил в порту?
Глазки Нэйта стремительно забегали по комнате.
– А почему я должен платить за это путешествие? У тебя тоже были сбережения. Где твои триста лир?
– Потратила на гардероб! Потому что от дяди и гроша не допросишься! – солгала я.
На самом деле на гардероб за четыре месяца я потратила всего сто лир… Двести лир я отдала Дамиану. Хотя они ему тоже не пригодились. Кошель с деньгами забрал дядя. И навряд ли он захочет отдать мне его назад.
– Нэйтан! Чёрт тебя подери! Где твои деньги?
– Я же говорю, что много путешествовал!
– Ах, ты мерзкий пакостник! – от избытка эмоций я запустила в него женской туфлей, но он ловко увернулся. – Поразвлекался в компании красоток, проиграл свою часть денег и вернулся к любимой сестричке. Я угадала?
– Черт возьми, это мои деньги! И я мог тратить их, как пожелаю!
– А-а-а-а! – закричала я, закипая от гнева.
Где взять деньги на это путешествие, я понятия не имела. Последние сережки я заложила ещё на прошлой неделе, когда выдавала зарплату Аннет. Я не могла оставить свою единственную подругу без гроша в кармане, потому что дядя решил испытывать мое терпение даже так. Думал, что если я буду каждый день наблюдать за измученной служанкой, которой он не платит жалованье, то приползу к нему.
– Кэр… Давай продадим твои украшения? Потом все вернём.
– Я уже все продала! – рявкнула я и, скинув с себя тяжёлую куртку Дамиана, швырнула ее в лицо своему приближающемуся братцу.
– Сдурела?! – закричал он, хватаясь за левый глаз. – Ты туда кирпич положила, что ли?!
Испугавшись, я уставилась на Нэйтана. Перевела взгляд на куртку Дамиана, лежащую у его ног, и мои глаза округлились.
– Нэйт, – ахнула я и бросилась к мужской вещи.
– Чего?!
– Смотри, – я указала на разорванную сбоку подкладку.
Оттуда зазывающе засверкал алмаз. Я достала свое внезапно обнаруженное сокровище и покрутила в руках.
Алмаз оказался довольно большим. С ровной огранкой и неизвестным символом, выбитым на одной из граней. Следом из подкладки я достала пожелтевший кусок до жути странной порванной карты.
– Боже! Да он стоит целое состояние! – Нэйт заинтересовался только драгоценным камнем.
Выхватил его из моих рук и принялся за детальное изучение.
– Нет, он точно бандит, – улыбнулась я, вспоминая широкую улыбку черноглазого красавца, который, сам того не подозревая, уже дважды меня спас.
Глава 4
– Женщины… Они губят нас. Их дьявольская натура способна уничтожить любого сильного мужчину. Их нежность, грация, красота и уверенность – это все сильнейшее оружие, против которого мы совершенно бессильны. Правда, Дамиан?
Язвительно усмехнувшись, я взглянул на своего лысого «друга по несчастью», что делил со мной эту зловонную камеру в отделе жандармерии. На вид ему было не больше сорока, хотя из-за чумазого побитого лица было трудно определить его точный возраст. О красоте и женских пороках он философствовал уже час и, между делом, поведал мне о том, что попал сюда тоже из-за женщины. Его дама желала получить кольцо… И он выполнил ее желание. Правда, не купил его, а украл.
О своем позорном провале я рассказал вскользь, упуская некоторые детали.
Потому что уже и без того целый час корил себя за глупость и беспечность.
Больше всего я переживал за свои вещи. А именно за куртку, где спрятал самую важную драгоценность. Карту Монсави.
Я так долго за ней гонялся и теперь лишился ее по собственной глупости. Идиот.
О чем я, черт возьми, думал?!
– Вот зараза… – прошипел я от боли, когда дотронулся до огромной ссадины, что «украшала» скулу.
– Эй, герой-любовник! – рявкнул из коридора стражник. – К тебе посетитель!
Мои глаза уставились на толстые решетки камеры, через которые был виден серый каменный коридор.
Посетитель? У меня не было знакомых в столице. Если не брать в расчет девушку, которая ворвалась ко мне в номер и с такой легкостью отключила мой мозг. Неужели рыжеволосая красотка решила мне помочь?