Елена Горская – Дракон по заказу, или Приворот под Новый год (страница 9)

Голубые глаза дракона замерли на бабуле.

– Это вырезка из прошлогодней газеты, – протараторила я, словно это как-то могло облегчить нашу неминуемую незавидную участь.

– Ой, а чего их там проклинать-то? – отмахнулась старушка. – Они сами чтоль не знают, что в конце августа всегда засуха? Я ж просто им сказала: поливайте урожай! Посохнет все к заднице собачьей! А они кричали: «Дожди будут!».

– Бабушка просто тогда оказалась права, – наигранно мило усмехнулась я. – А фермеры свой промах на старушку свалили. Надо же было кого-то обвинить.

– Хм… – сощурился Листар, сверля бабулю взглядом.

Она тоже сузила глаза и горделиво заявила:

– Нет, ну если не веришь мне, красавчик, то проверь на магию. Я ж не против!

Она выпятила свои тонкие красные губы, потянувшись в сторону Листара. Он перевел на меня насмешливый взгляд, обозначающий «Все рассказала?».

Я отрицательно кивнула головой. Он ухмыльнулся.

– Вас Ману проверит, Эдит, – отозвался Листар, и следом послышался недовольный вздох бабушки. – Так. А дальше у нас – «Баладар Дарлинг отравил посетителей таверны «Кошкин дом»!

– Никого он не травил, – снова поспешила оправдаться я. – Он просто помог разгрузить бочки с амритом. А то, что мельник сварил некачественный амрит – так это не вина отца. Просто людям проще придумать небылицы, чем признать, что можно отравиться и некачественным алкоголем.

– «Чокнутый алхимик изуродовал женщин Хабурна!» – продолжал «убивать» мое спокойствие Листар. – Вы – алхимик, Баладар?

– Изобретатель, – поправила я, тихонько толкнув отца локтем в бок. – Учёный. Исследователь.

– Вы за всех отвечать собрались, Амалия? – темная бровь Листара вопросительно изогнулась. – Вы прямо сейчас хотите со мной поговорить? Или мы снова сделаем это в…

– Все я молчу! Молчу!

Я вытянула вперёд руки, показывая, что капитулирую. Жалобно смотрела на Листара, посылая ему немую мольбу с просьбой ничего не говорить отцу о наших совместных пробуждениях.

На морщинистом лице отца не дрогнул ни один мускул.

– Вы внешне очень похожи на своего дедушку, Листар, – спокойно заявил отец. – Сколько вам сейчас лет? Двадцать девять? Тридцать? Жаль, перед смертью ваш дедушка не успел узнать, что у него будет внук.

– Вы знали моего деда? – напрягся наш гость.

– Конечно. Более того, я водил с ним дружбу. Именно поэтому, после его смерти нашу семью так невзлюбили в городке. Обычная зависть.

Мой рот приоткрылся от изумления. Папа дружил с бывшим правителем Хабурна? Почему же мне никто об этом не рассказывал?

– Вы играетесь с зельями, Баладар? Признайтесь, – Листар сощурился и подался вперёд. – Вы же алхимик. От вас же за версту несёт палитокой – этими едкими редкими травками.

Я затаила дыхание и крепко вцепилась в руку отца.

– Да, я алхимик, – сознался он. – Но такую власть дал мне ваш дедушка. Архан хотел усовершенствовать город.

– Зелья без магии не работают… – Листар выглядел победителем. – Вы обладаете магией?

– Нет.

– Я вам не верю.

– Так проверь его! – крикнула бабуля. – Поцелуй и поймёшь!

Я закусила губу, чтобы не рассмеяться, уловив, как моментально изменился в лице дракон.

– А я разве сказал, что создаю зелья? – усмехнулся отец. – Я совершенствую косметику и создаю парфюмы для горожан. Изобретаю самоиграющие музыкальные инструменты и самодвижущиеся столовые тележки. Хотите посмотреть?

Отец громко хлопнул в ладоши и дверь гостиной открылась. В дверном проеме показалась столовая тележка, накрытая белой скатертью, на которой стоял небольшой чайник и несколько фарфоровых кружек.

Она медленно покатилась в нашу сторону, а я старалась скрыть обрушившийся на меня шок.

Не было у нас самодвижущихся тележек! И самоиграющих инструментов тоже не было!

Не сразу я поняла, что отец сейчас просто дурит этого дракона.

Только когда шевельнулся угол белой скатерти, я осознала, что тележку прикатил Филипп. И он прямо сейчас стоит здесь.

Чем его напоил отец, что он стал совсем прозрачным?!

Но теперь мне стало ясно, почему так спокоен был папа. Его смекалке можно было позавидовать.

– Чаю? – предложил он, и налив из чайника теплый напиток, протянул кружку Листару.

Дракон был поражен.

Принял из рук отца чашку, продолжая удивлённо поглядывать на тележку. Ещё бы.

– Совсем без магии? – уточнил он сурово.

– Совсем. Вот механизм, – отец приподнял скатерть, и я едва не рассмеялась, увидев там склеенные части старинных часов. – А этот чай, к слову, очень любил Архан Морелли – ваш дедушка.

Услышав имя деда, Листар поднес кружку к губам и сделал глоток. На лице его отразилось одобрение.

А я поняла, что этот надменный дракон определенно в тайне мечтает о том, чтобы стать таким же великим правителем, как и его дед.

Следующие десять минут отец рассказывал Листару, как Архан Морелли готовил людей к зиме. На неудобные вопросы отец просто не отвечал, умело переводя тему.

– Покажите мне вашу лабораторию, – попросил воодушевленно Листар, когда опустошил кружку.

Отец мило улыбнулся.

Но я знала эту улыбку. Она означала твердое «нет». Он посмотрел в сторону небольшого пианино, одиноко стоящего в углу, и едва заметно кивнул головой.

Первые ритмичные звуки музыки разбудили даже задремавшего Ману. Ворон встрепенулся и взлетел к потолку.

А вот Листар… Он вскочил на ноги и…Рассмеялся.

Повел плечом. Притопнул ногой…

– Чудесная музыка! – крикнул он и…

Пустился в пляс.

Мои глаза готовы были выпрыгнуть из орбит. Какого зарра здесь происходит?!

Листару можно было смело дать звание самого аморального танцора. Он прищелкивал пальцами, пока его ноги жили своей жизнью. Хлопал в ладоши, крутя бедрами.

То, как он двигал своими ногами, телом и… крутил достоинством – определенно навсегда останется в моей памяти.

– Эдит! – выкрикнул он, сияя белоснежной улыбкой, и выдернул старушку из кресла, увлекая за собой в танце.

Поднял ее на руки и покружил в воздухе. Бабуля запищала от радости, как молодая девица, и принялась вытанцовывать рядом с драконом.

– Листар-р! Позор-р! Амор-ральный др-ракон! Остановись! – не прекращая кричал Ману, круживший над своим хозяином.

Листар отмахнулся от ворона и припечатал в морщинистую щеку бабули звонкий поцелуй.

Клавиши пианино двигались сами по себе, рождая на свет самую веселую мелодию из всех возможных. Но я-то знала, что в нашей семье так виртуозно играет только Филипп.

Звук трясущихся костей из витринного шкафа накрытого пледом, дополняли это сумасшествие, как ещё один музыкальный инструмент. Это определенно танцевал Ленни. Наш скелет никогда не мог усидеть на месте, если дом наполнялся звуками музыки.

– Лишь бы не выпал оттуда в неподходящий момент, – прошептала я и закусила от переживаний губу.

Когда Листар приобнял бабулю, что зажигательно выписывала возле него круги своими худыми бедрами, я приложила ладошку ко рту и ошарашенно взглянула на отца.

Он смотрел на это безобразие и просто улыбался.