Елена Горшунова – Фантомная жизнь. Учись отпускать… (страница 2)
– Э, милая. Да ты, похоже, сильно стукнулась, – всплеснула руками старушка. – Тут сроду цветами не торговали. Внук мой всякий раз через два дома бегает перед свиданием. Всё сокрушается, что рядом не продают.
«Бред какой-то… Сначала голоса непонятные, теперь это. Не могло же мне показаться? Я и головой-то не ударялась…»
– Давай-давай, поднимайся. Как нога?
– Нормально, – сморщилась Вера, – немного болит. Наверное, ушибла. А куда вы так бежали?
– К акции хотела успеть, – виновато зарделась старушка, – до пяти часов на фрукты скидка семьдесят процентов. Вот хотела яблок набрать и шарлотку испечь. Да чуть человека не покалечила…
– А пригласите меня на пирог? – внезапно предложила Вера и сама себе удивилась. – Я куплю яблок и еще чего-нибудь вкусного.
– Да с радостью! Я очень люблю общаться, да уж почти не с кем стало. А в магазине так и вовсе впервые знакомлюсь. Меня Аглая Михайловна зовут!
– Вера!
Крепким рукопожатием две дамы скрепили знакомство и неторопливо направились к фруктам.
За спиной Веры сиротливо остался лежать маленький камушек. Ровно в том месте, где она упала.
Глава 2
Благодарность – прекраснейший из цветков души.
Пряный аромат яблочного пирога с морковью и ласковые слова окутали Веру невесомой заботой. Напомнили время, когда была жива бабушка…
Аглая Михайловна, несмотря на почтенный возраст, ловко готовила угощение в теплой и уютной кухоньке. Трогательные занавески в мелкий красный ромбик наполовину закрывали большую банку с чайным грибом.
«Наверное, у всех пожилых людей есть такие напитки, и у бабушки был», – вспомнила Вера.
На стене висела деревянная полка с аккуратной стопкой календарей и тетрадей. Возле тяжело вздыхающего холодильника висели необычные часы – как будто наручный браслет из золота.
Старушка сноровисто накрыла на стол и жестом фокусника поставила крохотные пирожки и песочные корзиночки с абрикосовым джемом.
– Когда вы столько успели? – восхитилась Вера.
– Да что тут успевать-то! Раз – и тесто готово. А там уже духовка и сама справится! – хитро подмигнула Аглая.
– Я так не умею… – вздохнула Вера и откусила небольшой кусочек корзиночки. – Вы работали поваром?
– Нет, милая, я всю жизнь учила ребятишек. Учительница младших классов я, – с грустью сказала Аглая, – давно на пенсии.
– Скучаете по работе?
– Очень. Так привыкла к детям, что тоска за душу берет. Мягкие лучики добра и тепла. И слезы их, и отчаяние, смех и радость, победы и поражения – всё до боли настоящее. Как будто солнце прикасается к душе. Чистое и живое… Глаза уже плохо видят, а то работала бы дальше.
– А что делаете обычно? Внук вроде взрослый?
– А ничего особо и не делаю. По молодости казалось, дай мне больше времени – всё успею. Совсем часов в сутках не хватало. Всё куда-то спешила, торопилась, боялась опоздать. Так и вышло… Пробежала жизнь галопом, без остановок. Опоздала жить. Времени хоть отбавляй, а заняться нечем. Порядок я навожу в два счета. Над кастрюлями долго не сижу. И чего я в молодости копошилась с этим? Ты вот, детка, мотай-ка на ус. Не торопись никуда, а живи. Спешить некуда, впереди у всех один конец. У кого раньше, у кого позже. Жить, оказывается, тоже надо уметь вовремя.
«Сказали бы мне такое раньше, я бы спорить начала, – с тоской подумала Вера, – особенно про время. А теперь – сил нет…»
– А внук взрослый, институт в этом году опять заканчивает и работу не бросает.
– На кого учится? – вежливо спросила Вера.
– Какой-то компьютерный инженер, – отмахнулась Аглая Михайловна, – я в этом совсем не понимаю. Учила-учила, как профессия эта называется, да так и не запомнила. Мудреная слишком. А работает он у частника какого-то, всё компьютерные линии налаживает. Редко ко мне забегает, тоже времени, говорит, не хватает совсем…
Старушка загрустила и, тяжело вздохнув, медленно встала.
– Давай, Верочка, еще чаю подолью? – Она неловко повернулась и перевернула пузатую чашку на стол. Большая лужица чая мгновенно растеклась по столу влажной кляксой.
Аглая охнула и, схватив тряпку, принялась споро вытирать ароматную жидкость. Мягкая скатерть, оказывается, закрывала грубые потертости и трещины деревянного стола. У Веры при взгляде на него остро защемило сердце.
– Простите, но мне пора, – зарделась она и почти прошептала: – Времени уже много…
– Да ладно, что я, молодой не была? – улыбнулась Аглая, споласкивая тряпку под прозрачной струей воды, – конечно, беги! Будет время, заглядывай в гости, угощу чем-нибудь вкусненьким. Запиши вот номер мой, звони в любое время!
Вера крепко обняла сухонькую старушку.
– Обязательно приду!
***
На улице тем временем разыгралась настоящая буря. Ледяные капли дождя остро кололи затылок и руки, обжигая жутким холодом. Вера бегом кинулась к машине и вдруг споткнулась о бордюр. Неловко размахивая руками, больно стукнулась коленкой о деревянную скамейку.
«Да что за день сегодня такой! Глядишь, закончу его в больнице такими темпами».
Она поднялась на ноги и внезапно заметила кристалл на мокрой земле, прямо возле своих ног. Осторожно дотронулась до него – совершенно сухой. Как будто и не лежал под проливным дождем.
– Верушка! – крикнули сверху.
Она повернулась на крик.
– Сумку забыла! – Аглая Михайловна призывно махала рукой. – Поднимись, пожалуйста, мне тяжко спускаться.
«Лучше бы дома сегодня сидела, день какой-то невезучий». Вера хотела положить камешек в карман, но, повернувшись обратно, вытаращила глаза на мокрый серый и абсолютно точно пустой асфальт. Ни кристалла, ни следа от него – ничего.
Она несколько раз моргнула и решила, что слишком устала, чтобы об этом думать. Быстро сбегав за сумкой, бросилась к машине и, стараясь не смотреть по сторонам, поехала домой.
«Хватит с меня на сегодня! Пусть даже синий единорог постучится в окно, ни за что не открою и не посмотрю на него».
Но ничего странного не произошло, и Вера быстро доехала до своего района. Поставив машину в гараж, торопливо зашагала по неровной тропинке.
Плотно сгущались сумерки, а фонари, как обычно, не горели.
Вера поежилась и ускорила шаг. За спиной раздались неторопливые тяжелые шаги. Искоса посмотрела назад – никого. Перевела взгляд на тропу перед собой – тотчас сзади громко захрустели ветки и донесся сладковатый аромат.
Сердце ухнуло, а натянутые нервы не выдержали нарастающего напряжения. Перехватив покрепче тяжеленные пакеты, Вера глубоко вздохнула и припустила бежать, только каблуки сверкнули в наступающей тьме.
Глава 3
Если хочешь ничего не бояться, помни, что бояться можно всего.
Разложив продукты и книги, Вера пошла в душ. Горячая вода помогла согреться и успокоить дрожащее сердце. Закрутив на голове тюрбан из полотенца, она надела уютный домашний костюм. Плюшевая ткань приятно согревала, навевая теплые воспоминания.
Вера вздрогнула и вновь перенеслась в настоящее, без остатка растворяя детские видения. Заварив чай с бергамотом в большой черной кружке, свернулась в кресле калачиком. Внезапно книги о депрессии показались чужими и лишними в этой комнате.
Накинув шерстяной плед, она погрузилась в сладкую дремоту.
– Тайна старого шамана предана забвению.
Вера потерла глаза и несколько раз моргнула, пытаясь прийти в себя. По телевизору заканчивалась передача о необъяснимом. Кто его включил? Она давно не пользовалась зомбоящиком. Спутниковое ТВ уже три года как отключила.
Телевизор тем временем едва слышно зашипел, и экран погас. Вера осталась в полной темноте и тишине, лишь сквозь шторы падал тусклый свет фонаря.
«Странный сон, наверное, я еще сплю. – Вера зевнула и повернулась на другой бок. – Интересно все-таки, тот парень мне только привиделся или нет? Такой симпатичный, за версту видно – обаяшка и весельчак. Стоп».
Она резко села. Сон как рукой сняло.
«Экстрасенс» говорил про названия книг из библиотеки, но ведь те лежали в машине! Как он про них узнал?
И эта странная телепередача про шамана. Ведь парень говорил что-то похожее… И обрывки фраз во сне.