Елена Горшунова – Фантомная жизнь. Учись отпускать… (страница 12)
– Ау! – тронула ее за плечо Аглая Михайловна, – ты о чем задумалась? Такси ждет.
– Да так, бабушку вспомнила, – нахмурилась Вера и быстро натянула ботинки, не проронив больше ни слова. А Аглая не стала и расспрашивать.
Ехали молча, лишь иногда старушка трогала прохладной рукой лоб Веры и протяжно вздыхала.
Несколько раз звонили с работы, но у Веры не осталось сил на разговор. Написав короткое сообщение начальнице: «С температурой 39.2 еду в больницу», она выключила телефон, стараясь выключить и свои страхи. Потерять работу, остаться без денег и сгинуть в одиночестве. Вдруг пришла мысль, что нет сил бояться того, чего пока не произошло. У нее есть только «сейчас». И почему-то она отчетливо представляла, что завтра может и не наступить. В груди разливалась звенящая пустота и полное отчаяние. Бессилие захватило Веру целиком.
Глава 10
Каждое событие в настоящем рождается из прошлого и является отцом будущего.
– Добрый день! Рада видеть вас, проходите! – широко улыбнулась рыжеволосая женщина и приветливо распахнула дверь.
– Сонечка, здравствуй! – Аглая обняла женщину и потянула за собой Веру. – Знакомьтесь, Верушка – Софья.
– Приятно познакомиться. – Соня неприлично уставилась на гостью в упор и несколько раз моргнула. – Вы очень вовремя приехали. Гарик! – крикнула она громче.
Из глубины квартиры появился… Игорь. Тот самый, из платной клиники, который всучил Вере визитку.
– Вот это да! – обрадовался он, но, внимательно взглянув на Веру, вмиг стер улыбку с лица. – Пойдемте ко мне в кабинет.
– Аглаша, давай пока чайку попьем, – позвала старушку Соня, и они скрылись за дверьми кухни.
– Не перечь ему, ладно? Он поможет, – шепнула Аглая Вере и легонько подтолкнула вперед.
– Хорошо, хуже не будет, – обреченно кивнула Вера.
– Ты прямо как на казнь пришла, – криво ухмыльнулся Игорь, быстро переходя на «ты».
Зайдя в кабинет, Вера осмотрелась. Она ожидала увидеть темную, затхлую и неприветливую комнату: шкуры зверей, потускневшие черепа и блестящие трубчатые кости. На худой конец, медицинские атласы и справочники, массивный стол из красного дерева и стопку мутных пробирок. Непонятно откуда взявшийся страх сжал горло.
Но кабинет выглядел просторным и светлым.
Узкий белый стол в углу и два уютных кресла. Высокий кувшин с водой и несколько квадратных стаканов из цветного стекла. На стене возле окна картина, написанная маслом. На ней изображена девушка в виде весов. С одной стороны ночь, луна и звезды, а с другой – яркое солнце, голубые облака и много воздуха. Вера не понимала, как можно понять по картине, что в ней много воздуха, но отчетливо это чувствовала. Вообще, как только она переступила порог этой комнаты, у нее внутри словно щелкнул какой-то переключатель. Она открыла в себе много разных незнакомых чувств. Раньше такого не было. Или она не замечала?
– А что такое чувства? – вырвалось у нее вслух.
– Чувства напоминают нам о том, что мы живем. Позволяют ощущать происходящее вокруг ярко, со вкусом. Делают нас живыми людьми. Помогают осознавать мир.
– А, понятно. – Вера быстро потеряла интерес к этому вопросу и увидела за дверью длинный сверток.
– А это что?
– Коврик для йоги и сеансов кристальной раскладки.
Вдруг Вера почувствовала себя очень глупой. Про йогу она слышала, но всегда стеснялась спросить, что это такое. Знала лишь, что это какие-то физические упражнения. Желания погуглить и узнать больше не возникало.
Про кристальную раскладку она и вовсе слышала впервые. Боясь показаться недалекой и увидеть в глазах Игоря насмешку, она не стала задавать вопросов.
Он удобно устроился в кресле и кивнул на второе.
– Вера, садись. Почему не позвонила узнать результаты анализов? Я ждал. И когда Кирилл успел познакомить тебя с Аглаей?
– Результаты? – рассеянно спросила Вера. – А при чем здесь Кирилл? Я его не видела со вчерашнего дня.
– Как при чем? Ты что, не знаешь?
– О чем?
– Он ее внук.
– Как внук?.. Я не знала… – сказала потрясенная Вера и замолчала.
– Откуда тогда ты ее знаешь? – удивился Игорь.
– В магазине случайно познакомились три дня назад, – пролепетала Вера. – А вы что, родственники?
– Нет, раньше жили на одной лестничной площадке, – протянул Игорь. – На-ка, измерь температуру. Аглая говорит, жар сильный?
Вера молча сунула градусник под мышку.
– Анализы просто ужасные, – начал Игорь. – Не появись ты сегодня, я сам бы тебя нашел. Организм кричит о признаках внутреннего воспаления.
– Какого еще воспаления? – похолодела Вера. – У меня рак? Но я сегодня забрала результаты анализов из больницы, смотри.
Она дрожащими руками открыла сумочку и протянула Игорю карту.
– Не понял, – растерялся он, взглянув на анализы.
Подошел к окну, посмотрел бумаги на свет. Прищурился. Зачем-то понюхал их.
– Я впервые с таким сталкиваюсь, – честно ответил Игорь. – Не понимаю, отчего такая разница. Как будто два разных человека. Нужно срочно повторить обследование и приступить к терапии. Но, – поднял он палец, не давая Вере вставить хоть слово, – есть вероятность, как я уже говорил, что эти процессы в твоем организме не связаны с медициной.
– А с чем же?
– Ко мне часто обращаются люди за помощью, – медленно сказал Игорь, тщательно подбирая слова, – и чаще всего не медицинской. Дело в том, что я потомственный шаман.
– И ты тоже? Ага! – азартно вскрикнула Вера, – я поняла. Вы сговорились, да? Ну, хитрецы! И Аглаю Михайловну сюда втянули… Я же видела Кирилла там, в супермаркете, видела. Я не сумасшедшая. Аллилуйя. И возле моей квартиры вы шумели? Как вот только книгу уронили и телик включили – вопрос. И сны… А в сны-то вы как залезли? – она ошарашенно замолчала. Запал прошел, оставив после себя пустоту. Теперь Вера чувствовала себя как сдувшийся шарик.
– Вера, – успокаивающе сказал Игорь, – никого мы не подговаривали и не дурили. Расскажи, что с тобой происходит? С самого начала.
Внимательно выслушав Веру, Игорь несколько раз прошел по комнате. Выпил стакан воды залпом.
– Интересно, – наконец сказал он, – ко мне разные люди приходят. Духов многие видят. Некоторых при смерти привозят. Всякого насмотрелся уже. Но такое – впервые. Чудны дела твои, Господи.
– Да что происходит-то? Какие еще мертвые? Ты о чем? Я ничего не понимаю, – жалобно протянула Вера.
– Моя работа в больнице – всего лишь часть той помощи людям, которую я оказываю. Я потомственный шаман…
– Это я уже слышала, – нетерпеливо перебила Вера.
Игорь вздрогнул и продолжил:
– Так вот, во мне течет кровь многих предков, полностью посвятивших себя целительству. Есть такое поверье, что когда человек идет не по своему пути…
– Знаю, – опять перебила Вера, – то случаются всякие неприятности и можно умереть.
– Ну, умереть – это слишком, хотя бывает и такое, – признался Игорь. – Я долго отрицал свою сущность и хотел гонять на раллийной трассе. Ни о какой медицине и тем более чудачествах вроде шаманизма я и слышать не хотел. Мать долго мне объясняла, умоляла, упрашивала, ругала – всё без толку. Она часто слышала от отца, что бывает с людьми, которые отказываются служить людям. Идут против своего предназначения.
Дед давно умер, и совета спросить было не у кого, с родней мы не общались. Сначала начались мелочи вроде разбитого стекла в машине и частых простуд. Потом я начал слышать голоса и видеть духов, но жутко боялся кому-нибудь рассказать об этом. Казалось, что схожу с ума. Поговорить с кем-то об этом не мог. Я знал, что если обращусь к матери, она заведет ту же шарманку о посвящении и служении людям. Тогда я начал пить. Пил я много и долго, почти не просыхая. Моя спортивная машина обычно была на ходу всего полдня. Все остальное время у нее постоянно что-то ломалось: то глушитель на ходу отвалится, то ребятишки лобовое стекло разобьют во дворе мячом. Да, – он махнул рукой, – всего и не расскажешь.
– И что дальше? – нетерпеливо спросила Вера.
– А дальше стало совсем невыносимо. Я несколько раз ломал одну и ту же ногу, стал часто появляться в больнице, – он криво усмехнулся, – познакомился там с милой медсестрой и решил поступать в медицинский. Благо возраст на тот момент еще позволял. Эх, столько лет уже прошло…
– Так тебе сколько лет? – выпучила глаза Вера, сделав в уме нехитрый подсчет.
– Тридцать девять.
– Ого, ты врешь! – непроизвольно вырвалось у нее. – Не может быть. И мама у тебя такая молодая.
– У меня гены и кровь шаманов. У мамы свои женские штучки, – пожал плечами Игорь. – В общем, начав учиться на терапевта, я понял, что в моей жизни всё словно встает на свои места. Вокруг всё устаканилось, утихомирилось. Несколько раз во сне приходили предки, но они уже не пугали, а настойчиво просили продолжить их дело. Род и люди нуждались во мне. Поэтому я прошел посвящение в шаманы и параллельно обучился еще ряду методик и техник, которые помогают мне лучше исцелять людей.
Вера сидела, немного оглушенная этой историей. Мысли скользили в голове, как влажные косточки от ягод по линолеуму. «Как мне легко рядом с ним. И тепло. Ногу ломал, почти как у меня, – мелькнуло в голове, – и про путь говорит, и про голоса».