Елена Горелик – Имя твоё — человек (страница 20)

Сам факт вызова Ани к начальству «на ковёр» не внушал Да-Рэй беспокойства. В конце концов, они не нарушали никаких правил, ни с кем не конфликтовали, работу свою выполняли так старательно, как могли. Разве что какая-то из жриц-каваанок могла углядеть некое мелкое святотатство и натрепать языком. Скорее всего, речь зайдёт о другой работе или повышении оплаты, что было предусмотрено договором. Но почему так тревожно на душе?

Рука ощутила знакомое прикосновение, сопровождаемое волной эмоций — всё то же беспокойство. Осьминожка.

— Ты тоже? — спросила тари. — По-твоему, нам не стоит покидать здание? Волна положительных эмоций означала «да».

— Вернёмся.

На этот раз ощущения были сложнее. Осьминожка передала образы, ясно показывавшие, что она останется у входа, а вот Да-Рэй стоит поинтересоваться происходящим внутри помещения.

— Нет причин не доверять твоему чутью, — согласилась длинная. — Оставайся здесь.

И решительно отодвинула в сторону полупрозрачную дверь с нанесенным священным знаком каваанской веры — накосо перечёркнутым кругом.

Вид довольно ухмылявшегося Карсо, в гордом одиночестве подпиравшего стенку в коридоре чуть ли не у дверей собственного кабинета, превратил смутные подозрения в твёрдую уверенность. Да-Рэй прибавила шаг. Здешние потолки не были рассчитаны на высокий рост тари, и она едва не цепляла макушкой плоские лампы. Начальник, заслышав быстрые тяжёлые шаги — весила длинная инопланетянка немало, топала громко — резво вернулся в реальный мир.

— Где Ань-Я? — обманчиво мягко спросила Да-Рэй.

— В кабинете, — резко ответил шеф. — Сгинь, не мешай ей.

— Ей — или тебе? — тари сделала попытку обойти его.

— Отвяжись, дылда. Я ей жизнь устраиваю, — Карсо невежливо, с силой дёрнул её за рукав. — Захочешь — и тебе устрою. Правда, не уверен, что на такой небоскрёб найдётся наниматель.

Воспитанная, всегда вежливая тари задохнулась от гнева. Первым и главным правилом, которое внушали тарийским детям, было уважение к окружающим, к их праву выбора. А здесь… Здесь… «Работорговец!»

Да-Рэй едва не выкрикнула это слово — страшнейшее оскорбление, которое могли измыслить современные тари. Могла бы и вслух высказаться, но в этот момент из-за двери послышались жуткие вопли. Забыв обо всём на свете, она рванулась туда. Карсо неожиданно ловко подставил ей подножку. Тари с грохотом растянулась во весь рост. Приподнявшись на локте, зло отмахнулась ногой от насевшего на неё шефа. Тот с не меньшим грохотом улетел в уголок, сбив по дороге какой-то сюрреалистический ландшафтик со стены. И больше ничего они оба сделать не успели. Потому что из кабинета, не заметив закрытой двери, вылетел тип, в котором с большим трудом ещё можно было признать «уважаемого Осни». Глаза выпученные, лицо исцарапано, щёгольская офицерская униформа изодрана в клочья, руками машет и визжит. На бегу. Следом за ним, жутко завывая, вынеслась Аня… или кто-то, очень на неё похожий. С оторванным шитым воротником в зубах, с совершенно зверским лицом, растрёпанная, как ведьма, норовящая ухватить улепётывавшего офицера за остатки кителя и продолжающая выть, будто перебравшая валерьянки мартовская кошка.

— Уберите! — верещал несчастный рунн, споткнувшись о растянувшуюся на полу тари и растягиваясь по соседству. — Уберите от меня эту сумасшедшую!

Аня, выплюнув воротник, радостно взвизгнула и прыгнула на жертву. «Жертва», явно не желая вновь оказаться в столь горячих объятиях, прытко подскочила и со спринтерской скоростью помчалась к выходу, оставив в руках победительницы вырванный «с мясом» рукав.

— Куда же ты, сладкий мой?!! — завопила Аня, не забывая подвывать при этом. — Я есть хочу-у-у!!!

У Да-Рэй челюсть отвисла и глаза на лоб полезли. Всякое видела, но такого… Краем глаза она заметила, что босс тоже ловит челюсть обеими руками, и это почему-то привело её в чувство. Обцарапанный и оборванный рунн тем временем благополучно выскочил за дверь. Правда, оттуда почему-то донёсся короткий вскрик и звук падения, но тари сейчас было не до того. Резким движением она поднялась, вцепилась в Анин воротник и коротко, но сильно встряхнула подругу.

— Успокойся! — рявкнула она, сама не ожидавшая от себя такой резкости. А потом обернулась к боссу. — Что здесь происходит? Не молчи, ты, лужа высохшая!

— Он… он… меня за… замуж… — Аню, прекратившую завывать, теперь колотило от дикого нервного хохота. — За этого… ощипанного… Гы-ы-ы!

— Я тебе только добра желал, идиотка! — взревел шеф, подскакивая на ноги. — Жила бы у уважаемого, обеспеченного мужчины, только и забот, что новые тряпки примерять! А ты что устроила?

— Да он же ничего не смыслит в любви по-террански, — Аня на минутку вернулась в амплуа каннибалки и изобразила соответствующую улыбочку. — Может, ты хочешь узнать? Я охотно растолкую.

Карсо взрычал, всем своим видом демонстрируя, что как раз этот вопрос интересует его в последнюю очередь.

— Ты хоть понимаешь, что натворила, дурища?!! — заревел он. — В вашей любви он, видите ли, ничего не смыслит! Осни на ресторан все инстанции натравит, а всё из-за тебя!!!

— Поделом, — хмуро припечатала Да-Рэй.

— И ты туда же, башня ходячая?!! Вы уволены! Обе!

— Да ну! — отставив досмеявшуюся до слёз Аню в сторонку, тари провернула свой коронный номер — нависла над начальником и мило улыбнулась. — Ой, как хорошо! Ань-Я, ты не помнишь, личный код уважаемой Лаити-сен в твоём или в моём коммуникаторе записан? Раз мы здесь больше не работаем, кто может помешать нам предложить ей отличную тему для острого репортажа?

Если честно, она надеялась просто как следует досадить Карсо на прощанье, но такой реакции не ожидала. Вообще, что-то слишком часто в последнее время её подводит интуиция. Чужой мир… Уважаемый ресторатор, собиравшийся разразиться очередной гневной тирадой, заткнулся так поспешно, что издал звук, похожий на тихое хрюканье.

— Простите, я погорячился, — выдавил он из себя. — Но не думайте, будто это вам с рук сойдёт! Четыре шестидневия без премии и на половинной ставке — за разгром, который вы тут учинили! Брысь!

Аня хотела было возразить, что «учинили»-то как раз не они, но, во-первых, на неё уже натуральная икота напала, а во-вторых, тари без лишних слов ухватила её за плечо и потащила к выходу. Но, выходя, обе девушки заметили, как Карсо мышью шмыгнул в кабинет. И воя над разгромленной обстановкой оттуда не послышалось.

Этому вечеру просто не суждено было закончиться начальственным «Брысь!». У входной двери девушки обнаружили тело: уважаемый Осни наткнулся на Осьминожку. Очевидно, увидев после всех переживаний прущее на него существо, размахивавшее щупальцами и переливавшееся всеми цветами радуги, незадачливый искатель приключений на одно место попросту грохнулся в обморок. Тело уже постанывало, возвращаясь в реальность, и силилось подняться на четвереньки. Добродушная Осьминожка пыталась ему помочь.

— А-а-а! Мой ужин! — радостно завопила Аня.

При виде «каннибалки» Осни окончательно пришёл в себя и дал такого стрекача, что едва не промахнулся мимо своего транспортного средства. Служебного, между прочим. В раскрывшуюся дверь он не вошёл — влетел. И, забыв её закрыть, свечкой взмыл в воздух… Оттуда немедленно послышались удар и короткий скрежет. Видимо, кто-то из-за разных треволнений не справился с управлением.

— Мало тебе соседа-бандита — теперь претензии и у «службы порядка», — с укором проговорила Да-Рэй.

— Ага. Значит, чтобы ты не беспокоилась, я должна была отдать соседу свои колечки, а с этим кобелём озабоченным кувыркаться до потери сознания? — Аня разом перестала смеяться.

— Нет, но разве нельзя было хотя бы сейчас решить проблему без …э-э-э …этого недостойного лицедейства?

— Так бы он и стал меня слушать. Если бы я угрожала, рыдала или умничала, он бы знал, что со мной делать: скрутить и использовать. А тут… Понимаешь, я поставила его в такую ситуацию, которой он не мог предвидеть. А когда мужчина не знает, что делать, он обычно пугается. Вот я его и… того… напугала. Сама, правда, до визга боялась, что он меня своими когтями располосует, но обошлось. То ли не догадался, то ли побоялся закон нарушить… Вот такие дела, подруга. Тари нависла над ней.

— Я сь тобой рэхнусь, — сказала она, коверкая русские слова.

— Это точно… Пошли-ка домой, пока ещё чего-нибудь не случилось.

Офицер третьей ступени Осни Амаро был в бешенстве. Нет, не так: он был В БЕШЕНСТВЕ. Ибо ещё никто никогда не осмеливался его так подставлять. «Я этого Карсо через мелкое сито пропущу! Я его… у-у-у!»

Дело не в попорченной униформе, хотя обидно: каждый из трёх комплектов обошёлся ему недёшево, а сейчас не стоит разбрасываться деньгами. С этим-то можно как-то уладить. Царапины на лице — списать на аварию. Как удачно, что, улетая от злополучной забегаловки, он врезался в чей-то парковочный пандус! Разорванный китель — в утилизатор. А главное, ни словечка о случившемся. Никому.

Но, как говорят старики, не дразни демонов хмурого неба, они ведь терпеть не могут, когда достойные рунн пытаются что-то скрыть…

— Ясного неба, Осни, — ехидная ухмылочка начальника так и сочится ядом. — Тебе, говорят, вчера попалась особо страстная женщина?

— Кто говорит? — изо всех сил сдерживая гнев, поинтересовался Осни.