Елена Головина – Американская мечта, или Социальное сравнение России и США (страница 5)

Такой быстрый и невиданный в мире прорыв в металлургии сопровождался жёсткой эксплуатацией народа. B 1723 г. Калиновская слобода (вместе со многими другими) была прикреплена к Уральским казенным заводам, то есть, зимой крестьяне должны были нести повинность – работать подсобными рабочими, например, подвозить дрова на завод. Крестьяне против этого бунтовали. В 1812 г. в Калиновскую волость для усмирения крестьян была направлена воинская часть. Участвовали калиновцы и в волнениях 1842 г., против посадки картофеля, в так называемых «картофельных» бунтах. В 1871 г. в Калиновском было открыто «безвозмездное» училище.

У Алексея Ивановича было 4 сына (Пимен – старший, Даниил, Иван – три имени сохранились), сведения о них я нашла за 1710, 1719 гг. Они были казаками, у которых была пушка в распоряжении, поэтому они назывались пушкарями и получали государственное жалованье, ну и крестьянское хозяйство в Калиновском было основным подспорьем. Казаки защищали крестьянские хозяйства от периодических набегов живших в этих местах племён.

К концу XVI столетия на площади в 10 млн кв. км (это вся Сибирь) проживало лишь 200-220 тыс. человек, принадлежащих к многочисленным народам с маленьким населением, которые различались между собой по языку, хозяйственному укладу и социальному развитию. Говорить о какой-то гармонии между этими народами до прихода русских не приходится – там были и распри, и войны, и грабёж, и оттеснение на худшие земли, и ассимиляция. Не случайно Сибирское ханство во главе с Кучумом так быстро было завоёвано небольшим войском Ермака, в частности, и потому, что часть племён сразу перешла на российскую сторону. Положительна была политика России, которая поощряла переход местной знати на сторону русского царя, они становились татарскими служилыми людьми и получали жалованье. Например, глава татарских служилых людей получал больше, чем русский глава в Тобольске, столице Сибирской губернии. Татарские служилые люди очень активно участвовали в строительстве острогов и городов и освоении Сибири. Включение Сибири и Урала «в состав России осуществлялось как насильственными, так и мирными методами при общем доминировании последних, что в целом создавало благоприятные условия для межэтнических и межкультурных взаимодействий».

Межкультурные, межэтнические связи на Урале были очень плотными, поэтому возникали межэтнические народности – тептяри и бобыли, кряшены, нагайбаки. Нагайбаки обладали нагайбакским говором татарского языка, однако были православными христианами и проживали на юге Урала. Тептяри и бобыли – смесь татар и финно-угров, проживающих в Оренбургском крае. Кряшены – православные татары. Синтетические культуры, например, у уральских марийцев, возникли на основе синтеза язычества, христианства, ислама. Казаки Калиновского отражали набеги башкирских племён. Что же было с Башкирией? После взятия Казани Иван IV обратился к башкирским многочисленным племенам по вопросу о добровольном присоединении к России. На башкирские земли посягали другие народы, например, Ногайская Орда, поэтому в 1554–1557 гг. велись переговоры между царским наместником и многочисленными племенами башкир о добровольном присоединении. Царское правительство гарантировало мирную жизнь, совместное отражение вражеских агрессий, соблюдение вотчинного права башкир, свободу вероисповедания, невмешательство во внутренние дела и сохранение местного самоуправления. А башкиры признавали себя подданными Русского государства, обязались нести воинскую повинность и выплачивать ясак. Однако северо-восточные зауральские башкиры (около Калиновской слободы) входили в Сибирское ханство, поэтому были присоединены позже, после его падения.

Интересным кажется дошедшее до нас имя предка – Алексей Иванович. В те времена, если ты был простого звания, то звали «Петька», «Ванька» даже разбогатевших крестьян, которые осваивали слободы. А вот по имени-отчеству звали только боярских детей. К боярам Мещеряков точно не относился, а вот к очень уважаемым казакам – возможно, да. Слободчик должен быть обеспеченным человеком, потому что первые годы он обеспечивал крестьян, которые согласились переехать в слободу, и Алексей Иванович был явно молодым человеком, когда поехал осваивать Калиновскую слободу, судя по годам службы его детей. Если подумать об очень уважаемых казаках с той же фамилией, которые жили в тех краях и могли получить указ Тобольского воеводы, поскольку Калиновская слобода тогда относилась к Тобольской губернии, то вспоминается Матвей Мещеряк, основатель Уральского казачества. Насчет потомков Матвея Мещеряка и других атаманов точно ничего неизвестно. Вроде бы его потомки жили в начале XVII века (данные за 1627–1628 гг.) в Березове (который входил в Тобольский разряд – это объединение нескольких уездов, и сам был центром Берёзовского уезда) и называли себя уже Мещеряковыми, но потомками Мещеряка, а потом уже разъехались по разным поселениям по приказу Тобольского воеводы. Интересна информация про Владимира Качесова (упоминается вторым и без отчества), который вместе с Мещеряковым основал слободу, тоже, возможно, связывает его с тем же Березовым. Фамилия Качесовых – ханты-мансийская или коми-зыряновская, зафиксирована в округе Березова; а потом уже эта фамилия стала распространенной в Калиновской слободе и округе, в двух вариантах – Качесовых и Качюсовых. Другая интересная деталь – что малые народы, татары получали возможность тоже быть во главе новых осваиваемых районов.

Матвей Мещеряк, один из 5 атаманов, которые играли ключевую роль вместе с Ермаком при взятии Сибири, возглавил войско после смерти Ермака и сам погиб в 1588 г. Известно, что Матвей Мещеряк приехал из Мещерского края, расположенного в междуречье Оки и Клязьмы. Ещё в ранний древнерусский период мещёра (финно-угорское племя) была полностью ассимилирована заселившими этот край кривичами, предками русских. Но версия насчёт Матвея Мещеряка – это, конечно, просто легенда, хотя возможно, правдивая. Однако существенная роль Алексея Ивановича Мещерякова, а также других слободчиков в освоении Сибири и Восточного Урала незаслуженно нами, даже прямыми потомками, забыта.

Отец другого моего дедушки, Даниил Головин, был бригадир хитников из Белоярского. Хитник – это авантюрист, по общепринятому значению этого слова, но на Урале хитниками называли тех, кто искал минералы и добывал их без официальной лицензии. В 1830 г. крестьянин из Белоярской волости Максим Стефанович Кожевников, работающий вместе с товарищами по сбору смолы, нашёл изумруд и сообщил в Екатеринбург. 23 января 1831 Яков В. Коковин, командир Екатеринбургской Гранильной фабрики, вместе с работниками находит камни в местах, которые становятся первыми изумрудными копями на Урале и в России. Много новых камней было здесь найдено помимо изумрудов, в том числе впервые в мире были обнаружены александрит, гинзбургит и клинобехоит. Был найден гигантский изумруд, который сейчас хранится в Музее А.Е. Ферсмана в Москве. После первых активных 20 лет разработки, добычи прекрасных экземпляров камня прииски стали простаивать, и в 1862 г. они переданы в аренду в частные руки, однако и после смены нескольких хозяев прииски в основном простаивают. В 1891–1892 гг. местные крестьяне получили право на их разработку на 8 лет в связи с голодом, который охватил Россию. Государство оказывало различную помощь, в том числе выделяло ссуду в виде зерна, и, видимо, в каждой конкретной местности что-то ещё добавлялось. В 1899 г. прииски были проданы англо-французской компании. Однако академик А.Е. Ферсман говорит об уникальной ситуации до революции: что на Урале мастера, которые издавна славились камнерезным делом, не могут заполучить уральские камни, а вынуждены закупать плохого качества камни везде по миру, поскольку англо-французская компания ничего не продаёт в России – всё отправляет в Европу. Любая добыча в российской компании – государственная, и почти вся уходит в Санкт-Петербург, оставшееся достаётся Екатеринбургской гранильной фабрике; а вот местным кустарям, ювелирам – ничего. И тут Ферсман пишет о лазейке, которая спасала любителей камней и ювелиров. Он пишет о районе Белоярского: «Часть камней сбывалась рабочими асбестовых копей, часть – продавалась у некоторых определенных лиц в Белоярском, но большую часть можно было купить только в самом лесу и через знающего ямщика; если удастся заслужить его доверие, можно легко попасть к тем центрам хитных работ, где продается камень. Этот путь покупки изумрудов хорошо был известен Екатеринбургским ювелирам, часто навещавшим этот район и здесь в лесу скупавшим хороший камень». 1917-й был годом суперактивности для хитников, поскольку никаких владельцев не существовало. С 1920-1921 г. начинается советский период в разработке приисков.

Еще расскажу и о семейной легенде: как-то прадед, выпив, решил спрятать добытые недавно изумруды и закопал в огороде – время видимо было уже тревожное, после революции, не ровен час, тебя ограбят или все добро экспроприируют. А наутро не смог вспомнить, где закопал (я думаю, точнее – не смог найти), перерыл весь огород. Очень он расстраивался, что подвёл товарищей, и семья была вся расстроена так, что до сих пор мой дядя, его внук, считает, что если плохие события происходят с его потомками – то это результат вот этой вины. Я, конечно, не следователь, но думаю, что видел кто-нибудь, что он что-то закапывает, тем более, чужой народ постоянно здесь толкался, покупал камни, и откопали ночью. Легенда, может быть, и не очень прекрасная, однако я её привела, поскольку мы можем судить о морали, нравственности той эпохи, что-то можно сказать о моём простом предке, жившем ещё до революции. Исчезли изумруды – во-первых, он их не брал; во-вторых – не врал, мог бы сказать, что украли, тем более, годы были лихие, и это мог быть вполне возможный вариант; в-третьих, очень переживал не за себя, а за других, что подвёл товарищей (была община, все старались не подводить соседей).