Елена Герасимова – Синеглазка с водного факультета (страница 2)

– Брысь, малышня! – прикрикнула она на второкурсников, устроивших бурные овации кому-то из своих сокурсников, и они вынуждены были расступиться в стороны, потому что Венда долго ждать не стала и распугала некоторых из юных некромантов, попросту обрызгав водой.

Девчонки раскричались и рванули врассыпную, пытаясь спасти свою одежду, мальчишки лишь зло шипели, но связываться со старшекурсницей не стали. Даже темные маги не слишком нас любили и до сих пор не любят.

– Привет! – воскликнула сокурсница и в первую очередь обняла Кару, а потом с ироничной улыбкой обернулась ко мне.

– Что, на последний год обучения тебя пришлось силой тащить? – спросила она и тряхнула белокурыми волосами.

Я криво усмехнулась, вырвала из сжатых пальцев Кары руку и с шипением потерла запястье, потом качнула головой, сдула с лица отросшую за лето челку и ответила:

– Ну что ты! Разве можно пропустить такое веселье?

Венда откинула голову назад, отчего ее распущенные вьющиеся волосы оказались ниже ягодиц, и захохотала. Магичка веселилась ровно до тех пор, пока на широком крыльце Академии не появилась ректор. Она окинула двор суровым взглядом и остановила его на наших лицах. В следующее мгновение правая рука айари1 вытянулась вперед и указательным пальцем поманила нас к себе. Я и Кара удивленно переглянулись, Венда подавилась смехом и закашлялась, но мы послушно пошли к суровой даме с высоко зачесанными темными волосами, одетой в черную учительскую мантию.

– Адептки Доран, Гарнет и Бриэм, живо в мой кабинет! – раздался во дворе громкий голос ректора, она сама резко развернулась, отчего подол ее мантии взметнулся вверх, приоткрыв нашим взорам туфли на шпильке и краешек брюк, а потом, не дожидаясь, вошла в холл.

– А что случилось?

Венда дернула меня за рукав, но я сама ничего не могла понять и только пожала плечами.

– Сейчас узнаем, – обронила Кара, вперед нас взбежала по каменным ступеням и отпихнула в сторонку старшекурсника с факультета демонологии.

Парень не возмутился, только проводил светловолосую девушку удивленным взглядом, а я вдруг узнала его. Это был тот самый Арик. Да, внешность у молодого человека очень даже ничего, смазливый, и даже не скажешь, что он зануда.

– Прости.

Венда двинула попой, заставив демонолога посторониться, и мы проскочили в холл. Здесь было людно, но не заметить поднимающуюся по ступеням парадной лестницы айари было просто невозможно. Кара вынырнула из толпы притихших адептов, подхватила меня, я цапнула Венду, которая начала усиленно выискивать знакомые лица, и мы цепочкой, распихивая возмущенную молодежь, стали продвигаться к лестнице. В моей подруге проснулся боец, девушка только казалась хрупкой и беззащитной, на самом же деле леди Доран была выходцем из древнего рода наемников. У ее семьи очень сложная история со своими взлетами и падениями, берущая начало далеко на севере в одной нищей деревушке, но за несколько поколений ее родственники сумели добиться многого, как и получить от короля передаваемый по наследству титул. Конечно, монарх не настолько расщедрился, чтобы возвести род наемников на одну ступень с высокородными господами, однако Карамия была баронессой уже в пятом поколении. Все мужчины и даже некоторые женщины в ее семье до определенного момента были наемниками, правда, с получением титула отошли от дел и открыли по всему королевству несколько школ, где любого желающего и неленивого обучали всем хитростям своего дела. Кара же и ее братья оказались первыми магами в роду, поскольку отец девушки женился на магичке. Вообще, в роду Доран существует множество красивых и зачастую любовных историй с красивыми сценами сражений и спасений несчастных красавиц, которые впоследствии становились женами наемников. Я за все время нашей дружбы слышала несколько десятков, хотя с трудом верила и половине. Подруга же очень гордилась своей семьей, была отличным бойцом и не самым слабым магом. Некогда айари Шармейн сказала, что из Карамии вышел бы отличный боевой маг, но сила подкачала. Ей подчинялась только водная стихия, и об обучении на факультете боевой магии вопрос даже не обсуждался. Карамия Доран – маг стихийник и, по-моему, нисколько об этом не переживает.

Мы почти бегом добрались до кабинета ректора, когда женщина в мантии резко свернула в сторону и вместо того, чтобы войти в приемную, прошла по коридору и открыла дверь небольшого зала, где собирались преподаватели.

– Девочки, поторопитесь, – обронила айари и вошла внутрь, оставив дверь приоткрытой.

Мы дружно протиснулись в неширокий дверной проем и замерли, потому что в помещении, расположившись за длинным столом из темного дерева с отполированной до зеркального блеска столешницей, в удобных креслах сидели наши сокурсники в полном составе. Венда открыла, было, рот, но я толкнула ее к свободным креслам и сама опустилась рядом, бросив вопросительный взгляд на нашего старосту.

Неван только плечами пожал и отвернулся, устремив взгляд на присевшую во главе стола ректора Шармейн. Впрочем, ей, высокой, худощавой женщине, с задумчивым видом кусающей губы, досталось внимание всех присутствующих. Никто не понимал, по какому поводу нас пригласили в зал для совещаний, и что же произошло, из-за чего временами очень даже решительная женщина вдруг нервничает и не знает, как начать разговор.

– Ректор, можно задать вопрос? – обратился к айари Шармейн наш староста.

– Дайте собраться с мыслями.

Она взмахнула рукой и нервно поправила идеальную прическу. От наших взглядов не укрылся тот факт, что рука у ректора дрожала. Надо сказать, я испугалась, Венда тоже, поскольку под столом нащупала мою руку и с силой ее сжала. А вот Кара, наоборот, прищурилась, будто пыталась увидеть мысли ректора Академии Темной Магии. Женщина шумно выдохнула, сложила перед собой руки, сцепив пальцы в замок, и… Лучше бы она молчала.

– У меня для вас не очень приятная новость, и как заведующей этим учебным заведением, именно мне выпала участь сообщить ее вам, – кашлянув, сказала айари и продолжила: – Несколько дней назад мы узнали, что ваш наставник убит в своем родовом имении. Об этом нам сообщили родственники магистра Олдена. Я… я не знаю, что конкретно произошло, но должна сказать… вчера вечером неизвестные личности вскрыли рабочий кабинет вашего наставника, а так же его комнату. Зачем и кто это сделал – с этим теперь будет разбираться специальная комиссия, которая прибыла сегодня утром. А вот вас, мои дорогие, архимаг приказал перевести в другую школу, поскольку найти в короткие сроки нового наставника мы не сможем, все же магистр Олден был незаменимым специалистом по части водной магии. И вам придется последний год доучиваться в стенах чужого учебного заведения, с чужим учителем…

Ректор замолчала, прикусив губу. В небольшом зале повисла мертвая тишина. Слова айари прибили нас. В груди начало сильно печь, и слезы сами собой навернулись на глаза. Я боялась смотреть на потерянные лица своих сокурсников, и мой взгляд устремился к большому окну, за которым был виден угол учебного корпуса. Новость об убийстве наставника повергла нас в шок, может, именно по этой причине все молчали, просто не могли поверить в эту жестокую истину, не могли переварить и принять саму мысль об этом. Она будто застопорилась в мозгу, образовав некую пустоту, которую постепенно заполнила боль. Первой не выдержала Челис. Сначала мы услышали ее невнятное бормотание, что-то вроде: «как же так», «а как же мы» и в конце совсем неразборчивые слова, которые постепенно перешли во всхлипывания, а затем в рев. Девушка зажала рот рукой, вскочила на ноги и выбежала вон. Громкий стук, с каким закрылась дверь, выдернул нас из оцепенения, и мы набросились на ректора с вопросами.

Айари Шармейн не успевала отвечать, она просто растерялась под нашим натиском и неожиданно разрыдалась, уронив голову на скрещенные руки. Никогда нам еще не приходилось видеть главу Академии в таком состоянии. Ревели все, кроме немногочисленных парней в нашей группе, но и они выглядели не самым лучшим образом. Неван кусал губы и барабанил пальцами по столешнице, а его растерянный взгляд блуждал по комнате. Ролланд побледнел, вскочил на ноги и начал расхаживать из стороны в сторону, а его кузен Оррин откинулся на спинку кресла и прикрыл лицо рукой. Девчонки же рыдали, не скрывая своих истинных чувств. За семь лет наставник стал нам родным человеком. Да что там говорить, он заменил нам родителей! Нянчился с нами с первого курса, знал о нас столько же, сколько и родственники, а иногда даже больше. Он научил нас всему, пусть порой был строг, на то он и учитель. Мы любили своего наставника, а он нас. Теперь вдруг нам говорят, что его нет. Как дальше? Что делать? Кто доучит нас? Мир просто рухнул, исчезли его краски, оставив после себя горечь невосполнимой утраты. Я это уже проходила, когда отец приехал за мной в разгар сессии еще на втором курсе и сообщил, что мама погибла. Тогда мне казалось, я умру сама. Не умерла, но рана от потери родного человека так и не зажила до конца, по этой лишь причине стараюсь не вспоминать тот страшный год, ведь отцу пришлось куда хуже, и пытаюсь не говорить о ней. Я боялась, что он сойдет с ума от горя. Не знаю, как общими усилиями родственников удалось вытащить отца из той пучины отчаяния, в которую он медленно погружался. Это было страшно. Наверное, случилось чудо. Отец переболел, вернулся к своей службе, только тоска из сердца никуда не делась, она тревожит его по нынешний день. Я это вижу, но сделать, увы, ничего не могу, а заводить с отцом разговор о женщинах не решаюсь, хотя в какой-то мере понимаю, что он еще молод и мог бы жениться повторно. Дочь его уже выросла и обижаться не станет, если лорд Бриэм приведет в дом женщину. Но… как бы мы ни были близки, все равно остается между нами какая-то недосказанность. Мы боимся лишний раз ранить друг друга, вот и держим свои мысли и чувства глубоко внутри, не показывая, когда нам плохо, грустно или тревожно. Своими переживаниями я могу поделиться только с бабушкой, и она, как может, поддерживает просто добрым словом, а где-то и дельным советом.