Елена Герасимова – Чтица. По следам лжи (страница 11)

И с этим было не поспорить.

К счастью, к концу рабочего дня нам удалось осмотреть все ограбленные лавки. И в каждой мы с Таффи обнаружили идентичные следы. Одни и те же воры зачем-то выкрали из магических лавок накопители. Понятное дело, что нападению подверглись лавочки, расположенные в удаленных от центра города районах. На таких даже защиты толковой не было. Только, как и в первой, во всех трех до ограбления хранились запрещенные артефакты. За один день городская тюрьма пополнилась сразу четырьмя горе артефакторами, которые зачем-то связались с темными личностями и изготовили для них эти вещицы. Нда. Допросы еще впереди, и, возможно, в ходе их ловцам удастся узнать имя заказчика. Хотя я почему-то была уверена, что ничего маги не скажут.

«Стоило только здесь поселиться, и тут же началось что-то странное», – думала я, сидя в своем кабинете и заполняя бумаги.

Да, от нужды что-то писать от руки, не освобождены даже чтецы. Мы обязаны составить подробный отчет о проделанной работе, предоставить сведения, так сказать, в письменной форме, чтобы потом секретари в суде не мучились с расшифровкой кристаллов, поскольку не все обладают нужными навыками. А ведь иной раз так хочется забросить эту писанину и рвануть домой, особенно теперь, когда там меня ждет не дождется мой сынок, а я сама обещала ему вернуться пораньше. Хотя меня тормозило только одно – его утренняя просьба хоть что-нибудь узнать об отце.

– Что же мне делать? – простонала я и уронила голову на исписанный свежими чернилами журнал, тут же спохватилась и рванула к зеркалу, поскольку состав у этих чернил совершенно сумасшедший, от чего они не вымываются и не выцветают.

Однако мне повезло, ни на лбу, ни на носу ничего не отпечаталось, правда, пальцы были покрыты темными пятнышками. Ну, это не так уж важно. Я вернулась за стол и быстро-быстро дописала отчет. Пусть многие слова оказались почти неразборчивыми, но меня каллиграфия уже не волновала. Рабочий день закончился, и я торопилась домой. Только сбежать не успела, поскольку в дверь тихонько поскреблись, и после моего отклика, в узкую щелку протиснулась голова Таффи.

– Гвен, не подскажешь, что делать с отчетом? – спросила она, глядя на то, как ее наставница поспешно натягивает плащ.

– Передай секретарю, она подошьет это к делу, – бросила, схватив со стула сумку.

– Ты торопишься? – выскочив обратно в коридор, поинтересовалась Таффи.

– Да, у меня еще дела. До завтра! – закрыв дверь на ключ, отозвалась я и побежала по коридору.

– До завтра. И спасибо, что не бросила, как все! – понеслось мне вслед.

– Не за что!

Я успела махнуть рукой застывшей посреди коридора девушке и вывалилась в холл, а оттуда, растолкав попутно ловцов, обсуждающих какое-то дело, выскочила на крыльцо и на миг прикрыла глаза. Тихое тявканье заставило меня улыбнуться. Под удивленными взглядами магов я сбежала с крыльца и, чмокнув лисицу в нос, запрыгнула ей на спину, по привычке запустив руки в густую, мягкую шерсть.

«Домой, Лира!» – подумала я и припала к ее шее, поскольку лиса рванулась с места, в два скачка преодолев площадь перед зданием управления.

Через час мы были дома. Простившись с Лирой и взбежав на крыльцо, я замерла, поскольку с противоположной стороны дома послышались громкие голоса. Один явно принадлежал Эду, а второй Марвенне. Потом что-то упало, и я уже не смогла сдержаться, а бросив бумажный пакет с продуктами, купленными по дороге, выскочила из-за угла.

– Что у вас тут происходит?

– Мама! Мама вернулась! – закричал Эдвин, задвинул на место стул, который поднял с пола, и со всех ног рванул ко мне.

Я улыбнулась, подхватив сына и прижав его к себе.

– Привет. Как дела?

– Хорошо.

Эдвин немного поерзал у меня на руках и кивнул на стол.

– А мы тебя ждали и решили поужинать на террасе. Я помогал тете Марвенне накрывать на стол, а потом нечаянно уронил стул.

– О, Гвен вернулась! – воскликнула появившаяся из дома с подносом в руках Марвенна. – Здравствуй, дорогая.

– Здравствуй.

Я приблизилась к тетушке и чмокнула ее в щеку.

– Давайте помогу вам.

– Я, я помогу! Мамочка, пожалуйста, можно я помогу? – спрыгнув с моих рук, запричитал сын, и стоило мне кивнуть, с громким криком умчался в сторону кухни.

Я стянула плащ и вошла следом за ним в дом, хотелось умыться и переодеться, все же после посещения лавок до сих пор чувствовался на руках и на одежде остаточный магический след. Конечно, это не запах, но для того, кто отлично чувствует подобные вещи, это весьма неприятно. Только вода в какой-то мере позволяет избавиться от этих ощущений, она смывает накопленный за день негатив, помогает расслабиться, не только телом, но и душой.

Ужин прошел в тихой семейной обстановке. Эд весь вечер жался ко мне, будто не видел несколько дней кряду, но меня это только радовало. Возможность прижать к себе кого-то до боли родного, того, кто целиком и полностью принадлежит тебе, в ком течет твоя кровь – самое большое счастье. Тем более, сын меня искренне любил и не за что-то, а просто так любил и все. В какой-то мере я была благодарна арайтару за этот необыкновенный подарок. Единственное, чего опасалась – это вопросов Эдвина по поводу отца. К счастью, ребенок был поглощен мной и своей игрой с котенком, которого они с Рондой подобрали во время прогулки, и ничто другое его не волновало.

– Мам, тебе нравится Сиэна? – поинтересовался сынок, протягивая мне зажатого в руках смешного пушистого котенка с выпученными зелеными глазками.

Я покачала головой и котенка забрала, уложив его к себе на колени и перебирая пальцами шерстку.

– Нда, ничего кошечка. Только знаешь, дорогой, не стоит так ее сдавливать, все же Сиэна еще малышка, и ей больно, когда ее так хватают.

– Я буду осторожно, – пообещал Эд и с широкой улыбкой на губах провел пальцами по спинке маленькой полосатой кошечки, которая, запустив в мою ногу малюсенькие коготки, довольно заурчала.

– Давай-ка, сынок, мы оставим в покое твою кошечку и пойдем в ванную. Нужно искупаться.

Передав блаженствующую Сиэну Ронде, я поднялась из-за стола и потрепала Эда по голове.

– Опять! – понурив плечи, протянул ребенок, но все же послушно поплелся в дом.

Наскоро искупав сына, который ни о чем другом, как о своей кошке, думать больше не мог, я уложила его в кровать. Но и лежа в постели, Эдвин продолжал рассказывать о том, как Сиэна выскочила к ним под ноги, как тетя Ронда пожалела котенка, и он бежал за ними через всю улицу, а поскольку мамы-кошки поблизости не обнаружилось, пришлось взять ее домой. Потом несчастного котенка подвергли самой страшной пытке – купанию, дабы избавить несчастное животное от паразитов.

– А потом, мам, знаешь, она так смешно лакала молоко и все время фыркала, от этого появлялись пузыри, – зевая, продолжал разглагольствовать Эд и покрепче обнял своего плюшевого пса. – Сиэна такая неуклюжая, она едва не опрокинула блюдце с молоком, но я успел ее спасти.

– Ты у меня настоящий герой, – сказала я, целуя сына в лоб. – Но все герои, хоть большие, хоть маленькие, должны ночью спать, чтобы накопить силы для новых подвигов.

– Надеюсь, мой папа тоже герой.

– Не сомневайся, он герой, – прошептала я, поглаживая сына по голове.

– Спокойно ночи, мама, – прошептал в ответ Эд и закрыл глаза.

– Спокойной, – тихо отозвалась я, поправив тонкое одеяло, и вскоре Эдвин уже крепко спал.

Я еще немного посидела рядом со своим чадом, разглядывая его лицо, а потом вышла из комнаты и вернулась к тетушкам на террасу.

– Как прошел твой день? – поинтересовалась Ронда, наливая мне чай.

– Весь день занимались кражами, – отозвалась я и подхватила с блюда булочку с корицей. – Зато, дорогие мои тетушки, представьте, я обзавелась стажером, вернее, стажеркой.

– Да ты растешь! – усмехнулась Марвенна и погладила Сиэну меж ушей. – Наверняка с этой бедняжкой никто не хочет работать.

– Как ты догадалась? – поинтересовалась я, дуя на горячий чай в чашке.

– Себя вспомни, – искоса глянув на меня, отозвалась Марвенна и вновь погладила кошечку.

Казалось, бедный котенок скоро лишится чувств от такого количества вылитой на его маленькое тельце ласки.

– Это хорошо, дорогая, что у тебя появилась ученица, ведь в свое время тебе тоже сказочно повезло – тебя учил арайтар, – обронила Ронда и встала из-за стола. – Ты знаешь, Гвен, Эд сегодня почти весь день говорил об отце. Мне показалось, что он чувствует его. Все время, пока мы гуляли, Эд выспрашивал меня о Дарриане. Я уже не знала, что ответить, но эта кошечка меня спасла. Увидев котенка, Эдвин переключился на животное и об отце позабыл.

– Да, странно. Раньше Эд так часто не говорил о нем.

Я покачала головой и растерзала булочку на мелкие крошки, насорив не только на столе, но и на полу.

– Я вот о чем думаю, – вмешалась Марвенна и отодвинула от меня кучку из крошек, – не может оказаться так, что Дарриан сейчас где-то поблизости, поэтому Эдвин и говорит об отце. Есть ведь у эльфов какая-то кровная связь, как-то же они чувствуют друг друга на расстоянии.

– Но ведь Дарриан ничего не знает о сыне! – возразила Ронда, поскольку я ответить не могла.

А вдруг он, правда, где-то рядом? Чем, как говорится, черт не шутит! Мы так старательно прятались от него, но ведь даже предположить не могли, где все это время жил Дарриан. Он ведь арайтар и никогда не задерживается подолгу на одном месте. Только рядом со мной он почему-то провел пять лет, хотя после все равно исчез.