Елена Гайская – Новогоднее желание (страница 27)
— Какое свечение?
Я с подозрением посмотрела на мужа.
— Ты не видишь?
— Нет, — сказал и в его глазах зажегся огонек понимания. Он заскользил взглядом по собравшимся, остановившись на неизвестном мне мужчине с чемоданчиком в руках. — Ионд Канраос, нужна ваша помощь.
Фей быстро приблизился к нам, подошедшим к монархам и после просьбы и одобрения отца эльфийки принялся водить хороводы вокруг девушки, размахивая при этом руками, с подозрением уставился на меня и уже начал вокруг меня кружить.
— Нет, не беременны, — заключил он, вызвав множество разочарованных вздохов, включая Сая, и тут же продолжил, на этот раз уже глядя на бывшую мужа, — а вы, иэль Элениэль, в положении.
Будущий папаша не в силах сдержать радость подхватил девушку на руки и принялся кружить.
— Исилендиль, пусти меня, — девушка вывернулась из объятий и бросилась к ближайшим кусткам.
— Токсикоз, — заключил местный шаман-гинеколог.
— Даю свое благословение, — лучась от счастья выдохнул эльфийский монарх.
Всюду посыпались поздравления, приглушая характерные звуки в кустиках.
— Сбежим по-тихому? — предложил Сай, увлекая в сторону мраморного моста.
Я не противилась. Но улизнуть по-тихому у нас на получилось. Стоило ступить на мраморную поверхность, как по обе стороны от нас в раз расцвели деревья.
Сзади пронеслось благоговейное "ах".
— А это что значит? — поинтересовалась у Саэроса уже ничему не удивляясь.
— Наш союз повторно благословили. На этот раз ни у кого не останется сомнений в правильности нашего выбора.
Меня подхватили на руки и быстро понесли вперёд, нашёптывая на ухо:
— Теперь самое время закрепить наши роли наследником или наследницей, а ещё лучше и наследником, и наследницей. Хочу много детей.
— Ты ведь говорил, что у ваших народов проблемы с рождаемостью?
— Но не в союзе с людьми.
— Тогда почему вы женитесь на себе подобных?
— Мало кто согласен поделиться продолжительностью своей жизни. Не всем же везёт как мне.
— Что ты имеешь ввиду?
Меня поднесли к краю моста.
— Посмотри на своё отражение.
Я вгляделась в воду и обнаружила там себя двадцатилетнюю. Неверяще провела пальцами по лицу, зеркальная гладь повторила мои действия.
— Вместе с наследием тебе досталось и долголетие. Впереди у нас ни одна сотня лет.
— Люблю тебя.
— И я тебя, родная.
Эпилог
— Все готовы? — спросила я, делая мысленную перекличку.
Муж — есть, на его руках малютки-близняшки, свекровь, с вездесущей фрейлиной, няня… А Бастьян?
— Где Бастьян? — воскликнула я.
— Мам, я тут, — сын, единственный ребёнок, унаследовавший мою магию, мягко потянул за руку.
— А Лекс где? — осмотрелась в поисках старшего сына.
— Иду, — донеслось ворчливо из коридора.
Несколько мгновений и через распахнутую лакеем дверь вплыл будущий наследник Верхолесья в парадном облачении.
— Лекс, зачем тебе корона? — не сдержала смешка. — А плащ? И для чего тебе столько перстней?
В комнату вошёл личный камердинер сына, тяжело волоча за собой мешок.
— А в мешке что? — уже зная ответ спросила я.
— Пыльца. Папа говорил, что на Земле проблемы с магией.
— Лекс, дорогой, мы на Землю всего на неделю.
— На целую неделю!
— Пыльца остаётся здесь, — вмешался муж.
— Но пап!
— Снимай быстрее с себя корону, плащ и сюртук, иначе останешься здесь.
Сын насупился, но отца послушался. Владыка для него авторитет.
Все встали внутрь нарисованной пентаграммы, вокруг которой выстроились зеркала.
— Удачи! — пожелал свекр, не сводя взгляда с супруги.
Вот чья сказка отнюдь не столь радужна, зато со счастливым концом. Их история началась в затухающей деревеньке в Верхолесье, где свекровь, Ниенна, жила и работала травницей, пытаясь прокормить себя и младшую сестру.
В один из дней, когда девушка пополняла запасы трав для лечебных снадобий, ее заметили три парня, восседающих на драконах. Все красавцы, как на подбор. Вот только характер…
В общем бабниками они были и не смогли пройти мимо милашки из глуши. Поспорили, принялись ухаживать. Ниенне некогда было заводить отношения. У нее дом разрушался на глазах, сестрёнка внимания требовала и клиенты пороги оббивали.
Но богатенькие феи не сдавались. Конфетами одаривали, да цветами. Вот только свекровь не принимала ничего. Парни посчитали, что малышка набивает себе цену и принялись закидывать драгоценностями, но все напрасно.
Тогда самый смекалистый, Мельхор, решил подобраться через сестру. Девчонка с радостью принимала сладкие подарки, игрушки, а сама аккуратно расхваливала парня Ниенне.
Как-то незаметно свекр вошёл в их семью: стал постоянным гостем и помощником. Сердечко девушки растаяло. Она доверилась парню, для которого это был всего-навсего спор. Он ей так прямо и сказал после проведенной вместе ночи. Отставил мешок с монетами и ушёл, больше не возвращаясь.
Горевать свекрови было некогда. Дом, сестра и мечта, которая наконец имела все шансы сбыться. Она грезила развить свой дар целителя.
Собрав вещи, они вдвоем переехали в столицу. Девочка пошла учиться в закрытую школу для девочек (благо оставленных Мельхором монет на все годы обучения должно хватить). Сама отправилась поступать в Академию жизни и с блеском поступила. Дар, доставшийся от бабушки, оказался невероятно силен. И началась новая жизнь.
Все изменилось, когда во время практики Ниенне и ещё нескольким девочкам из группы пришлось сопровождать наследного принца Верхолесья. Мельхор сразу узнал ее, а она его. Он давно пожалел о своем недостойном поступке, понял, что по-настоящему полюбил девушку, возвращался в деревню, но юной целительницы тогда уже не было там. И тут несколько лет спустя такая удача. Парень вцепился в нее (в удачу) руками и ногами, но девушка была непреклонна. Нет, она не пыталась возразить наследнику, не смела, но и не принимала ухаживания по своей воле.
Мельхор отчаялся. А потом на них напали. Наследника смертельно ранили, а Ниенна чуть ли не ценой собственной жизни исцелила его, заснув крепким сном, который в нашем мире называют комой.
Нет, ее разбудил вовсе не поцелуй любви, а слёзы сестры, но дар выгорел окончательно и бесповоротно.
А потом Мельхор сделал ей предложение (в день местного нового года). Разница сословий уже не играла роли. За ним долг и родители приняли выбор сына.
Для Ниенны история не закончилась. Она попала в совершенно иной мир, крутящийся вокруг этикета. Ей приходилось не просто. Она ломала себя, чтобы подстроиться под среду любимого, и в итоге стала великолепной королевой, которая с гордостью сносила все удары судьбы, а Мельхор оказывал ей посильную поддержку, заботился, оберегал и продолжает все это делать и по сей день.
Мне потребовалось несколько недель, чтобы полностью проникнуться симпатией к этим людям, рассмотреть то, что скрывается под внешней броней.
Я называю их папой и мамой, а они каждый раз радуются.