Елена Гапоненко – Случайности не случайны (страница 17)
Затем по специальным арыкам часть воды подается в резервуары для хранения, а остальное направляется сразу под корневую систему каждой пальмы для орошения и выращивания самых вкусных и сладких фиников в мире! Процесс поступления и охлаждения воды непрерывный с 1930 года. Круглогодичный. Вода льется и льется… Конструкции очень старые, за 90 лет обросли сталактитами из соли и кое-где обвалились. Их ни разу не модернизировали, но пока все всех устраивает. Зачем напрягаться, если даже урожай будущего года уже выкуплен?
Грех было не воспользоваться уникальной возможностью, и мы с Сергеем последовали примеру нашего гида, разулись, и пока он рассказывал, сидели, опустив ноги в арык с волшебной глубинной сахарской водой древнего подземного моря, исцеляясь «от всех болезней»!
Алексей, сидя на краешке арыка и также погрузив ноги в целебные горячие воды, рассказывал, что после того, как перестал действовать Транссахарский караванный путь, финики культивировали и стали выращивать на продажу, создав бизнес, приносящий хозяевам огромные деньги. Больше всего их продают в Саудовскую Аравию, Эмираты и Ливию. Только 1 % остается для внутреннего потребления, а 99 % отправляют на экспорт.
Минут через пятнадцать, исцеленные и напитанные микроэлементами Сахары, мы неспешно двинулись в автобус, по пути наблюдая необычную картину – в разных точках запутанного лабиринта-арыка пара берберов… мылась. Один только-только успел намылить голову, а второй радостно фыркал, уже ополаскиваясь.
И вот мы в самом большом в мире оазисе финиковых пальм под названием Джабир. В центре него построен красивый город из мелкого обожженного кирпича, куда, конечно же, привез нас Алексей и… передал нашу группу местному берберу лет семидесяти по имени Борис, который на чистейшем русском языке рассказывал и показывал животных пустыни, проживающих у него в очень хороших условиях – в огромных вольерах на заднем дворе.
Все очень чисто, эстетично и достойно, но сам рассказ уморительный! Борис умудрился презентовать своих питомцев так, что все ржали как кони (простите за скудность речи!), по-другому и не скажешь! Представление больше смахивало на шоу одного актера, а мы просто прокатывались от смеха после каждой произнесенной фразы.
Переходя от вольера к вольеру, Борис презентовал своих животных. Например, кабанов представил шашлыками, черных шакалов – развратниками, любителями негров; верблюда, который забрал у Бориса из рук бутылку колы и с удовольствием ее пил, запрокинув голову, – алкашом, и все сетовал, что тот у него по вечерам выпрашивает к коле еще и виски. При демонстрации «ужаса пустыни» – скорпиона – просто вытряхнул его себе на ладонь из сигаретной пачки и стал подсовывать каждому, приговаривая тихонько:
– Подумаешь, всего каких-то 15 минут помучаешься, зато в памяти предков навсегда сохранятся воспоминания, что один из его родственников не побоялся подержать в руках скорпиона!
Затем он его быстро засунул обратно, подгоняя словами:
– А ну, быстро лезь в гараж!
После демонстрации песчаной змеи и саламандр ушел в небольшое помещение за коброй, а оттуда через окно неожиданно выбросил пустую обрезанную шину от велосипеда, крича при этом: «Ложись, кобра сбежала!»
Потом, конечно же, и саму кобру показал, умудрившись даже при ее демонстрации шутить. Одним словом, не человек, а ходячий цирк! Грифы у него были гигантские, Борис открыл вольер и пригласил их погладить, приговаривая:
– Не бойтесь, гладьте! Ничего страшного, одним глазом потом тоже можно будет хорошо видеть…
Мы так смеялись, что у некоторых даже текли слезы. Уж слишком это была колоритная фигура – маленький, сухонький, очень энергичный мужчина с веселыми глазами на испещренном морщинами, высушенном солнцем усатом лице и с фантастическим чувством юмора!
Как только мы вернулись к дому Бориса, Алексей тут же перехватил инициативу и увел нас по ступеням вниз в финиковые заросли, как всегда, каждый свой шаг сопровождая интереснейшими рассказами, но уже о растительном мире оазисов.
Финиковая пальма – это на самом деле трава с глубиной залегания корневой системы до 10 метров! Поэтому народная примета в Сахаре гласит: где есть пальма, там есть вода. Пальма плодоносит один раз в год, принося примерно 25–30 кг фиников!
В начале XIII века стали орошать наземную корневую систему, которая выглядит как толстые наросты у основания пальмы. Такой полив сделал плоды более сочными и сладкими. Сейчас принято повсеместно высаживать вокруг пальм в оазисах плодовые деревья и кустарники – лимоны, абрикосы, жожоба, гранаты, виноград и многие другие. Там же выращивают целебные травы и растения, которые затем используют как приправы при приготовлении пищи, и даже спаржу!
Примечательно, что финиковые пальмы бывают мужского и женского рода. В наше время опылять женские растения стали вручную, чтобы не отдать урожай на волю случая, а использовать максимально данную свыше возможную урожайность при условии 100 % опыления соцветий. Некоторые особо ценные гроздья оборачивают специальной бумагой для защиты от насекомых.
Об этом я написала очень кратко, можно сказать, тезисно, Алексей же рассказывал много и очень интересно о каждом растении, об их свойствах и способах их применения берберами!
Покидали мы оазис с некоторым сожалением и чувством благодарности и к Алексею, который и эту часть программы отработал на «браво», и к судьбе, которая дала нам такого великолепного гида по Сахаре!
Далее мы направились к красивейшим в мире барханам для встречи с верблюдами. Алексей рассказывал о современной жизни в берберских селениях, которые находятся, с одной стороны, около оазисов, а с другой – на границе с Алжиром. Такое расположение не случайно, поскольку берберы живут в основном… контрабандой. Мы не останавливались в этих поселках, да и Алексей просто мог бы промолчать, и мы бы никогда не узнали о жизни внутри этого закрытого общества.
Из нашей компании, к сожалению, узнали об этом очень немногие, потому что остальные просто спали, некоторые даже похрапывали, что было вполне естественно, поскольку проснулись мы для встречи солнца очень рано! Я же старалась не пропустить ни одного слова Алексея, потому что информация была просто эксклюзивная!
Это трудно объяснить, понять меня могут только те, кому когда-то посчастливилось путешествовать по Тунису с Алексеем! Он с любовью и юмором рассказывал о своей замечательной стране, вкладывая в работу частичку души, поэтому путешествие более чем в 1000 км на автобусе было необыкновенно увлекательным и очень интересным!
Так вот, можно было просто проехать мимо этих населенных пунктов, даже и не подозревая о той жизни, которая скрыта от посторонних глаз. Внешне все выглядит очень достойно: чистые домики с живописными двориками, где женщины хлопочут по хозяйству, в отличие от мужчин, которые три месяца в году заняты официальной работой – сбором фиников, а остальное время вроде бы просиживают в кафе, неся свой ежедневный дозор, чтобы ни одно событие не прошло мимо них.
Кстати, в сезон уборки урожая фиников в день можно заработать всего от 60 (21$) до 120 (42$) динаров, но сбор идет всего три месяца в году, и прожить на эти деньги год невозможно.
Их сидение в кафе обманчиво. Каждый заходит туда минут на 10–15, иногда по нескольку раз в день, потому что во время, свободное от сбора фиников, мужчины в приграничных селах подрабатывают контрабандой с Алжиром. В основном перевозят топливо из нефтепровода в Тунис, но не только. Используют для этих целей мулов – очень выносливых животных, идеально подходящих для перевозки канистр с горючим. Хотя у тех, кто попроворней да побогаче, для этого машины.
В селениях сохранились племенные отношения, там правит шейх, который и следит за порядком. Решение шейха безоговорочно, обсуждению не подлежит, потому что он на своем месте и президент, и парламент, и конституция в одном лице. Естественно, вопросы по реализации контрабанды и всему, что с ней связано, именно он улаживает на высшем уровне. Другими словами, контрабанда, если можно так сказать, почти легальная. При подобном укладе местной жизни и таком правлении понимаешь, что революция в арабском мире всегда может быть только управляемой!
Шейха слушают беспрекословно. Но существует также жесткая система наказания, хотя с учетом менталитета тунисцев, где в чести коллективизм, никто не хочет быть белой вороной, то есть отвергнутым, она практически не используется. Просто все знают, что будет, если что-то пойдет не так, как надо.
Наш путь пролегал по Транссахарской магистрали, бывшему великому караванному пути. Раньше это была дорога жизни, по которой возили безумно дорогой исфаханский шафран, гвоздику, кофе, шелк и… черных рабов, одним словом – все! Арабы первые привезли в Европу рабов. Вся заварушка в Америке с черными, с целованием их ботинок и прочее, – это так, кто-то сверху развлекается, втягивая не очень умных людей в национальные бредни.
В Тунисе произошло осознание того, что в нашем мире редко происходит реальный хаос. Все управляемо. Стало понятно, что в ночь, когда свершилась революция, бояться было особо нечего. Потому что арабские революции – это когда в четко условленный день «грабят и жгут» только то, что скажет шейх: точечно, выборочно и целенаправленно, без особого ущерба.