Елена Галакси – Афоризмы в стиле Фаины Раневской (страница 1)

Елена Галакси

Афоризмы в стиле Фаины Раневской

Жить надо так, чтобы тебя помнили и сволочи.

Фаина Раневская

Введение

Что бы сказала Раневская, если бы увидела наши переписки, обиды, бытовые спектакли, любовные кульбиты, усталую самопрезентацию и вечную попытку выглядеть благополучно?

Перед вами книга новых афоризмов, написанных в современной интонации и с уважением к той редкой точности взгляда, иронии, самоиронии и внутренней свободе, за которые так любят Фаину Раневскую.

В центре этой книги – живая острота взгляда, внимательность к человеку, умение замечать смешное, нелепое, печальное и точное в самых обычных сценах жизни.

Здесь – люди и отношения, быт и возраст, привычки и публичность, деньги и усталость, надежды и те мелочи, в которых вдруг проступает характер времени. Это книга о нашей повседневности, увиденной с пониманием, вкусом и той редкой интонацией, после которой смешно становится немного раньше, чем грустно.

О людях, которые всем всё объясняют

Банальности особенно любят важное выражение лица – так им легче сойти за мысль.

Есть люди, которым на любой вопрос хватает не ума, а самоуверенности.

Некоторые люди так уверенно объясняют жизнь, будто им её выдали под расписку.

Человек, который учит жить, обычно просто не выносит чужой свободы.

Больше всего советов дают те, у кого собственная судьба давно стоит в углу и молчит от стыда.

Чем беднее внутренний мир, тем чаще человек водит туда экскурсии.

Есть люди, которые ещё ничего не поняли, но уже начали объяснять это другим.

Чем меньше человек знает, тем охотнее он говорит тоном окончательного итога.

Когда человек говорит: «Сейчас я тебе всё объясню», хочется спрятать не уши, а биографию.

Чужую судьбу всегда легче поправлять, когда своя уже махнула рукой и ушла спать.

Некоторые дают советы с такой щедростью, будто это единственное, чего у них действительно много.

Есть натуры, которые считают себя прямолинейными. На самом деле они просто давно поссорились с тактом и гордятся этим.

Правду особенно любят те, кто пользуется ею исключительно для чужих неприятностей.

Чем примитивнее мысль, тем увереннее она выходит к людям без сопровождения сомнений.

Некоторые называют это честностью, потому что слово «грубость» портит им самооценку.

Есть люди, которые всё понимают в человеческой природе, кроме собственной.

Иногда невежество звучит так уверенно, что его начинают принимать за принцип.

Некоторые вмешиваются в душу с такой хозяйской интонацией, будто там у них давно прописка.

Есть люди, которым чужая слабость нужна только затем, чтобы почувствовать себя опытными.

Чужие ошибки всегда особенно ясны тем, кто слеп в быту.

Когда человек слишком быстро вас оценивает, почти всегда выясняется, что он экономит время на самопознании.

Есть люди, у которых мнение появляется раньше фактов. Факты потом приходят и чувствуют себя лишними.

Иной человек не спорит – он просто утомляет своей убеждённостью.

Самоуверенность – это когда человек ещё не дошёл до мысли, а уже поставил в ней подпись.

Некоторые путают жизненный опыт с привычкой вмешиваться.

Иногда объясняющий человек утомляет больше, чем злой.

Есть натуры, у которых даже ошибки выходят с начальственным лицом.

Бывает такая забота, после которой хочется исчезнуть.

Чужую боль особенно любят трактовать те, кто никогда не оставался с ней один на один.

Некоторые так любят расставлять всё по местам, будто в жизни больше ничего двигать не умеют.

Есть люди, которым важно не помочь, а прокомментировать.

Банальность, произнесённая скорбным голосом, почему-то особенно гордится собой.

Некоторые влезают с советом ещё до того, как успевают дослушать историю.

Есть люди, которым чужая жизнь интересна исключительно в той части, где её можно осудить.

Многозначительное молчание часто оказывается просто паузой между двумя пустыми фразами.

Некоторые любят фразу «я же сразу сказал» больше, чем саму возможность хоть раз оказаться правыми.

Есть люди, которые считают себя тонкими психологами только потому, что обожают чужие слабости.

Когда у человека совсем нет меры, он обычно называет это темпераментом.

Некоторые мужчины всё понимают в женщинах именно потому, что никогда их не слушают.

Есть женщины, которые знают, как всем надо жить, потому что дома их уже давно никто не спрашивает.

Некоторые так любят поучать, будто родились с указкой вместо позвоночника.

Иногда выводы появляются у человека значительно раньше мысли.

Некоторые умеют быть участливыми ровно до того момента, когда нужно просто помолчать.

Когда вам объясняют вашу жизнь, это всегда звучит так, будто ею недовольны как плохо поставленным спектаклем.

Уверенность в себе часто производит впечатление только до первого содержательного вопроса.

Некоторые любят людей только в разобранном виде – когда их можно анализировать, исправлять и жалеть сверху вниз.

Есть натуры, которые считают себя людьми без иллюзий только потому, что давно обиделись на всё живое.

Некоторые называют цинизм зрелостью только потому, что доброта им не удалась.

Чужая исповедь особенно нравится тем, кто уже приготовил к ней выводы.

Плохое мнение о людях иногда ошибочно принимают за наблюдательность.

Когда человек слишком часто говорит: «Я просто говорю как есть», почти всегда хочется ответить: жаль, что не молчишь как воспитанный.

Некоторые до того любят ясность, что не выносят ничего живого и сложного.

Есть люди, которым любая чужая проблема кажется удобным поводом продемонстрировать собственную трезвость.

Категоричность нередко происходит не от силы характера, а от нехватки воображения.

Некоторые в каждом разговоре ищут момент, когда можно перестать слушать и начать судить.

Есть натуры, у которых моральное превосходство всегда наготове, как домашний халат.