Елена Фольтерн – Ангелы в погонах (страница 2)

– Кто это? – шепнула я Габриэлю.

Тот лишь пожал плечами.

– Если верить Откровениям, то похож на архангела.

– Ты читал Откровения? – мой голос прозвучал так удивленно, что архангел обернулся, его взгляд упал на меня.

– Ты задаешь слишком много вопросов, Анна, – произнес он, и его голос звучал уже не так громко, но от этого не менее устрашающе. – Но здесь вопросы не помогут. Сейчас важно только одно – готовность принять то, что тебе предначертано.

Мои глаза расширились от удивления. Предначертано? Нам что-то предначертано?! О-о-о-ох, начальник не обрадуется моей внеплановой командировке. Ведь смерть, еще не повод не ходить на службу.

Глава 2

Мы шли вперед, осторожно ступая по облакам. Крылья архангела сияли, словно сотканные из чистого света. Он шел чуть впереди, указывая путь. На небесах было тихо, даже ветер не шумел. Идеальная тишина, поглощающая звук каждого движения.

А потом раздалась мелодия, которую я никогда не слышала на земле, – тихая, непонятная, но наполненная такой гармонией, что сердце замирало. А следом за мелодией вдали, за горизонтом, разлился огромный, светлый город. Башни зданий стремились вверх, а стены сверкали, как будто состояли из золота и жемчуга. Свет исходил отовсюду, но не слепил, а ласкал взгляд, как утреннее солнце.

– Что это? – спросила я, остановившись и не в силах отвести глаз.

Архангел обернулся и улыбнулся.

– Это Град Вечный, – ответил он, и голос его звучал, как эхо, разливающееся по всему пространству. – Здесь обитают те, кто прошел земной путь и обрел покой. Здесь нет ни боли, ни страха, ни времени.

– Зачем нам туда? – мое сердце забилось втрое чаще.

Архангел слегка наклонил голову, и его крылья дрогнули, словно от ветра, которого здесь не было.

– Узнаешь, Анна.

Он развернулся и поплыл прямо к сияющим вратам. В буквальном смысле, рассекая воздух мечом, как веслом. Мы с Габриэлем переглянулись и отправились за ним вслед, правда, не такой пафосной походкой.

Когда наша нога ступила на облако прямо перед воротами, они растворились, словно туман. Нашим глазам открылся вид на узкие улочки, вымощенные светящимися камнями, которые мягко мерцали под ногами. По обеим сторонам тянулись небольшие домики, каждый из которых казался мне цветастым пятном – с моим-то зрением. Их стены были словно сотканы из перламутра, а крыши увенчаны тонкими шпилями, которые переливались всеми оттенками радуги. Сквозь окна струился теплый свет, и казалось, что внутри каждого дома царит уют и покой.

Я то и дело поворачивала голову то в одну сторону, то в другую, пытаясь заглянуть в окна, но ничего не могла увидеть – картинки расплывались перед глазами, как пятна. Что за несправедливость: полицейская форма на мне, а линз – нет? Потерялись при транспортировке? Что за божественная недоработка?

Тропа, по которой мы шли, вела к центру города, где возвышался величественный замок. Габриэль, увидев его, на мгновение застыл и сладостно вздохнул. Его башни, устремленные ввысь, казалось, касались самых звезд. Стены замка были покрыты узорами, которые переливались всеми цветами радуги под лучами солнца, а ворота, украшенные резьбой, изображали ангелов и сцены из сражений со злом. Вокруг замка раскинулся сад, где росли деревья с серебряными листьями и неизвестными мне плодами, светящимися, как маленькие солнца.

Архангел остановился у входа в замок и жестом пригласил войти. Внутри нас встретил просторный зал, где высокие своды терялись в дымке света. Посреди зала стоял трон, окруженный другими архангелами. Многие из них показались выше и грознее моего спутника.

– Цитадель небесного воинства, – пояснил он, вглядываясь в наши лица, на которых отражалось удивление.

У меня не было сил сказать хоть что-то, глядя на торжественное убранство вокруг. Я просто стояла с открытым ртом, как и мой спутник, и изумленно смотрела на все происходящее вокруг.

«Аня, закрой рот! Неприлично его так открывать!», – слова мамы неожиданно всплыли в памяти, и я тряхнула головой, прогоняя наваждение. Голова мгновенно подчинилась, словно все на небесах следовало моей воле.

Навстречу нам двинулась фигура, окутанная сиянием, которое казалось одновременно мягким и невыносимо ярким. Его крылья, широкие и белоснежные, слегка шевелились при ходьбе. Лицо его было одновременно строгим и добрым, а глаза, глубокие, как бездонные озера, казалось, видели все, что было, есть и будет.

– Гавриил, – произнес он, и его голос, подобный грому, наполнил зал, – ты привел ее.

Наш спутник кивнул, слегка склонив голову.

– Да, Михаил. Она готова. Я также нашел ей подмогу.

Я почувствовала, как сердце замерло в груди. Готова? К чему? Но прежде чем я успела спросить, Михаил повернулся ко мне. Его взгляд был настолько пронзительным, что я едва не отступила назад.

– Анна, – сказал он, и мое имя прозвучало так, будто его произнесли тысячи голосов одновременно, – ты призвана не случайно. Твой путь только начинается. Но прежде чем ты послужишь на благо небесам, ты должна узнать правду.

– Правду? – прошептала я, чувствуя, как голос дрожит.

– Да, – ответил он, и в его глазах мелькнула тень чего-то, что я не могла понять. – Но будь осторожна. Истина может быть опаснее, чем ты думаешь.

Он сделал шаг назад, и зал вдруг погрузился в тишину и темноту. Только свет, льющийся с высоких сводов, продолжал мерцать. Я почувствовала, как что-то невидимое сжимает мою грудь.

А затем по потолку побежали образы. И я увидела себя на операционном столе: бледную, почти безжизненную. Врачи в белых халатах, реаниматологи, анестезиологи и медсестры суетились вокруг, их голоса звучали резко и отрывисто, и я не могла разобрать слов. Их руки двигались быстро, почти механически, будто отчаянно пытаясь удержать что-то, что ускользало с каждым мгновением.

– Сердце останавливается! – крикнул кто-то, и я почувствовала, как что-то внутри меня все сжалось.

– Дефибриллятор! – раздался другой голос, и я увидела, как мое тело вздрогнуло под ударами электрического тока.

– Анна, – снова заговорил Михаил, в этот раз его голос звучал мягко. – Ты умираешь. У тебя осталось совсем немного времени.

Я хотела спросить, что он имеет в виду, но слова застряли в горле. Вместо этого я снова посмотрела на потолок. Врачи продолжали бороться, их лица были напряжены.

– Мы теряем ее! – прозвучал отчаянный крик, и я почувствовала, как что-то внутри меня рвется.

– Нет, – прошептала я, хотя не была уверена, обращаюсь ли я к врачам, к Михаилу или к самой себе. – Нет, я не хочу уходить.

Михаил кивнул, как будто услышал мои мысли.

Я закрыла глаза, чувствуя, как свет вокруг начинает пульсировать, словно вторя ударам моего сердца, которое сейчас, как ни странно, билось у меня в груди. Разве может оно биться у такой, как я – фантома, призрака?

И в этот момент я поняла, что должна вернуться. Неважно, что ждет меня впереди. Нужно бороться.

Я открыла глаза и посмотрела на Михаила. Он кивнул мне, словно прочел мои мысли:

– Тебе и вправду слишком рано к нам. Но прежде, чем ты вернешься, у меня есть для тебя работа.

Глава 3

Когда Михаил подошел вплотную, я испугалась его мощи. Он был высок, его фигура казалась одновременно и легкой, и невероятно мощной, словно высеченной из самого света. Его крылья, огромные и сияющие, уже не трепетали, а, как и полагалось в данной обстановке, спокойно висели за его плечами, позволяя их разглядеть.

Его лицо невозможно было назвать ни мужским, ни женским – оно было просто совершенным. Невозможно было описать и цвет глаз: он напоминал космос. Взгляд его был тяжел, но с такого расстояния не пугал.

Когда он заговорил, каждое слово его отзывалось во мне, хотя я даже не была уверена, что он в принципе открывал рот.

– На земле ты ведь работала в полиции? – спросил он у меня, и я медленно кивнула.

– А ты, Габриэль, тоже?

Я повернулась к нему, как раз, когда он вытянулся в струнку.

– Капитан полиции Лос-Анджелеса Габриэль Стоун к Вашим услугам.

Мои глаза расшились от удивления.

– Капитан?! Так ты тоже работаешь в полиции?

Габриэль улыбнулся, и в его взгляде промелькнула тень самоиронии.

– Да, как и ты, видимо. Только страны у нас разные.

Он посмотрел на меня с теплотой, а я на него – с подозрительностью. После того, что происходило с нашими странами в последнее время, было бы слишком нелогично, если бы у нас сложились дружеские отношения.

Михаил, стоявший рядом, слегка наклонил голову, его крылья едва заметно дрогнули, и свет от них стал чуть ярче.

Я посмотрела на Габриэля, пытаясь представить, как капитан полиции из Лос-Анджелеса оказался здесь, в этом странном месте.

– Ты что, умер?

Взгляд Габриэля стал каким-то жалобным, грустным, словно он хотел что-то мне рассказать, но не мог.

– Так что за работа? – я обратилась к Михаилу лишь тогда, когда поняла, что от своего американского коллеги никаких реплик ждать не стоит.

Он улыбнулся, и в его глазах вспыхнули звезды.