Елена Фирстова – Проект Королева (СИ) (страница 101)

— А через пару часов эта особа пришла в себя и заявила, что вы, такие не хорошие, ей спать мешаете.

— Примерно так оно и было, — удивленно отозвался доктор, вспоминая как Мадей достал тело и, рассказывая о своих выводах, коснулся лица Сильваны, та мгновенно перехватила руку, не открывая глаз. — Она очнулась во время нашего разговора, чем чуть не свела моего коллегу в могилу.

— Да я чуть не околела в вашем морозильнике! — воскликнула виновница.

— Так тебе и надо. Нечего нормальных людей пугать, — ухмыльнулся Энтони.

— А нефиг девушек мацать да еще и в хирургических перчатках! Брр! Я виновата, что у меня физиология такая?

Эшли представил себе картину в лицах. Ему стоило не малых усилий, чтобы сдержать смешок.

— Мне трудно ответить на ваш вопрос, так как я с таким феноменом раньше не сталкивался, — отозвался Вестард и продолжил, — Мы тщательно обследовали девушку, но, не найдя никаких отклонений от нормы, вынуждены были отпустить.

— Конечно, так вот и отпустили, — проворчала Лианка. — Оставшийся отпуск за мной кто-то шпионил. Весь отдых испортили. Так бы до самого аэропорта проводили, если бы не выяснилось, что доктор тоже летит в Иствей, только рейсом позже. Собственно поэтому я и поменяла билет. Вдвоем интереснее все-таки почти восемь часов пути.

— А зачем тебе понадобилось пугать мистера Фараджа? — спросил Эшли.

— Я не собиралась его пугать и докторов тоже. Честно. Я планировала позвонить Али, когда проснусь, сказать, что доберусь в город сама к вечеру, спросить, где его можно будет найти. Я не думала, что он запаникует. С виду дядька такой… бывалый, да и Рашиль его советовал. Я, между прочим, как прилетела сразу отправилась за проводником туда, где можно найти настоящего знатока этих мест, и нашла, вот только тебе подобные настоятельно рекомендовали ему ко мне не приближаться.

— Поэтому и запаниковал, — пояснил Эшли. — Фараджу наверняка не известно, что ты за личность такая. А кого ты в проводники взяла?

— Одного из кочевников, — ответил за нее Вестард. — Парень откровенно ухаживал за вашей знакомой, приглашая посетить его семью.

— Лианка, ты уверена…

— Абсолютно! Энтони, он, в отличии от этих недотеп в форме, знал с кем имеет дело. Представляешь, песчаные духи действительно существуют! Они древние и могущественные существа. Большинство сказок про них вовсе не сказки, поэтому кочевники пустыни до сих пор поклоняются им.

— Вы опять за свое, — укорил девушку доктор. — Только не рассказывайте мистеру Эшли все то, что пришлось выслушать мне. Он прекрасно знает места, где вы отдыхали. Пустыня — жестокое место, поэтому и выдумывают эти бедолаги всяких там духов.

— Пустыня сама по себе равнодушна, а вот ее обитатели очень не любят вас и есть за что. Не они, а вы вторглись в их жизнь.

— Лучше скажи мне, что ты там забыла, в этом грешном Сахеме? Не сказки же слушать поехала, — желая сменить тему разговора, спросил водитель.

— Может и их.

— А мне вы заявили, что историк и интересуетесь Сахемской Кампанией.

— Почему-то я так и думал, — отозвался бывший военный. — А врать между прочим не хорошо. Доктор Вестард, она никакой не историк, а достаточно известный драконолог — борец за права ящеров. Если вам интересно, поищите в Интернете “проект Королева”, хотя и по имени девушки, наверняка, тоже много интересного найдется.

— Спасибо, что подбросили.

— Не за что. До свидания.

— Доброй ночи.

Эшли свернул на парковку у вокзала, тем самым поставив точку в разговоре своих спутников.

— Куда теперь?

— В Драконарий, я просила Кати меня дождаться.

— Собираешься ночевать у нее?

— Нет, хочу пару слов сказать на прощание. Удивительно, пока вас носом не ткнешь в чудеса, вы их отрицаете. Прожить столько лет в Ахое и так и не поверить в песчаных духов…

— Насколько я понял, это родня твоих крылатых друзей.

— Да, только в отличие от местных, за прошедшие тысячелетия они не утратили своего могущества. Так что можешь считать, что это был визит вежливости, который мне на 80 % испортили военные. Между прочим то, что Вестард назвал камнем, было крылом моего спутника, он выставил часть оного, чтобы солнце не мешало мне спать.

— Значит тебя увезли прямо из-под носа дракона. Почему же ты не проснулась сразу?

— Во-первых, это процесс не такой уж и быстрый, если не ставить будильник. Во-вторых, я всего за час до этого спать легла. И в-третьих, а толку? Спорить с военными — дело не благодарное, твой предшественник меня в этом окончательно убедил.

— Хотел бы я знать, чем вы занимались в бескрайней во время бури.

— О! Мы отправились в самое сердце пустыни. Мой проводник показал мне удивительные и прекрасные места. Мы отдохнули на краю заповедного оазиса, куда не ступала нога простого смертного. Когда солнце коснулось горизонта, драконы догнали караван кочевников и вместе с ними вышли к месту ночлега. Проводник познакомил меня с народом пустыни. Мы до утра просидели у костра, люди мне многое рассказали про то, как переплетена их жизнь с жизнью песчаных духов. Я была не права, когда говорила, что Джек первый всадник за последние несколько тысяч лет. У песчаных это норма, как, впрочем, и наездники. Страшная сказка о том, что дух может зайти в любой дом и забрать понравившегося ему ребенка — вовсе не вымысел, как и многие другие… Кочевники приняли меня за одного из новеньких украденных. Их кстати называют детьми ветра. Возможно ты видел, как матери прячут младенцев и зовут домой детей, завидев гостей из пустыни. А когда ночь перевалила за полночь мы стали петь песни восхваляющие покровителей и на восходе совершили обряд благодарения. После чего мы с драконом вернулись обратно, к месту, где меня и нашли. Тони, они и есть буря.

— Видел я этих из пустыни. Скажи еще, что именно поэтому синоптикам так сложно прогнозировать бурю.

— В точку! Как ты можешь предсказать чью-либо волю? Они, дети песка и ветра, собираясь в стаи, теряют свои ящерообразные очертания. В бескрайней все мираж, все зыбко и призрачно.

— А парень, которому рекомендовали с тобой не общаться, был одним из детей ветра?

— Почти…

— И как это понимать?

— Я скажу тебе, если ты пообещаешь никому об этом не рассказывать, даже нашим общим друзьям.

— Ладно.

— Обещай!

— Обещаю никому не рассказывать твои секреты.

— Он был духом. Тем самым, что укрывал меня от солнца. Тони, только не пытайтесь поймать его. Отрезанный от пустыни он быстро погибнет, а вот его племя не остановится пока не уничтожит всех, кто пришел со своей правдой в Сахем. Они это могут. Именно поэтому мистер Фарадж, увидев меня с проводником через день, стал просить прощение и даже пытался вернуть деньги. Он то прекрасно знает, что может случится, — поймав заинтересованный взгляд собеседника, Лианка пояснила, — Вернувшись домой, мужчина мог обнаружить, что кормить ему больше не кого. Духам порой даже не нужно подходить к человеку близко, чтобы лишить того дыхания. Возможно ты видел тех, кто умер в Сахеме не от пули или старости.

Эшли вспомнил трех солдат и девушку, которых нашли в какой-то хижине на окраине Хатара. Все четверо лежали так, словно пытались развязать невидимую петлю на своей шее. Экспертиза не установила истинной причины смерти. У медиков создалось впечатление, что покойных кто-то заставил дышать очищенным от кислорода воздухом, но как такое можно сделать в проветриваемом всеми ветрами помещении, так и осталось загадкой. Тела бойцов отвезли на родину, сочинив для родственников достойную легенду, девушку же сожгли прямо в хижине, а остатки сровняли с землей. Местные жители шептались, что песчаные духи покарали неверных и порочную, и стали обходить то место стороной.

— Видел, но это ничего не доказывает. Мистер Фарадж — суеверный человек, как и большинство коренных сахемцев.

Лианка ничего не ответила. Начальник службы безопасности показал пропуск охраннику и въехал на территорию Драконария. Припарковавшись, он выключил двигатель и собрался вылезти. Однако не смог, приступ слабости заставил остаться в водительском кресле. Эшли почувствовал, что ему душно, он попытался вдохнуть поглубже и ослабить галстук, но это не помогло. Энтони хватал воздух ртом, как рыба на суше. Сознание несчастного стало ускользать.

— Примерно тоже самое чувствуют и те, кто перешел дорогу духам песка, — донесся до него лианкин голос словно издалека.

Приступ нехватки кислорода закончился так же внезапно, как и начался. Отдышавшись, мужчина повернул голову к своей спутнице. Она даже не изменила позы.

— Не делай так больше, ладно?

— Теперь ты мне веришь?

— Верю.

Лианка заметила, как дрожат у ее друга пальцы.

— Прости, это был единственный способ заставить тебя забыть про свои предрассудки. Я так устала от лжи! От того, что мне никто не верил в Ахое, когда я говорила правду. Мне приходилось мириться с тем, что врать — единственный способ избежать лишних проблем. Конечно духи убивают несколько иначе, но сам принцип не меняется. Мне не очень давно пришлось испытать нечто подобное, если тебя это хоть как-то утешит. И это кстати самое просто и безболезненное, что может случится, минут пять мучений и все.

— Что еще они могли придумать?

— О! Многое! Гораздо хуже, например, когда воздух уходит с выдохом и не поступает со вдохом. В таком случае образуется разреженное пространство, и легкие начинают слипаться, причем если в середине процесса палачу надоест, и он уйдет, то человек без квалифицированной помощи все равно вскоре умрет, так как большая часть легких успеет превратиться в кровавое месиво за пару-тройку циклов. А если использовать частичную блокаду, то пытка может длится часами…