Елена Филатова – Однажды всё изменится (страница 41)

Пытаюсь притянуть его себе на колени.

— Не…надо — съёживается сильнее.

Да что же делать.

— Иди сюда — подхватываю его под шею и всё же укладываю себе на колени. Обнимаю его, прижимая к себе, чтобы не шевелился.

Он сильно жмурится, и тяжело выдыхает.

— Держись солнышко — прикладываю ладонь к его груди, сердце так тарабанит, словно выскочит сейчас.

— А смысл — говорит хрипло и тяжело втягивает воздух.

Это после моих слов он отчаялся? Родной мой, почувствовал, что не нужен мне? Хотя это мне было обидно, что он не верит мне. Но теперь-то вижу, что он все свои чувства в себе прячет. Даже вида не подал, насколько плохо ему в душе было. А если бы я ушла сейчас? Дурачок мой.

— Прости меня — обнимаю его — ты мой смысл, Яш — говорю ему и тихонько провожу по волосам.

Он ведь очень замкнутый и столько времени жил один.

Надо скорую вызывать, он сильнее сжимается.

— Дыши глубже, пожалуйста, тише — глажу его по голове, шее, пытаясь хоть немного расслабить.

Достаю телефон и вызываю скорую, но меня переключают на фельдшера. Объясняю ему ситуацию. Обещает скоро подойти. Кладу трубку.

— Яш — обнимаю его, он такой бледный.

Тихонько глажу его по щеке, он ничего не говорит, но приоткрывает глаза и выдыхает неровно.

— Дыши мой хороший, пожалуйста — так страшно его потерять, на глаза слёзы наворачиваются от боли, что читается во взгляде напротив.

— Не надо — рвано выдыхает — жалеть не надо.

Вот дурачок!

— Я люблю тебя, Яш — признаюсь ему — мне просто обидно было, что ты не веришь мне.

Он рвано выдыхает и пронзительно вглядывается в глаза.

— Неужели за столько времени я не заслужила твоего доверия?

— Ты хотела уйти — опускает взгляд — от меня — говорит почти шёпотом и сильно жмурится.

Опять переживать начал.

— Тише, родной мой, тише — тихо глажу его по плечу — ну не ушла же и не уйду никуда и никогда. Ты мне нужен больше всех на свете, Яш.

Он приоткрывает глаза и не веря смотрит на меня.

— Правда? — его голос срывается.

— Правда, родной мой — склоняюсь к нему и прижимаюсь губами к виску, чтобы поверил, почувствовал, что очень его люблю и боюсь потерять.

Он рвано выдыхает.

— Спасибо — говорит очень хрипло и перехватывает мою руку, прижимает к груди. Ощущаю, как часто бьётся его сердце в ладонь. Он прикрывает глаза.

— Ты держись только, хороший мой — обнимаю его.

— Постараюсь, Поль — говорит хрипло.

— Эй, открывайте — слышу кто-то колотиться в калитку.

— Потерпи, я сейчас открою — говорю Яше на ухо и тихонько опускаю его на траву.

Бегом бегу к калитке, надеюсь это фельдшер.

Глава 53

Полина.

Открываю калитку, там действительно стоит фельдшер.

— Вызывали? — спрашивает.

— Да проходите — пропускаю его и запираю замок.

Он направляется к дому.

— Нет идёмте — прохожу в сад.

Он идёт за мною.

Подходим к Яше, он лежит на спине и прижимает ладонь к груди.

— Что это в таком возрасте, уже сердечко пошаливает? — фельдшер присаживается на траву рядом с ним и раскрывает свой чемодан.

— Сильно болит? — спрашивает у Яши.

— Да — отвечает сдавленно.

— Ох ты ж, разговариваешь? — поражается фельдшер.

Яша кивает.

— Неожиданно очень, столько лет молчал. А оказывается не немой.

Фельдшер достаёт из сумки фонендоскоп и начинает слушать биение сердца Яши.

Обхожу их и присаживаюсь с другой стороны. Беру Яшу за руку. Он поворачивает голову и так пронзительно смотрит на меня. Сжимаю его ладонь. Он слабо улыбается в ответ.

Фельдшер мерит ему давление. Потом достаёт прибор для снятия кардиограммы.

— Подними ему футболку — говорит мне.

Поднимаю футболку, оголяя его грудь. Фельдшер прикрепляет присоски и начинает снимать кардиограмму.

— Такс, ну всё ясно — фельдшер полез в чемоданчик и начал готовить лекарство — сейчас укол сделаем, должно легче стать.

Держу Яшу за руку, страшно потерять и отпустить его руку даже на секунду.

Он ставит укол Яше в вену.

— Полежи пока минут пять — говорит фельдшер.

Яша прикрывает глаза и выдыхает ровнее. Фельдшер упаковывает чемодан.

— Если снова повториться дашь две таблетки — протягивает мне блистер с сердечными таблетками.

— Хорошо — забираю таблетки.

— Ну всё — поднимается на ноги — должно легче стать. Пусть сегодня отдыхает, лучше постельный режим. Кардиограмму держи — протягивает мне листочек.

Забираю его кардиограмму.

— Так мне пора — разверчивается.

— То есть вы даже не подождёте? Вдруг ваш укол не подействует или аллергия на него начнётся? — поражаюсь ему.