Елена Филатова – Миссия "Спасти Веру" (страница 2)

- Стоп. Интернет то еще не появился.

Она вытрясла содержимое сумки на рядом стоящий стул.

- Ключи от квартиры где деньги лежат. Кошелек, квитанции, паспорт.

Она выудила маленькую бордовую книжечку и принялась изучать. Так, живет она на Тимме, штампа о браке нет. Она счастливо выдохнула – это были хорошие новости. Хорошо, что она по-прежнему в своем городе, плохо, что она в теле коротконогой заурядной библиотекарши. Ангелина взглянула на фото молодой Веры и вздохнула.

- Типичный советский библиотекарь.

- Верунь, ты чего тут сидишь, да еще сама с собой разговариваешь – на пороге стояла высокая женщина средних лет в бордовом свитере ручной вязки и клетчатой юбке. На ногах у нее были теплые гетры до колена и тапки. Эти тапки удивили Ангелину. Господи, если бы кто у них в конторе так вырядился – быстро бы получили втык от начальства.

- Автобус врезался в столб, я сильно ударилась – как можно жалобней произнесла Ангелина – вот сижу, прихожу в себя.

- Ну и как? Получается?

Вот стерва, сразу определила Ангелина. Сразу видно, что лучше ей палец в рот не клади – откусит. Кто она такая, как бы узнать. В этот момент, в двери бочком пролезла старуха из гардероба и встала у стола, сложив руки на животе.

- Анна Семеновна, у вас пальто в гардеробе висит, смотрите, как бы не украли.

- Да что вы, Наденька, там Михалыч с газетой сидит. Я его покараулить оставила за себя. Чашку чая хоть налью.

Женщина пожала плечами и развернулась, уже стоя спиной, она бросила.

- Совещание в два часа. Отчет готовь, хватит сидеть.

Старуха налила себе чаю и благожелательно улыбаясь начала рассказывать Ангелине, о демократизации советского общества и политике ядерного разоружения. Ангелине почудилось, что она слушает давно забытое радио. Было у ее родителей такое на кухне.

- А что за совещание? – попыталась она прервать поток словословий Анны Семеновны.

Про библиотеку Ангелина знала немного. Все воспоминания были из детства, когда она в школе на переменке бегала в школьную библиотеку за русской классикой. Еще раз в год сдавали учебники. Этих знаний было явно мало, чтобы подготовить отчет и не опозориться.

- Ой, да отпросись Верочка, ты ведь явно не в своей тарелке – старуха внимательно посмотрела на нее и предложила – иди домой, я сама Екатерине Александровне все объясню. Ну, не съест она меня, подавится.

Старушка захихикала, в этот момент раздался деликатный стук в дверь.

- Ох, это Михалыч, не терпится ему, а может посетитель пришел, так он мне сигнализирует.

Старушка шустро подорвалась и бросилась из комнаты.

- Дурдом на выезде. Как это я вляпалась в такое дерьмо.

Она медленно оделась и медленно поплелась на остановку, подмечая изменения окружающего городского ландшафта. Как ни странно, эти изменения не всегда были к лучшему. Вот взять ту же остановку. Сейчас это было основательное сооружение из бетона. Не то, что в двадцать первом веке, когда городская администрация думает только о красоте, а не об удобствах горожан.

- Ох, о чем я думаю – она залезла в троллейбус. Этот вид транспорта давно исчез с улиц родного города. Вот отсюда и давка в автобусе. Ангелина даже на время забыла о своем плачевном положении, уселась у окна и стала с интересом наблюдать за городской суетой.

Вот ведь угораздило, почему она не оказалась в теле молодой жены олигарха или королевы Елизаветы? Хотя, не надо Елизаветы, английского языка не знаешь, вот и сиди в теле неудачницы библиотекарши.

Типичной советской библиотекарши.

Глава 2

- Бери сушку, угощайся, Вера.

Они пьют чай примерно в одиннадцать. Большие чашки, в которые кидают заварку – дикость, по мнению Ангелины. Пакетированного чая нет в магазинах. Она уже поняла и смирилась с тем, что грузинский чай больше похож на сено. Одни палки плавают на поверхности воды. Она уже неделю здесь и начинает немного привыкать.

Любочка похожа на ангела. Пухлые щеки, белокурые кудряшки, большие голубые глаза. Немного портит этот ангельский лик крупный нос картошкой. Она любит посмеяться и посплетничать.

Любочке двадцать пять, она снимает угол у тетки в Маймаксе и мечтает найти себе мужа.

- Чаи гоняете, а кто в читальном зале?

Это Надежда, разведенка с двумя детьми. Злая на весь свет и терпеть не может, когда кто-то смеется и радуется.

- Надежда, садись с нами. Вот сушка, угощайся. Анна Семеновна на своем посту, если что, стукнет в стенку.

Коллектив маленький, она сразу сдружилась с Любочкой. Вот уж легкий характер, вроде без двойного дна. Две другие – Надежда и Светлана – дамы под пятьдесят, постоянно на взводе. Но это пустяки, самое неприятное, это заведующая библиотекой – Екатерина Александровна. Любочка с усмешкой называет ее царица Екатерина.

- Ох, девицы-красавицы, в «Арктическом» колбаску привезли, я уж сбегаю – Анна Семеновна как всегда губки бантиком, руки на животе.

- Идите, конечно, Анна Семеновна, а вы заканчивайте чаепитие. По очереди можно чай пить, а вам бы только посиделки устроить в разгар рабочего дня – Надежда круто развернулась и вышла.

- Ух, ты. Командир какой – захихикала вслед ей Любочка.

Тот день, когда она оказалась в этой библиотеке вместо своей конторы - похож на сон. Весь день ей казалось, вот стоит ей уснуть и назавтра она проснется в своей трехкомнатной квартире и побежит по знакомому кругу. Собрать дочь в школу, отвести младшего в садик, поездка в переполненном автобусе на работу.

Квартира на Тимме оказалась маленькой однушкой, двор полон стариков. Она долго плутала по заснеженным дворам, прежде чем нашла нужный дом. Двор поражал своими размерами и отсутствием парковки, заставленной машинами.

- Может, все разъехались просто – пробормотала она.

В глубине двора пряталось жалкое подобие детской площадки. Ржавые перекладины без качелей, облупленная песочница, песок из которой сойдет вместе со снегом. Она сразу вспомнила яркую горку и карусель на их детской площадке. Они купили квартиру лет пять назад. В самом центре, на Шубина. Ипотеку еще платить и платить, но зато дети имеют свою комнату, а она спальню. Двор у них маленький, но ухоженный. Она окинула тоскливым взглядом заросли ивняка и несколько огромных тополей. Интересно, как изменится этот двор спустя тридцать лет? Тополя точно спилят.

- Верочка, деточка, как хорошо, что ты пораньше пришла – на ее руке повисла старушка в сером выношенном пуховом платке и побитой молью кроличьей шубе – хотела до «Диеты» за молочком сходить, да ноги не идут, проклятые. Сходи?

У старухи было сморщенное как урюк лицо, она заискивающе смотрела на Ангелину.

Ангелина уже открыла рот, чтобы послать старушку куда подальше, но неожиданно для себя сказала.

- Давайте сумку – подхватив клеенчатую хозяйственную сумку, заспешила со двора.

За домом притаилась школа. Она пересекла притихший школьный двор и вышла к оживленной дороге. Вдоль нее тянулись серые типовые девятиэтажки, сейчас эта улица называлась Воскресенская, интересно, когда ее переименовали. Она редко бывала в этом районе, но вглядываясь в дома, была уверена, что ничего тут не изменилось и в ее время. Напротив стояло небольшое здание и Ангелина поняла, что это рынок. Они как-то заезжали сюда с мужем за фруктами и овощами. В задумчивости посмотрела на знакомое здание, интересно, можно там купить молоко?

«Диету» она нашла быстро, сейчас на месте этого магазина «Магнит» или «Макси». Сменилась не только вывеска. Внутри исчезло товарное изобилие - яркие упаковки, броско кричащие с полок : «Купи меня». В магазине пустовато, прилавки теснятся по периметру, в середине непривычно свободно. Пол грязный, кругом лужицы воды. Ангелина поморщилась, она уже и забыла, какое убожество эти советские магазины.

Нашла отдел с вывеской «Молочные продукты» и вспомнила, что сначала надо пробить товар. Поискав кассу глазами, она заметила, что здесь касса в каждом отделе.

Возвращаясь из магазина и проходя через школьный двор, Ангелина заметила, что школьники высыпали на перемену. Сразу вспомнила про дочь и слезы навернулись на глаза. Еще утром она кричала на малышку и мечтала, чтобы жизнь изменилась. Какая она дура, как ей вернуться в свое тело. Ах, если бы ей оказаться сейчас дома. Она крепко зажмурилась и представила, что она во дворе своего дома.

- Сходила уже? Вот они, ножки молодые, да здоровые – Ангелина почувствовала, что сумку из рук тянут и открыла глаза – Верочка, сумку то отдай.

- Да, в настоящее время наш коллектив озабочен тем, что идут разговоры о падении престижа библиотек и библиотечной профессии, но во всех отраслях хозяйства идет перестройка. Это касается и нас – идеологических проводников политики партии в народные массы.

Они уже почти час заседали в кабинете царицы Екатерины. Дверь в кабинет приоткрыта, чтобы если читатель пойдет на абонемент, не прокараулить.

- Пойдем в субботу в ресторан – Любочка чуть заметно повернулась к Ангелине и прошептала это едва слышно.

- Работа библиотекаря – это непрерывное общение с людьми, ведь известно, сколько людей, столько и настроений.

- Бла-бла-бла – подумала Ангелина - когда фонтан красноречия заведующей иссякнет и она наконец их распустит по рабочим местам.

Любочка внимательно смотрела на нее, ну, да. Ресторан. Она вспомнила содержимое шкафа Веры и безнадежно вздохнула.