Елена Филатова – Легенда о Владе (страница 1)
Елена Филатова
Легенда о Владе
Глава 1
Солнце светило ярко. Погода радовала сердце и сегодня был особый день.
День, когда весь острог праздновал сбор урожая.
В моих жилах течет благородная кровь, подумала Влада. Кровь, которая должна управлять моим народом. Но что я имею? У меня осталась лишь малая часть от большого народа. Когда-то, мои предки, приплыв с далеких островов, заняли эти великие горы и леса. Смогли создать сильный народ, славящийся своими мастерами, ремесленниками, ткачами, строителями и поэтами. Но после большой войны прошло уже чуть более двух лет. От некогда великого народа остались лишь воспоминания о былом величии. И сейчас наша задача просто выжить.
Беда пришла с юга. Однажды, два года назад в долину пришло большое войско и поглотило почти всех жителей. В той войне погибло очень много людей, это было просто истребление. Сейчас я уже взрослая, мне семнадцать, но иногда память уносит меня в те страшные дни. У меня в ушах до сих пор звучат крики женщин, чьи тела прилюдно терзали солдаты завоевателей. До сих пор я помню запах крови в воздухе, ужас и слезы в глазах людей. И… СТРАХ. Страх, это не просто слово или чувство. Страх, это зверь, который зарождается в венах человека. Он, подкрадываясь к сердцу, щекочет изнутри и выходя наружу заражает людей, находящихся рядом. От страха люди становятся безумны. Я это видела своими глазами. Завоеватель, войдя в город прожил не долго. Моя мать была очень красива, и он, решил сохранить ей жизнь, пожелав сделать своей рабыней. После захвата города завоеватели устроили большой пир. Но им не суждено было проснуться. По приказу матери в середине пира подали отравленное вино. Когда захватчик понял, что его и его воинов отравили, перед своей смертью он пронзил мою мать мечом. Тогда, в пятнадцать лет, я видела только начало этой страшной бойни. Но мне и этого хватило. Меня, по приказу матери, увели в пещеры. В своих порывах я всегда искренна и даже перед лицом великого Бога, могу сказать, что я не хотела прятаться. Я не желала любой ценой сохранить свою жизнь. Я хотела в этот трудный час быть рядом с матерью. Но Мария и Михей, утащили меня, брыкающуюся, в пещеры силой. Мария старше меня на двадцать шесть лет. Она прислуживала моей матушке, но после смерти моих родителей, два года назад, Мария стала близким для меня человеком.
Праздник был в самом разгаре. И люди, вспоминая старых Богов, бесконечным потоком скидывали в огонь дары плодородия. Ночь приятно пахла горелой древесиной, радостью и спокойствием.
– «На окраине, появился чужеземный торговец» – засмеялась Мария, глядя мне в глаза: «Говорят, он продает украшения достойные королевы, а еще, говорят, он выглядит сильным и мужественным.» Мария всем своим видом пыталась скрыть нетерпение: «А самое главное – он немой!!! Что за радость иметь немого мужа.» Засмеялась Мария: «Мой муж погиб в войне два года назад. Я так хочу замуж, пусть даже за немого. Это же мечта любой женщины, муж, который тебя никогда не отругает!!!» Мария засмеялась, взяла меня за руку и потянула к себе.
– «Княжна, ну пожалуйста, я прошу, прошу, прошу…» Мария, от нетерпения, чуть приплясывала на месте, как ребенок.
– «Ну, пойдемте, посмотрим. Я знаю, вам плевать на побрякушки, но ради меня, пойдемте.»
Глядя на нее, я не смогла сдержать улыбки.
– «Ну ладно, – сказала я, – пойдем.»
Я взяла немного денег, накинула плащ на плечи и посмотрела на Марию. Она от нетерпения вся аж трусилась, как осенний лист и немножко приплясывала на месте.
– «Успокойся!» Строго сказала я: «Не гоже взрослой даме так себя вести.»
– «Да, да, да, да, да…» – Ответила Мария, пытаясь сдержать эмоции.
Что ж, ее можно понять. После великой войны это был первый настоящий праздник и сейчас люди в праве позволить себе радость.
Мы вышли на улицу, звуки песен, смеха и танцев перемешивались с запахом костров, на душе было спокойно и хорошо.
– «Ладно, веди.» – сказала я.
Мария, хоть и была старше, но иногда мне казалось, что она еще не повзрослела.
Мы обошли кругом наш деревянный острог и направились к лесной тропе.
– «Кухарка сказала, что он направился к святилищу.» Сказала Мария.
Святилище находилось не далеко от острога, который представлял собой большое деревянное строение с большим залом для пиров внизу и несколькими комнатами на втором этаже, по углам укрепления были расположены четыре башни для дозорных. Большой, широкий двор, где находилась конюшня, сараи, кузня и деревянный частокол с заточенными краями.
Святилище располагалось отдельно от острога. Похоже, предки были уверенны в том, что на святыню никто и никогда не посмеет посягнуть.
Когда два года назад завоеватель покорил наш острог, он разграбил его, собрав все ценное на ладьи и отправил часть своих людей вниз по реке с добычей в свои земли, а потом царь, потребовал у моей покоренной матери устроить тот самый смертельный пир.
Отец мечтал о сыне, но моя мать так и не родила ему наследника. Они любили друг друга, я это видела и мне становилось печально, когда я думала о том, что мне не позволят занять место отца после его смерти.
Если бы только я родилась мужчиной. …
Святилище находилось в узком ущелье, у подножия трех, срастающихся внизу гор. Туда вела широкая тропа. Мария была полна нетерпения и идя немного впереди держала меня за руку.
– «Смотрите, госпожа, вон он.» – Она указала рукой вперед.
«Странно.» Подумала я, увидев торговца. "Что он здесь делает?" Прозвучал в голове вопрос.
Мой острог называли в округе именем отца, Ингвар, что означало, в переводе с древнейшего языка первых племен «войско короля». Но на сегодняшний день от великого, когда–то войска короля остались практически одни женщины и сейчас, глядя на святилище, я, как никогда понимала, на сколько мы беззащитны, если вдруг завоеватели прийдут снова.
От подножия святыни в верх, в великие пещеры, вели каменные ступени. В этом волшебном, полном тайн месте, соединялись небо и земля. Предки верили, что в пещерах живут духи старых Богов. По старым верованиям часть подношений приносили сюда. Здесь много веков подряд, под покровом великих гор прятались люди, молясь и спасая свои жизни от стычек между кланами. Пещеры имели несколько выходов и когда мать была жива она часто приводила меня сюда и рассказывала легенды. Она очень красиво пела и играла на гуслях и учила меня рождать музыку в душе. Когда мама касалась струн, для меня замирал весь мир вокруг. Эхо разносило звук струн по всей округе. Я до сих пор помню голос ее песен, как будто он звучит внутри меня.
Когда я первый раз попросила ее научить меня играть на гуслях, мне было лет семь, она отказалась, сказала, что это не легко и если она возьмется, то я уже не смогу отказаться или бросить это занятие. Я как сейчас помню ее слова:
– «Чтоб научиться музыке по-настоящему, надо заниматься по нескольку часов в день». А мне так хотелось быть похожей на нее, что я не видела трудностей. Она отговаривала меня, как могла. Но когда увидела мою решимость согласилась при условии, что я не брошу обучение.
Но проучившись буквально несколько дней я уже передумала. Учиться музыке оказалась поистине тяжело. Надо было часами сидеть и заучивать ноты, которые мама пером выписывала на листах пергамента. Мне очень быстро надоело. Но мама не дала мне бросить обучение и отступить. Хоть я и умоляла ее, говорила, что передумала и не хочу учиться. Все мои подружки гуляли, собирали ягоды и цветы, ходили купаться на речку, плели венки, а мне, по своей же глупости приходилось учить ненавистные ноты.
Мама была справедлива и строга: "Я тебя не заставляла." Говорила она. "Я даже тебя отговаривала, но раз уж ты взялась, доделай до конца".
Ох уж это «взялась». Думала я.
– «Мама, мне же было всего семь лет. Я хочу на речку, с девочками».
– «Вот разучим еще два листа нот, которые я написала, тогда и пойдешь»
Но эти два листа заканчивались, когда уже стемнело и все дети уже ложились спать в свои теплые постели. Так и прошло мое детство. У меня особо не было подруг, потому что просто не было времени гулять. До обеда я училась читать и писать, а с обеда до вечера мама учила меня играть на гуслях. Так, не заметно для себя, я и научилась.
Сейчас вспоминая об этих детских трудностях, мои губы, тронула легкая улыбка.
«Ах, мама, если бы только ты была сейчас рядом. Мне без тебя так одиноко.»
– «Княжна, вот же он!!!» Вырывая мое сознание из воспоминаний, сказала Мария, сжав крепче мою руку: «Хвала Господу, мы успели.»
В наши края редко захаживали странствующие торговцы и радость Марии можно было понять, только меня смущала мысль, зачем торговец отправился к святилищу, в место, где нет людей? Где некому продавать? Торговец ведь для того и торгует, чтоб заработать денег. Странно, подумала я, но все же попыталась отбросить тревожное предчувствие.
Мария была явно счастлива, попросила показать товары, ее голос звучал мягче, чем обычно, она явно с ним заигрывала. Торговец улыбнулся и развернул свою «котомку». Показав оставшиеся у него заколки и браслеты. Он протянул руку, показывая свои товары.
Шрамы!!!
Пока Мария улыбалась и заигрывала с ним я начала внимательно рассматривать лицо торговца. «Нет, этого не может быть. Наверное, это мое воображение.» Подумала я. Лицо, загоревшее и обветренное, плечи слишком широкие, они больше похожи на плечи солдата или воина, но ни как ни на торговца. Он был высоким, мужественные черты лица словно высечены из камня, на руках шрамы. Он явно не обрадовался, когда Мария его позвала. Мой внутренний голос закричал: