Елена Федорчук – Мелочи жизни (страница 2)
Из лифта вышла уставшая, но красивая женщина в синем защитном комбинезоне. Увидев детей, она, сжимая сумку в руках, побежала к семье. Стоило маме показаться на горизонте, малыш скривил губу и заплакал горючими слезами, а девочка была первая, кто бросился ей на шею. Муж не мог сдержать улыбки и обнял жену вторым.
– Артист! Маму увидел сразу в драму кидается, – прыснул глава семьи и вручая супруге малыша, взял у неё сумку. Михаил умилился такой картине. Теперь, казалось, что он существует вне времени. Ощущение, что жизнь забыла его и отправилась дальше, сопровождая путь других, а его оставила здесь со старенькой Матильдой.
– Посмотри, милый! Как в родном две тысячи двадцать четвертом, когда еще были аэропорты, – прохрипела старушка, целуя своего дедушку в нос. Они взялись механическими руками и отправились к выходу. Михаил услышал, что объявили его рейс и поспешил на скоростной электропоезд.
«Вишня»
Самое время начать всё сначала.
Миша проснулся от криков петухов.
Часы отсчитывали драгоценные минуты. Но Михаил был жив и уже благодарен этому. Тилли лениво сопела в ногах.
Бабушка суетилась на кухне: высыпала муку на стол, катала тесто для вареников с вишней.
Миша тянет руку, чтобы отщипнуть кусочек, но бабушка быстро хлопает его по руке, шутливо называет лентяем, и отправляет лезть на дерево. Раньше Миша мог быстро подняться по веткам, сегодня уже было не обойтись без стремянки. Правда, уже давно придумали хозяйственные «фруктовые пылесосы», которые тут же очищали ягоды. Но пользоваться штучками прогресса не хотелось. Возникло желание вернуться в детство. Как – то маленький Мишка залез на дерево, а бабушка, увидев его наверху, подняла такой крик, что мальчик быстро оказался на земле. Пришлось успокаивать её словами, что он умеет лазать по деревьям! И достаточно искусно! За что ему прилетел легкий подзатыльник.
Миша попытался взобраться на дерево, но тут же как-то быстро сполз по стволу. Соседи по огороду как-то странно на него посмотрели. Не каждый день увидишь тридцатилетнего парня, который пытается взобраться на дерево. Мигунов робко нагнул ветку и сорвал ягоду:
– Медленно! – ворчит бабуля и идет в огород. Тилли бегает вокруг дерева и вынюхивает новые следы. Старая, но мудрая чихуахуа. Браслет молчит.
Миша кладет ягоду в рот и вспоминает почему вишню не любит. Кислая. Как в детстве.
Ведро наполняется. Такое тихое место. Здесь пели птицы, слышно было стрекотание кузнечиков. После полностью застроенного города, небольшая деревушка казалась райским местом.
Миша кидает последнюю ягоду. Прилечь бы, но нет! Вишню нужно чистить.
Булавкой. Бабуля бросается ему помогать: она выковыривает косточки резко и быстро. У Бабушки уже давно механическое сердце и сосуды. При помощи пульта бабушка меняет цвет жидкости в механической ноге, но она «держится молодцом». Миша кивает, слушая Бабушкины истории о том, как соседская собака принесла щенков, как приезжали внуки к соседям и пахли химикатами, как робот – пастух иногда выбивается из строя.
– Бери, Миша!
Она протянула ему подсушенные грецкие орехи.
Миша хрустит угощением. Говорят, грецкие орехи укрепляют мозг.
– Глаза у тебя грустные, – заметила бабушка, – Не случилось чего?
– Нет, что ты.
И потом добавил:
– Наоборот я очень счастлив.
Кипит кастрюлька на газовой конфорке. Бабушка противник электричества и прогресса. Здесь всё по-прежнему. В углу сооружен маленький музей: машина «Зингера» 1939 года стоит на старой лавочке. Еще предки Михаила бросили её в колодец, пряча от фашистов в Великую Отечественную войну. Мир до сих пор помнит подвиги наших героев.
К вечеру начинают петь сверчки и мерцают светлячки. На столе дымятся вареники, бабушка кладет ложку густой сметаны в пиалу. И так вкусно! Так по-домашнему.
– Я раньше не понимал, как это восхитительно, – посмотрел на бабушку внук, – И как ценно время, проведенное с тобой.
Бабуля подергала Мишку за щеку. На браслете в беззвучном режиме высветился «+1 день».
«Родник»
Михаил проснулся.
Живой.
Облегченно выдохнув, поднялся. Первые лучи рассвета коснулись края кровати и темный силуэт мужчины отразился на бортике. Бабушка, на удивление, еще спала. Миша быстро надел кроссовки и отправился к ручью. Дверь распахнулась. Как-то не ценил он время, проведенное в детстве здесь – в деревне. Словно жил не свою жизнь.
Теперь ручей, который в детстве казался огромным и быстрым, оказался родником. Михаил умылся холодной водой и взял хрустальную воду в руки, сделал несколько глотков.
– Я буду с тобой дружить, чтобы ни случилось!
Воспоминания окутали его. Маленький Мишка пожал руку своему брату:
– Я тоже! Даю слово!
Михаил тяжело вздохнул давно он ничего не слышал о нём.
Бабуля загрузила его всякими вкусностями и поцеловав в обе щеки, похлопала его по плечам.
– Когда вернешься?
– Я съезжу к Виталику и вернусь сразу, как поговорю с ним.
Бабушка удивилась и понимающе кивнула.
– Хороший шаг, странно, что ты решил.
Михаил улыбнулся и снова посмотрел на старые тикающие часы.
– Рад, что ты меня поддерживаешь, ну пока.
Он поцеловал её в щеку и отправился на поезд. С новыми скоростными поездами – «Искра», можно было добраться до родного города за десять минут. Всё здесь изменилось, по городу стали летать машины, появилось много новых высоток. Михаил посмотрел через стекло и погладил старую Матильду. Собачка лежала на пузе в специальном рюкзачке, лениво свесив язык.
«LADA будущего!»
Этот плакат он делал для своего родного города. Михаил гордо улыбнулся. Наконец, по памяти и не опираясь на навигатор, он нашел свой старый двор. Здесь ничего не менялось. Площадка была уже совсем старой, а качели по-прежнему скрипели и были популярным местом среди маленьких детей. Толпа мальчишек при виде взрослого рослого дяди с гавкучей собакой за пазухой, разошлись и освободили их. Михаил осторожно сел на когда – то любимый аттракцион и оттолкнулся ногами от земли, включилась мелодия у встроенного голосового помощника качелей.
Михаил тяжело вздохнул.
Иначе тогда он просто не сможет попрощаться с ним. Отправляясь к дому, он заметил, как кто -то незнакомый вышел из подъезда и попросил придержать дверь.
Михаил тяжелым шагом поднялся по лестнице, начиная сильно переживать и беспокоиться.
– Ох, это нелегко, – сказал он себе и часы резко начали отматывать время.
Матильда высунула голову из переноски. Набравшись смелости, Михаил позвонил в дверь. Послышались шаги и первое, что Михаил услышал – это детский лепет, звук игровой машинки и громкая мелодия заставки «SmesharikiEXESHOW2000». Дверь открыл Виталик. Он был всё такой же прежний: мешки под глазами, борода, небольшой животик. Заметив брата, он какое -то время молчал, но своего удивления скрыть не смог:
– Михаил? – наконец выдал он, но тут же его взгляд потускнел, – Что ты хотел?
– Я хотел поговорить. Рад тебя видеть.
Брат последнее предложение проигнорировал.
– Ты уверен, что я окажу тебе радушный приём? – выгнул бровь брат и уже начал закрывать дверь, но Михаил быстро подставил ногу.
– Прошу. Я…
Мигунов быстро собрался с мыслями.
– Я умираю.
«Детские фотографии»
Стоя около стены с фотографиями, Михаил тяжелым взглядом вспоминал каждый день рождения, юбилей и другие семейные праздники. Напряжение звенело в воздухе, а его племянники даже не вышли к нему. А когда – то он кружил их вокруг себя…