Елена Федина – Бета Малого Льва (страница 65)
Конс засмеялся.
— По-моему, все самое секретное ты про меня уже знаешь.
— Спрашивай, — улыбнулась Флоренсия.
— У тебя есть дети?
— Нет.
— А братья-сестры?
— Есть сестра. И племянница.
— У тебя есть мужчина?
— Знаешь что…
— Отвечайте, доктор.
— Хорошо. У меня нет мужчины. На данный момент.
— Почему?
— Мы же договорились, что блиц — это без всяких нудных «почему».
— Извини, забыл.
— Продолжайте, пациент.
— Какое твое любимое блюдо?
— Салат из помидоров с тертым сыром.
— А напиток?
— Кофе.
— Эта гадость?
— Конс, пристрастия не обсуждаются.
— Да-да, разумеется. Твоя любимая передача?
— «Ночные сюрпризы».
— Сколько комнат в твоем доме?
— Кажется, пятнадцать. И четыре кладовки.
— Твоя любимая планета?
— Земля, конечно. На Венере тоже неплохо.
— А любимая звезда?
— Самая красивая — Антарес. В окно мне все лето светит Арктур. А название самое красивое — Фомальгаут. Правда, переводится как «рот рыбы». Ничего красивого. Забавно, правда?
— Кто это? — вдруг спросил Конс.
— Ты о чем? — не поняла она.
— Кто-то прилетел и идет к дому.
— Ну и слух у вас, пациент.
— Доктор, когда у меня будет зрение?
— Завтра.
— Неужели? Мне кажется, я такой радости не переживу.
— Знаешь, по-моему, я тоже.
— Да я и разбил-то всего две вазы и один абажур.
Флоренсия наконец услышала шаги по саду и звонок в дверь. На пороге возник Ричард. Она знала, что случилось, поэтому просто обняла его и поцеловала в небритую щеку.
— Фло, мне нужна твоя помощь, — сказал он, осторожно отстраняя ее от себя.
— Конечно, — сказала она, — все, что хочешь.
— Мне нужно свидетельство, что я абсолютно здоров.
— Что?
— Как бык.
Они так и стояли на пороге. Вид у Ричарда был изможденный, черный свитер болтался на его плечах, как на вешалке.
— Ты же понимаешь, что ни одна комиссия меня в космос не выпустит, — усмехнулся он, — вопрос об экспедиции уже решен. Полчаса назад.
— Ричард, милый, куда тебе лететь? Ты даже на небо посмотреть не можешь! Какая экспедиция?!
— Это уже мои проблемы.
— Ты понимаешь, о чем ты меня просишь? — отчаянно спросила Флоренсия, зная, что ни в чем ему отказать не сможет.
— Мне надо спасать сына, — устало, без выражения сказал Ричард, потому что говорил это, наверно, раз пятьсот за последние три дня, — Фло, я могу угнать звездолет. Но одному мне будет гораздо сложнее.
— Посмотри на себя, — проговорила она с жалостью.
— Ты что, меня таким не видела? — усмехнулся Ричард.
— В том-то и дело, что видела, — вздохнула она.
Они помолчали.
— Прилетай завтра с утра, — наконец сказала она, — надо полностью инсценировать медосмотр, подогнать все данные, сам понимаешь, это не шутки…
— Спасибо, — коротко сказал он и отступил назад, на крыльцо.
— Ты что, даже не зайдешь? — спросила она удивленно.
— Я устал от разговоров, — ответил он, — пока пробивал эту экспедицию, чуть не остался без ног, без языка и без чувства юмора. Извини.
— Я провожу тебя.
Они прошли, сбивая вечернюю росу, по темной садовой дорожке к стоянке. Ричард слегка хромал.
— Что у тебя с ногой? — спросила она чисто профессионально.
— Завтра увидишь, — ответил он.
— Подвернул?
— Сцепился с тигром.
— Вот видишь, — они остановились возле модуля, — а говоришь, растерял чувство юмора.