Елена Есенина – Тайны Чудова монастыря (страница 10)

На всю округу залихватски громко. Идя по улице сегодня, по торговой, Василий дом добротный видит новый, А во дворе он видит ямщика, А рядом с ним красавца-скакуна. Лоснилась шкура, выглядела гладко. «Да, знатная у ямщика лошадка», — Подумал тут же знающий Василий: Он разбирался в лошадиной силе. У этой ноги мощные, а грива Расчёсана и выглядит красиво, Бока округлые и шея мускулиста, А значит, бегает лошадка быстро. Таких сюда привозят из Литвы И продают за русские рубли. Своих не дал Бог вырастить ретивых, Василий у крестьян видал лошадок хилых. Рублей за тридцать куплен этот конь, Дуговой сбруей[23] и супонью[24] оснащён. Лохань коня овсом была полна. Мужик стоял в кафтане изо льна И гладил нежно по щекам конягу, В его работе верную трудягу. «Кормить коня придётся помогать, С ближайших деревень оброк собрать, — Подумал озабоченный Василий, — Иначе сам крестьянин не осилит». И сам ямщик был крупная детина: В плечах его три четверти аршина[25]. Спиной стоял и даже не заметил, Что воеводы глаз его приметил. Василий знал: извозчики шустры, Не зря им платят за год из казны Рублей по двадцать или двадцать пять И на судьбу не нужно им пенять. Для ямщиков работали харчевни. Их посещали люди из деревни, И жители ходили городские, — Покушать вкусно на Руси любили. Там подавалась жареная рыба, Щи продавали без и с мясом либо, А также каши, пироги, медовый сбитень, Который был в харчевнях самобытен. Квас, чай с баранками там тоже подавали, А за алтын[26] попьёшь его с блинами. А уж какие были там кундюбки![27] Язык проглотишь после их покупки! Под белым соусом и с белыми грибами В печи томились долго они в таре. Где находился Готский двор за торгом, Стояла пивоварня, и с восторгом Оттуда шёл народ, смеясь и напевая, Веселия и отдыха ещё себе желая. Немецкие купцы любили выпить пиво, От Готского двора ходить им близко было. После бесед за кружечкой в подвале Частенько драки следом возникали, А пьяных дворники[28] насильно разнимали. Да на ночлег скорей определяли. Они на улицах смотрели за порядком И были не из робкого десятка. Захаживал народ и в кабаки, Но торговать спиртным там не могли. Запреты Годунова соблюдались, И со спиртным пирушки прекращались.