Елена Ершова – Медвежье молоко (страница 15)
Луна – тёмно-оранжевая, почти красная – едва не касалась крыши. Герман запрокинул лицо и вдохнул осеннюю прохладу. В этот недолгий миг он ощутил вдруг долгожданное умиротворение и подумал, что напрасно столько времени держал шторы закрытыми.
Короткий миг принятия и покоя перед тем, как
Оно показалось сначала чудовищно болезненным. Ломались и гнулись кости, переплавляясь во что-то совершенно иное, отличное от человека. Суставы крошились. Клыки в кровь рвали губы и резали язык. И человеческим глазом Герман видел город, а волчьим – Лес. Реальный мир вывернулся наизнанку, рождая понимание, что всё, чем Герман раньше жил, во что верил, о чём печалился – всё это оказалось фальшивым и ненужным, осыпалось с него шелухой, лоскутками тонкой человечьей кожи, осколками традиций и правил. Что значили они по сравнению с пробудившимися звериными инстинктами и голодом? Сравнится ли удовольствие от чтения любимой книги, дружеского общения, первого поцелуя с преследованием обезумевшей от страха добычи? Воспоминания о далёких временах, когда двуногие дрожали в плохо освещённых сырых пещерах, пока снаружи бродили жаждущие крови жёлтоглазые твари, всплывали со дна генетической памяти неотвратимо и явственно, будто и не было миллионов лет эволюции, будто стёрлись временные границы. Пусть вместо пещер теперь – дома из кирпича и бетона, пусть вместо жалкого костерка – электричество, пусть Лес обернулся в бегство под натиском городов, жизнь осталась такой же – в ней были добыча и хищники. В этом, понял Герман, и заключалась истинная суть бытия.
Он проснулся, как просыпаются с похмелья. Под боком вибрировал телефон, и Белому пришлось долго ловить его непослушными пальцами – мышцы одеревенели, от каждого движения рёбра пронизывала боль.
– Слушаю… – он наконец ответил на вызов, едва узнав в хрипе собственный голос.
– У меня планшет спятил! Фиксирует мощный магический всплеск! Что у вас происходит?
– Всё… в порядке.
Белый сфокусировал взгляд, выхватывая из темноты стены с облупившейся под потолком краской, приоткрытую дверь, в которую сочился коридорный свет. В оконные рамы скреблись ветки клёна. Луны не видно – уже хорошо.
– Хотелось бы надеяться! Друг мой, не заставляй меня разочаровываться снова! – голос Сергея Леонидовича казался усталым. – Почему я получаю совершенно дикие отчёты? Ты где вообще?
Храп соседа.
Запах медикаментов.
Шаги дежурной медсестры.
– В больнице, – ответил Белый и потрогал бок. Проникающее ранение поддиафрагмального пространства, кровотечение в плевральной полости и трещина в ребре. Хирургическое вмешательство было своевременным, хотя Белый сомневался, что необходимым. – Спонтанное пробуждение нежити, но смогли отбиться. Не хотел вас расстраивать, Сергей Леонидович.
– Не хотел, а расстроил. Ты обратился?
– Да, но приступ быстро купировали.
В трубке помолчали. Белый тоже молчал, ощупывал рану – повязку прихватила кровавая корка, хотя боль значительно притупилась. Скоро заживёт, на Белом всё заживало быстро.
– Ника не пострадала?
Это он об Астаховой, понял Белый, и ответил:
– Нет. Надеюсь, нет.
– Как она тебе?
– Стервозная баба. Я ей поперёк горла, не любят легавые перевертней.
И сам же подумал: а кто их любит?
– Терпи, – тон Сергея Леонидовича из расстроенного быстро становился деловитым. – Как продвигается дело?
– Медленнее, чем хотелось бы. У нас ещё один пострадавший. Пока живой, но в реанимации. Я тоже пробуду здесь… не знаю, как долго. Вытащите?
– Дурить не будешь? Скоро полнолуние.
Белый скрипнул зубами.
Охотничья луна. Он готов был поклясться, что услышал именно это тогда, в Оксаниной квартире. Любое полнолуние выбивало из привычной колеи, но октябрьское было особенно паршивым.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.