Елена Дженкинз – Полюбить Ареса (страница 28)
Саня злилась
Саня набрала полные легкие воздуха, чтобы послать Ареса куда подальше, но он вдруг грубо, со странном злобой накрыл ее рот своим, сминая губы, раздвигая их языком. У Сани от неожиданности в глазах потемнело, ноги подкосились. Дышать было совершенно невозможно, а кожу «расплавило» от прилива гормонов. Саню будто парализовало, и она не могла ни оттолкнуть, ни ударить, позволяя Аресу целовать себя. Жар тягучим потоком впустился от горла вниз, и Саня застонала бы, если бы в легких было хоть немного кислорода.
Стас просунул ладонь ей под майку, провел пальцами вдоль позвоночника, а потом, так же неожиданно, как и начал, прервал поцелуй и хрипло произнес:
— В последнее время ты слишком привыкла грубить мне, тебе не кажется? Не доводи меня, Саша, я ведь и разозлиться могу.
Она была в таком смятении, что уже не помнила, с чего начался спор.
— Я как раз собиралась и…извиниться, — выдохнула она, приходя в себя.
— Извинения приняты, — сжалился Стас. Он показал ей жвачку, зажатую между зубов, и подмигнул: — Спасибо.
Саня ахнула, поняв, что Стас поцеловал ее ради жвачки, исполнив ее идиотское предложение, и спрятала горящее лицо в ладонях. Вот что бывает, когда запутываешь простые вещи и теряешь суть отношений: телохранитель — охраняемый объект. Зря зашла к Аресу в спальню… Глупо получилось. Как школьница, честное слово, которая решила пощекотать нервы. Как будто жизнь по голове мало била за такие вот решения.
— П-пожалуйста, — только и нашлось, что ответить в итоге.
Они молча доехали до дома Цербера и выполнили просьбу Насти, уведя у того из-под носа ухоженную девушку-вамп. И Саня видела, что уболтать незнакомку получилось только благодаря Стасу. Он буквально снес девушку своей харизмой, и спутница Цербера, растерянная, вообще не сообразила, что произошло. Она сдалась и даже позволила проверить ее телефон, а потом Стас вызвал ей такси, когда она пожелала уехать домой, подальше от балагана.
…И все бы хорошо, но после этой ночи Сане стало невыносимо находиться рядом со Стасом. До дикой головной боли. Как будто их совместное проживание превратилось в один беспрерывный стресс.
Она считала дни до конца лета, напоминая себе, что скоро «сезон штормовых дождей» закончится и начнется затишье под названием «Володя»… Он давно купил кольцо — ужасное, если честно, с ромбовидным бриллиантом в жуткой оправе. Но это ведь мелочи, главное, что будущий жених старался. Да и на что жаловаться-то? Что бриллианты не той формы?! Пф-ф! Совсем обнаглела.
«Все хорошо, я все делаю правильно», — убеждала себя Саня.
Они будут жить с Володей в Москве. Он получит наследство, займется бизнесом, оставив дипломатическую карьеру. Она доучится и будет работать в Аппарате Уполномоченного по правам человека. Их ждут путешествия во время отпуска, веселый смех детей лет через пять… Это идеальный план, и ничто больше не мешало ему осуществиться. Это все, чего Саня ждала от жизни, все, ради чего трудилась со школьных лет. Идеальная картинка, которой у них с мамой не было. Когда-то у них не хватало денег на зимние сапоги, а сейчас Саню принимали за свою в среде «золотой молодежи».
Так почему?!?! Ну почему эта чертова идеальная картинка будущего продолжала рассыпаться?! И приходилось все больше и больше усилий прилагать, чтобы она и вовсе не осталась прахом на ладонях.
…Сане казалось, что и она сама начинает рассыпаться.
Во вторую субботу июля Стас сопровождал Сашу на музыкальный фестиваль Park Live, который собрал до хрена тысяч зрителей. Вечерняя Москва была живее всех живых, кипела и выкипала, привычно ослепляя огнями и шумом центральных улиц.
Пускать Сашу в толпу не хотелось, но повода не пойти не было, так что Стас надел джинсы и футболку с Пеннивайзом, набросил ветровку, потому что было лень сегодня прятать шрам на руке под эластичной повязкой, и молча повез госпожу на концерт американской певицы. Настя Терехова собиралась исполнить воздушный танец во время одного из номеров.
Саша так переживала за подругу, что к началу выступления еле на ногах держалась. Они стояли в вип-зоне у сцены, но и там народу было немало. Стас то и дело загораживал Сашу от напирающих тусовщиков.
— Девушка, вы такая красивая, давайте потанцуем, — подкатил к Саше парень лет двенадцати… ну ладно, может, двадцати.
— Я не танцую! — гаркнул Стас, и тот отскочил от неожиданности, уронив бутылку пива.
— Арес, не буянь, — привычно попросила светлая, одергивая короткую майку над голым животом, а он пожал плечами, мол, не понимаю, о чем ты, вообще.
А еще не понимаю, зачем в общественное место надевать майку, которая на бюстгальтер больше похожа.
Как же дороги и эти Тереховы, и эти концерты!
Музыка мощными битами разрывала клетки мозга, пьяная молодежь свистела и орала. Светлая явно плохо себя чувствовала в толпе, погруженная в спертый летний воздух закопченного города. Получать удовольствие от концерта, когда Саша откровенно страдала, было невозможно. Солнце уже село, и быстро стемнело, но менее душно от этого не стало.
Стас бесился просто так, потому что хотелось, и не знал, куда деть руки. Он снял куртку и обвязал ее вокруг бедер. В темноте никому нет дела до его шрамов, телесных и душевных.
Саша то и дело поправляла высокий хвост и кричала что-нибудь, вроде:
— Я так нервничаю! Быстрее бы!
В итоге, когда на сцене показалась Терехова, то светлая вцепилась Стасу в запястье, пытаясь то ли сломать, то ли нежно вывихнуть.
Настя на сцене извивалась в воздухе на полотнах под популярную романтичную песню, а Стас решал непосильную задачу: обнять Сашу, чтобы успокоилась, или просто-напросто унести отсюда?
Но после того, как поцеловал ее ночью недавно, боялся трогать. В последнее время часто накатывала злость, так что он даже заговорить с Сашей не мог.
В итоге Стас простоял весь номер тенью за ее спиной, не прикасаясь, молча ограждая от напора зрителей, когда те слэмились, и проклиная гребаную жизнь.
После номера Тереховой наконец можно было уехать, и он повез Сашу в Барвиху. Большой Босс устраивал для дочки небольшую вечеринку.
Настроение в край испортилось, и Стас решил дождаться госпожу в машине, чтобы хоть на пару часов забыть о ней и обдумать собственное будущее.
Давно перевалило за полночь, погода была тихая, пели цикады. Стас опустил стекла и сидел, сложив руки на груди, закрыв глаза темными очками, чтобы не отвлекаться на окружающую среду, когда из-за ворот особняка показалась Настя. Девчонка вышла в коротком шелковом халате, и Стас оценил стройные босые ноги. Раньше он на Терехову обязательно запал бы: всегда любил строптивых, особенно когда они становятся податливыми. Но вкусы давно изменились. В личной моде Стаса отныне и навсегда были вишнево-карамельные оттенки.
Оказалось, Настя пришла обсудить судьбу Саши. Предложила объединиться в коалицию и отбить у Володи невесту.
— Ты ведь влюблен в Саньку? — констатировала Терехова.
Если бы не многолетняя практика в искусстве пофигизма, то Стас сдал бы себя с потрохами, но он умудрился не дрогнуть и даже усмехнулся про себя: слово-то какое — влюблен. Нет, он был не влюблен. Он был помешан, это немного другое.
Терехова по-своему расценила его молчание и поменяла тактику, мол, раз он не любит, то нужно подложить Сашу под других мужчин, чтобы она нашла нормального, вместо Володи.
И понимал же, что нахалка его провоцирует, но будто мозг переклинило.
— Совсем страх потеряла? А-ну марш отсюда!
Но выбраться из салона Настя не успела: их ослепили фары подъехавшего джипа. Цербер прибыл.
Отлично, сейчас и этот нудеть начнет…
Не начал.
Надо сказать, парень до того растерялся, увидев полуголую Терехову рядом со Стасом, что не смог связно выразить мысли. Он открыл для Насти дверь с таким ошалевшим видом, будто открыл двери в ад.
— Привет… Стас, кажется. Как жизнь?
— Не балует.
— Хм… Поздравляю. Я провожу Настю в дом, если не возражаешь.
Терехова была откровенно напугана, что ее застукали в такой неоднозначной ситуации, а Цербер и вовсе пребывал в шоке. Красота. Шокированных бить легко. Стасу захотелось вернуть Насте бумеранг — чтобы не лезла не в свое дело. Нашлась спасительница обездоленных. Саша имела право сделать выбор в жизни и без чужих советов.
— Горячая девчонка, правда? — ехидно бросил Стас, и Летов вспылил. Рванулся, пытаясь достать соперника через открытое окно со стороны водителя, а толку-то? Архипов выпрыгнул из салона следом за визжащей Настей, которая пыталась утихомирить буйнопомешанных. В том, что Цербер помешан на Насте, Стас даже не сомневался. Он научился представителей своего «подвида» определять с одного взгляда.
Он легко вскочил на капот и сразу на крышу, уходя от злого Цербера, и тут же спрыгнул, нырнул в окно и выбрался наружу с противоположной стороны. Так бы они бегали полночи: Стас был неутомимым солдатом, в нем бурлило столько энергии, что он бы мог электростанцию обеспечить годовым запасом, — но Терехова начала истерить и пригрозила раздеться. Цербер притормозил и забрал девчонку во двор, пока и правда не устроила стриптиз.