Елена Дымченко – Ведьмин пес (страница 25)

– А вот и Игорек, – кивнул Егорша на собаку.

Пес обернулся на его голос и тихо, утробно зарычал. Шерсть на загривке встала дыбом, тело напряглось, он явно был не расположен к фамильярности.

– Ну, извини, – решил не усугублять ситуацию Егорша, – Игорь… как там тебя по батюшке?

Шерсть на загривке у пса опустилась, но угроза из глаз не ушла.

– Так, ладно, мальчики, хватит. – Энджи решила пресечь ненужные разборки. – Игорь, мне нужна твоя помощь.

Пес перевел на нее взгляд, в котором не было угрозы, впрочем, как и особого желания помочь.

«Наверное, с ним надо пожестче, – подумала девушка, вспомнив его страх и покорность при первой их встрече после смерти Прасковьи, – а то он, похоже, слишком много о себе вообразил».

Решив быть строгой и непреклонной, Энджи сдвинула брови и, добавив металл в голос, сказала:

– Игорь, покажи мне, где Прасковья спрятала книгу заклинаний.

Пес вздрогнул, в его взгляде промелькнула растерянность, хвост непроизвольно опустился и прижался к животу. Он явно был не готов к такому неудобному вопросу.

«Он знает», – догадалась она.

Судя по выражению лица Егорши, застывшего с полуощипанной курицей в руке, он придерживался такого же мнения.

– Итак, где книга? – решила не отступать молодая ведьма.

Глава 26

Глаза пса забегали. Энджи с удивлением наблюдала за этим феноменом, присущим, как она раньше думала, только человеку. Пес мелко дрожал, уши прижались к голове, а из горла доносилось тихое, несмелое повизгивание. Судя по всему, чтобы избежать допроса, ему хотелось броситься наутек, но он не смел или не мог ослушаться ведьму.

Федор, услышавший «беседу» с собакой, вышел на крыльцо и тоже, как и Егорша, с изумлением наблюдал за происходящим. Энджи решила, что будет нелишним еще немного надавить на пса, чтобы избавить того от последних сомнений:

– Игорь, отвечай немедленно – где книга? – повысила она голос.

«Небольшой ураганчик сейчас бы не помешал», – промелькнуло в голове у новоиспеченной ведьмы.

Пес сдался – на полусогнутых ногах он приблизился к Энджи и обреченно склонил голову. Приложив ладонь, она закрыла глаза и постаралась настроиться на прием информации от собаки, но, как она ни пыталась, навести «резкость» не получалось. Кроме размытой картинки, она так и не смогла ничего увидеть.

– Он сопротивляется, – сказала она Егорше, – я ничего не могу разглядеть.

– Заставь его, пес должен тебе подчиниться.

– Как?

– Ну не знаю, ты же его госпожа, – пожал он плечами.

Энджи снова закрыла глаза и строго сказала:

– Игорь, покажи мне!

Силой мысли она из всех сил пыталась вытянуть из него информацию, и в конце концов ей это удалось. Картинка начала проясняться, вначале на доли секунды, затем на все более продолжительное время. Наконец Энджи отчетливо увидела огромный валун, а под ним, в яме, большую кованую шкатулку, в которой, по всей видимости, хранилась книга.

– Вижу! – обрадовалась она. – Вижу!

– Ура! – не смог сдержать эмоций Егорша.

– Где она? – сбежал с крыльца Федор.

– Отведи меня туда! – приказала Энджи черному псу.

Тот, немного поколебавшись, все же направился в лес, за ним поспешили и остальные. Пес углублялся все дальше, ныряя под опущенные тяжелые ветви и перепрыгивая через повалившиеся, почерневшие деревья. Люди еле поспевали за ним, продираясь сквозь густые заросли и спотыкаясь о торчащие из земли корни.

– Эй, не так быстро! – крикнул вдогонку псу вконец измученный Егорша.

Тот, на миг обернувшись, лишь глухо зарычал, глядя тому в глаза, и продолжил путь.

– Хочешь, переведу, что он тебе сказал? – усмехнулся Федор.

– Я и сам понял, не дурак, – отмахнулся тот.

– Я теперь верю, что в этой собаке душа человека, и, судя по всему, довольно поганая, – проворчал здоровяк, с досадой оглядываясь на лоскуток рубахи, оставленный на корявом сучке, – ну и бурелом.

Энджи, продираясь сквозь кусты, вдруг вспомнила свой сон в ночь смерти Прасковьи. В нем она искала выход из дремучего, непролазного леса, а затем, следуя за старухой, увидела, как тот расступается перед ней, давая дорогу.

«Вот бы этот сон был вещим», – подумала она, в очередной раз выпутывая прядь волос, зацепившуюся за корявую ветку.

Лес становился все гуще, все темнее. Несмотря на то что солнце было в зените, здесь под густым куполом ветвей и листвы, куда не мог пробиться ни один солнечный луч, царили сумрак, сырость и зловещая тишина. Ни одна птица не тревожила слух заливистым пением, ни одно животное не оставило след на промозглой почве, лишь в густых зарослях папоротника шуршали, скользя по палой листве, ядовитые змеи, да где-то вдали ухал перепутавший день с ночью старый филин.

– Судя по всему, мы на верном пути, пес не обманул, – пробормотал себе под нос Федор, – настоящее ведьминское царство.

– Да уж, миленькое местечко, – не мог не согласиться Егорша, с брезгливостью отряхивая руку от какой-то вонючей слизи, в которую вляпался, схватившись за дерево. – Интересно, мы сейчас лешего или кикимору здесь не встретим?

– Я не удивлюсь, – хмыкнул Федор, с тревогой оглядываясь вокруг.

Энджи молчала и, продираясь сквозь заросли, твердила про себя как мантру:

«Хочу в Москву, хочу в ванну с пеной, хочу домой!»

– Эй, а где пес? – услышала она голос Егорши. – Где этот пройдоха?

– Я видел, он нырнул туда, – показал Федор на стоявшие сплошной стеной ели, – значит, и нам туда.

– Но как мы здесь пройдем? – засомневался Егорша. – Тут вообще не пролезть, только топором путь прорубать, как в джунглях.

Сунуться между еловых веток, которые плотно сплелись в сплошной ковер, казалось невозможным.

– Раз Прасковья здесь проходила, значит, и мы пройдем, – сказала Энджи.

Она подошла ближе и, закрыв глаза, представила себе тот отрывок сна, в котором ветви склонялись перед ней, а корни расстилались ниц под ногами. Она не совсем понимала, что нужно говорить, и решила сказать то, что первым пришло в голову:

– Расступись передо мной!

Снова и снова повторяла она эту фразу и представляла, как ели покорно склоняются перед ней.

– Продолжай! – услышала она за спиной приглушенный голос Егорши. – По-моему, работает!

Приоткрыв глаза, Энджи увидела, как старые ели задрожали и одна за другой ветви суровых охранниц вырывались из объятий своих подруг и опускались вниз. Не прошло и нескольких минут, как среди сплошной стены явственно проступила узкая тропа.

Энджи медленно двинулась по ней, продолжая твердить свое заклинание. Егорша и Федор поспешили следом, стараясь держаться к ней как можно ближе, ведь ели, пропустив девушку, вновь смыкались, плотно сплетаясь ветвями. Шаг за шагом они медленно продвигались по тропе и наконец увидели впереди просветление. Еще десяток шагов, и они вышли на некое подобие опушки.

– Уф! – выдохнула Энджи, вытирая со лба выступившую испарину.

– Ты молодец, у тебя получилось! – радовался, как ребенок, Егорша.

– Похоже, мы на месте, и здесь явно что-то спрятано, – оглядывался вокруг Федор, – такая охрана неспроста. Вам ничего это не напоминает? – кивнул он им на поляну.

Свободный от леса небольшой участок назвать поляной можно было с большой натяжкой. Здесь было почти так же сумрачно, как и в лесу, ведь так же, как и там, небо здесь перекрывалось могучими кронами вековых деревьев. Лишенная травы земля казалась голой, ведь на ней не росло ни одной травинки. Лишь тут и там разбросанные каменные валуны. Их хаотичное расположение переставало казаться таковым, стоило лишь приглядеться получше. В центре, ровно посередине поляны, стоял огромный валун, который выделялся среди остальных камней внушительными размерами. Те, что поменьше, скромно расположились вокруг него по периметру. Не нужно было быть математиком, чтобы заметить определенную систему в их расположении относительно друг друга. Стоила ли эта последовательность того, чтобы ломать над нею голову, было непонятно, но то, что это было создано человеческими руками, не вызывало сомнения.

– И что вам это напоминает? – боясь озвучить собственную догадку, спросила Энджи.

– Кладбище, – хором ответили мужчины.

– Ведьминское кладбище, – зловеще уточнил Егорша.

Не спеша он двинулся вдоль по периметру, внимательно разглядывая каждый камень. Судя по их виду, здесь они были уже давно. Некоторые из них глубоко вросли в землю и лежали здесь уже не одну сотню лет.

– Смотрите, на каждом из них что-то высечено. – Присев на корточки, он внимательно разглядывал один из них. – Но это не буквы, а какие-то символы.

– Точно кладбище, – мелко перекрестился Федор, – под каждым камнем лежит ведьма.