Елена Дымченко – Шаман. Старушка и алабай. Часть вторая (страница 6)
– Да просто интересно, что за дела у тебя с Танькиным племяшом, – безостановочно лузгая семечки, ответила та.
– Много будешь знать, скоро состаришься, – парировал старик.
– Ну да, ну да, тайны всё какие-то у вас, – съязвила Стешка.
Взгляд её стал задумчив, видно было, что она лихорадочно пытается сообразить, что же скрывают от неё сосед с Кириллом.
– Ладно, пошли мы, тебя уже хозяйки заждались, – кивнул дед Степан пастуху и пошёл за оставшимися четырьмя козами.
– Чего тут было-то? – попытала счастья Стешка, подойдя к деду Петру.
– Чего было, того уж нет, – сплюнул тот и, достав из-за пояса кнут, отошёл от неё.
– Вот черти! – с досадой сказала та, но, увидев приближающихсяс козами деда Степана и Дружка, быстренько нырнула в свой двор и закрыла калитку на щеколду, будто её тут и не было.
Почти всю ночь она не сомкнула глаз, ворочаясь с боку на бок; разные мысли не давали ей покоя. Чуяло её сердце, что у её соседей Козаковых существует какая-то тайна, о чём-то они сговорились с Танькиным племяшом, а вот о чём – это было ей неизвестно. Для Стешки же осознание того, что от неё утаивают какую-то информацию, хотя бы её и не касающуюся, было невыносимо.
«Что же они там затеяли, что за пакет Кирилл припёр деду Степану и что во дворе у него делал? Какие, вообще, у них могут быть общие дела? А пёс этот страшный, откуда он свалился и что у них делает? – задавала она себе вопросы, но ничего путного в голову не приходило. – И всё тайком, тайком от меня, и дед Пётр туда же. Прямо заговор какой-то, вот уж точно, семейка Старков…»
Отэтой полной неизвестности она не могла найти себе места; и, так и не уснув, встала спозаранку с твёрдым намерением разузнать всю правду, чего бы это ей ни стоило. А если уж Стешка закусила удила, то её и летящий на всех парах поезд не остановит…
Глава 8
Тем временем, дед Степан и баба Света даже не подозревали о том, что над их головами сгущаются тучи, нагоняемые Стешкиной мстительной рукой.
Утром баба Света, перекрестившись, отправила своих коз на выпас. Завязала у Катьки на шее верёвку и попросила Егорыча, который в этот раз был за пастуха, сразу же привязать егозу к какому -нибудь колышку, чтобы та опять чего не отчебучила.
Дед Степан ушёл на луг косить траву, а баба Света возилась в огороде, оставив Дружка сторожить дом. Пёс лежал недалеко от сарая и, положив голову на передние лапы, жмурился на солнце. Он был сыт, и его неудержимо клонило ко сну, но даже в таком полусонном состоянии он бдительно следил за всем, что происходило во дворе, который уже считал зоной своей ответственности.
Услышав какой-то шорох, пёс приоткрыл один глаз и увидел, как под заборомс улицы пролезает серая пушистая кошка. Вид у неё был довольно боевой: жёлтые горящие глаза и драное ухо – память о буйных ночных гулянках.
Дружок, не шевелясь, наблюдал за незнакомкой. Она направилась было к кухне, но, увидев в своём дворе чужую собаку, приостановилась. Зрачки её глаз сузились, и она, выгнув спину дугой, злобно зашипела. Это был явный вызов, перчатка была брошена.
Дружок привстал и сделал шаг навстречу. Он не испытывал особого желания связываться с этой воинственной кошкой, но и молча снести оскорбление тоже не мог. Обычно пары шагов и взгляда исподлобья хватало для того, чтобы потенциальный противник покидал поле боя, спасаясь бегством. Но Муська – а это именно она вернулась к себе домой, – была не из трусливых, да и кто посмел бы на её территории против неё пальчики свои растопыривать? Характером Муська пошла в своего отца, одноглазого Ваську, который когда-то жёстко держал всех окрестных кошек и собак в своей пушистой, но когтистой лапе. Свиреп был этот кот и беспощаден, не шёл ни на какие компромиссы и ни перед кем в реверансах не раскланивался. Без предупреждения и без малейших колебаний наносил один точный и безжалостный удар прямо по носу или по глазампротивника, и тот, завывая от боли, убегал, поджав хвост, потом уже всегда обходя задиру стороной.
Вот и его верная дочь Муська, замерев в ожидании, когда этот пёс подойдёт поближе, собралась уже раз и навсегда, одним метким ударом поставить его на место, чтобы впредь знал, кто тут колоду раздаёт.
Почувствовав агрессивный настрой пушистой бестии, Дружок приостановился. Он не был готов к выяснению отношений, тем более к драке с этой воительницей. Была у него когда-то в детстве встреча с одной чёрной кошкой, после которой он навсегда усвоил, что важен не столько размер, сколько боевой настрой противника. А уж его-то у этого маленького серого хищника, видимо, хватило бы и на десятерых.
Почувствовав его сомнения, Муськаприготовилась к наступлению, но услышала голос бабы Светы:
– Что это вы тут делаете? Познакомились уже? Мусенька, ты где была-то? Пойдём, я тебе молочка налью.
Утратив вдруг всю свою агрессию, та выпрямила спину, нонапоследок, не сводя глаз с Дружка, прошипела ему что-то оскорбительное. Оставив за собой, таким образом, последнее слово, Муська, мигом преобразившись в милую кошечку, подбежала к бабе Свете и начала тереться об её ноги, нежно мурлыча и победоносно поглядывая на собаку.
Дружок с удивлением наблюдал за этой метаморфозой, затем, вздохнув, вернулся к сараю.
Баба Света пошла на кухню и вынесла блюдечко со свежим утренним молоком. Кошка вылакала всё до капли и, потираясь головой о ноги хозяйки, поблагодарила за угощение.
Старушка взяла её на руки и присела на крыльцо.
– Ты, вижу, уже опросталась? И где твои котята? – спросила она мурчащуюгромко, как трактор, Муську. – Опять, поди, в палисаднике гнездо себе устроила? Перетаскает вороньё твоих котят, не раз уж так бывало, давай лучше их в сарай перенесём, Дружок-то и присмотрит за ними, в обиду точно не даст.
Кошка продолжалакак ни в чём не бывало мурлыкать на руках у бабы Светы.
– Какая же ты мать после этого? – со вздохом спросила её хозяйка. – Ехидна ты, а не мать. Опросталась, детей скинула куда-то в кусты, а сама поминай как звали. Пойдём, говорю, котят своих покажешь.
Смахнув кошку с колен, старушка направилась к палисаднику. Приоткрыв калитку, она зашла внутрь и стала искать котят среди кустов смородины. Муська, задрав хвост, следовала за ней по пятам.
Там-то и нашла её неугомонная соседка.
Глава 9
Подёргав калитку и убедившись, что она закрыта и Дружок не выскочит на улицу, Стешкаподошла к бабе Свете, решив для себя, что на этот раз без информации не уйдёт.
– Ой, тётка Света, ты чо там потеряла? – запела она.
Старушка от неожиданности даже подскочила.
– Фу ты, напугала! Нельзя так к людям-то подкрадываться, – схватилась она за сердце.
– Ой, прости, не хотела тебя пугать, шла мимо, смотрю, ты тут рыщешь в кустах, подошла просто поздороваться.
Стешкины глаза бегали по сторонам, она не могла сдержать любопытство и пыталась заглянуть собеседнице за спину, думая, что та от неё что-то прячет.
– Ну, поздоровалась уже, шагай дальше. Кто из нас тут рыщет, ещё большой вопрос, – проворчала баба Света и, повернувшись к нахалке задом, снова углубилась в кусты.
Но уж если Стешкеприспичило что-то узнать, от неё так легко было не отделаться.
– Ты там зарываешь что-то, или откапываешь? – перевесившись через ограду, онапыталась разглядеть, чем там занимается её скрытная соседка.
– Клад ищу, – послышался из кустов голос бабы Светы.
– Что за клад? – тут же заинтересовалась та.
– Да вот, нашла уже.
Баба Света вылезла, наконец, из зарослей смородины и показала трёх крошечных котят.
– Муськанаша родила тут в кустах, вот и клад. Тебе надо? – протянула она соседкеодного котёнка.
– Не-е, у меня этого добра своего хватает. Латка на днях шестью окотилась, не успела их притопить, теперь тоже обогатилась.
– Вот и Муськанаша в кустах детей прячет… Ладно, пошла я, а то у меня там каша сгорит.
Стешка, не желая упускать ускользающий от неё источник информации, решила прибегнуть к старому, как мир, приёму – лести.
– Тётя Света, пёс-то ваш какой замечательный, не видела никогда таких красавцев. Откуда он у вас?
Старушка, приоткрыв было калитку, тут же её захлопнула и повернулась к соседке. Она была рада поговорить о Дружке даже с ней.
– Ой, Стешка, приблудился давеча, шла из сельмага и встретила его на тропинке. Лежит такой несчастный, голодный, жалко мне его стало, вот домой и привела. А Степан-то, Степан – сначала подумал, что он съесть меня хочет, а потом и я… – захихикала баба Света, вспомнив сцену в хлеву.
– А… – хотела что-то вставить Стешка, но рассказчицу было уже не остановить.
– Пёс-то какой замечательный, просто не нарадуемся на него. Вчерась так нам помог, так помог – и Катьку нашу домой вернул, и вора Кирюшку поймал… – тут баба Света осеклась, сообразив, что проговорилась, и замолчала.
– Так это Танькин племяшвас обносил?.. – Стешкины глаза победоносно блеснули. Она была в восторге и еле удержалась, чтобы не закричать: «Бинго!!! Вот оно!».
Стешка торжествовала. Значит, племянничек этой заносчивой Татьяны – вор?! О такой удаче ей даже не мечталось. Давно уж она точила на Таньку зуб, и вот, наконец… Ну, уж теперь-то она свой шанс не упустит, поквитается с этой занудой!
Баба Света не могла не заметить торжествующего блеска в глазах соседки и испуганно засуетилась:
– Стешка, ты это, не говори никому. Степан обещал парнишке-то, вернул тот всё, как есть.