Елена Долгова – Сыны Меркурия (страница 6)

— Поверь, там было мало приятного. Наемничество — тяжелая работа.

— Почему?

— Тебе дают задачу, с которой не справились местные. Выживешь или нет — на это всем плевать. Проиграл — все потери твои. Выиграл — куш заказчику, а тебе только плата.

— А задержать гонорар никто не пробовал? — осторожно поинтересовался андроид.

— Изредка. — Эсперо усмехнулся.

— И как?

— А никак.

— В смысле, так и не заплатили?

— В смысле, не выжили, — Кай еще раз усмехнулся — так, чтобы Руперт как следует это разглядел.

— Я знал одного супервиро, — снова заговорил общительный искин, — этот сеньоро работал на Месси Шеффера, моего прежнего хозяина.

— Знаю, его звали Арман.

— Он тоже из меркурианского братства?

— Сложный вопрос. Мы выросли вместе, вместе тренировались, вместе устроили революцию на Меркурии, освободились, но потом… вышло так, что Арман погиб.

— А как же его воспоминания?

— Я не успел сделать ментальную копию. Да и не факт, что он бы согласился.

— Погодите. А как же телохранитель Шеффера? Разве он не тот же самый Арман?

— Он был клон, — нехотя буркнул Эсперо. — Клон, к тому же небрежно сделанный и без старых воспоминаний.

— Понятно… — Руперт перешел на шепот. — Знаете, босс, мне иногда становится грустно.

Эсперо покачал головой.

— Да ладно. Ты — машина, можешь имитировать эмоции, но и только. Возможно, твой блок анализа решил, что пробуждение супервиро — опасная идея, а все остальное, включая наш разговор — твоя попытка это обосновать.

— Не знаю. Блок анализа сегодня сбоит. Можно, я схожу, погуляю с собакой?

— Твои руки — только голограмма. Ты не можешь держать поводок.

— Дрон будет держать поводок, а я за ним присмотрю.

— Ладно, уходи, мне не нужен трусливый андроид.

Оставшись в одиночестве, Эсперо еще раз внимательно смотрел спящего Дхами — ни уродств, ни дефектов — чистая работа. Воскрешенный выглядел истинным супервиро, в общем-то прежним, но вместе с тем — неуловимо другим.

«Расширенный принцип неопределенности Сергеева-Гейзенберга. Процессы в нервных клетках нельзя измерить и записать без погрешностей. Различия будут, с этим я смирился, но какими они будут, насколько окажутся велики?»

— Система, разбуди.

Сработал введенный в вену катетер, стимулятор медленно уходил в кровь. Дхами задышал чаще, Веки дрогнули, показались темно-коричневые радужки глаз.

— Система, откачать жидкость и открыть капсулу.

Прозрачная жидкость, чуть опалесцируя, уходила в слив. Колпак щелкнул и раскрылся. Дхами мгновенно сел, вырвал изо рта дыхательную трубку и резко швырнул ее в угол. Супервиро казался готовым к атаке, но, сфокусировав взгляд на другом супервиро, чуть расслабился.

— Кто ты? — настороженно спросил меркурианец.

— Кай Эсперо. Капитан «Стрелы», член меркурианского братства.

— Что такое «Стрела»? Я ничего не помню.

«Мой первый промах, — понял раздосадованный Кай, — Воспоминания записали сразу после революции на Меркурии и мой смертельной дуэли с Арманом. Дхами не помнит, как мы захватывали корабль, не помнит наших сражений на фронтире, не помнит, как его мучили и убили те ублюдки. Это даже хорошо, что страдания он не помнит, однако нужно проявлять осторожность. Он должен привыкнуть, действовать следует постепенно.

— Спокойно, брат, спокойно… ты просто очень долго спал. Я — Кай, "дружище Кай", твой меркурианский соратник. Вспомнил?

— А-а-а… — Дхами чуть нахмурился, брови сошлись у переносицы. — Кая помню, но разве ты — это он?

— Присмотрись как следует. — Эсперо фонариком подсветил свое лицо. — Ну, как, есть сходство?

— Вроде бы, Кай, а, может, и нет. Подделать внешность — не проблема, немного хирургии, и будет любая рожа.

— Да ладно тебе, давай, без паранойи. Скоро ты все вспомнишь, убедишься, что я — самый настоящий Кай. Главное, помни, тут безопасно, доктора Раста и его охраны больше нет, и никто нас не продаст как скотину.

— Безопасно? Черта с два! — голос Дхами сорвался на крик. — Я-то все отлично помню — к нам летит «крыша» меркурианского центра! Они поймут, что мы восстали и убили Раста, а дальше орбитальный удар и всем конец!

— Тихо-тихо, не ори ты так, перепугаешь дронов. «Крыша» уже прилетела и мы взяли флагман на абордаж и разнесли флотилию к чертям. Корабль назвали «Стрелой», я стал капитаном а ты — моим лучшим пилотом.

— Сказка. Хотя, красивая, конечно… я бы так и хотел.

— Не сказка, реальность. Ты ничего не помнишь, потому долго спал.

— Не верю, что сон вызывает амнезию. И зачем я спал в этом дерьме?

Дхами чуть успокоился, неловко (для супервиро) выбрался из саркофага и чуть не упал, поскользнувшись мокрыми ногами на полу.

— Вытереться есть чем?

— На, бери полотенце.

— А одежда?

— Шикарного мундира не обещаю, рабочий комбинезон есть.

...Уже одетый Дхами недоверчиво осмотрел подвал.

— Странно. Кладка из природного камня, не бетон. Не помню на Меркурии такого бункера.

— Мы не на Меркурии.

— Значит, нас все же продали?

— Нет. Погоди немного, я все объясню, но прямо сейчас — пошли на открытое пространство.

— Да что я — куполов для колонистов не видел?

— Там не купол, сейчас сам убедишься.

Очутившись на поляне перед зиккуратом, Эсперо полной грудью вдохнул воздух и оглянулся на брата. Дхами, прищурившись рассматривал редколесье, равнину в просветах между деревьями, тусклое, но все же светлое небо Тилии, старый камень пирамиды.

— Да, это не купол на Меркурии, — с коротким смешком и сказал он. — Тут пошикарнее. Если не голограмма, значит, планета класса М. Звезда — красный карлик. Хорошее терраформирование, комфортная температура, сложно свободно дышать.

— В точку. Тилия, система Траппист, бывшая колония Альянса, сейчас брошена. Я прилетел сюда на челноке. А ты… можно сказать, приехал пассажиром. В некотором роде.

— Не помню, голове какая-то муть. Слушай, у тебя немного выпивки найдется? Пара бутылок пива.

— Вода, — отрезал Эсперо. — Ее полно вон в том ручье, можешь черпать.

— Н-да, теперь вижу — ты тот самый Кай. Лицо похоже, когда злишься, и такой же резкий.

— Что-нибудь еще припоминаешь?

— Ну… — Дхами задумался. — Меркурий и купол. Тренировки, учебу. Помню, как ты сбежал в пустыню, тебя поймали и били целые сутки. Через год нас уже готовили к продаже, но Раст к тому времени всех достал и начался бунт. Шок-ошейники сработали, но мы все равно убрали охрану, и добрались до Раста.

— Что с ним сделали?