Елена Долгова – Сыны Меркурия (страница 27)
— Тот, кто его пристрелил, успел обыскать тело и скрылся пред нашим появлением. Возможно, он был один.
— На индикаторе пусто, командир.
— Нет отметок на индикаторе — это самое странное. Убийца мог сбежать только по вниз по склону в долину, в оттуда выхода нет, вокруг отвесные скалы.
— Его могли поднять на борт телепортом.
— В системе сейчас слишком много кораблей, чужаку не спрятаться от сканеров даже под маскировкой. Адмирал не объявлял тревогу, никаким стычек уже десять дней, так что едва ли. Ладно. Пошли, поищем в долине.
Через четверть часа туман почти рассеялся. Ветер с гор рвал влажную пелену в клочья, и промозглая сырость исчезла. Небольшая долина просматривалась теперь насквозь, но оставалась все такой же пустой, словно загадочный убийца провалился сквозь грунт. Травы под ногами становились все выше и гуще, местами они доходили по пояса.
Вскоре Эсми выругался, запнувшись о нечто твердое, спрятанное в траве.
— Вот имя черной дыры!
Он присел на корточки, разглядывая находку — толстый диск с короткой антенной в самом центре.
— Сканер не помогает, командир, — сообщил Эй-Фаво. — Эта штука непроницаема. Прикажете демонтировать ее и забрать на исследование?
— Нет. Запрещаю. Возможно, это мина. Сейчас важнее найти убийцу.
Оба сирмийца отошли в сторону и активировали защитное поле брони. Фар-Галан увеличил мощность бластера, и через миг зеленый луч превратил диск в лужу расплавленного металла.
В тот же миг чуть в стороне раздался слабый хлопок, и серая фигура материализовалась из воздуха. Чужой выстрел задел защитное поле брони, прожег выемку в скалистом грунте. Уходя с линии огня, Эсми откатился в сторону. Высушенная и подожженная выстрелом трава горела, тонкий дым стлался по земле — его запах напоминал о сожженном криттерами доме.
Эй-Фаво вел огонь слева. Прижатый к скалам чужак метался невероятно быстро, его силуэт выглядел смазанным пятном. Мощность защитного поля он тоже увеличил — об этом говорили синеватые сполохи. Невероятно, но враг, подпрыгнув, уцепился за почти гладкий камень и принялся быстро карабкаться по скале.
«Ну, с этим пора кончать», решил Эсми и увеличил мощность бластера по предела. Длинная очередь попала чужаку в спину, сбила защитное поле, прожгла броню и глубоко спалила плоть.
Враг упал. Он лежал в траве неподвижно, без единого звука, не стонал и не пытался отползти в сторону, но против всех правил, оставался в сознании, все еще дышал, а потом, перевернутый пинком на спину, уставился стекленеющими глазами в прозрачное небо Сирмы-Нова.
Оба офицера остановились, разглядывая еще живого имперца.
— Он не умирает, это супервиро, — тихо сказал Эй-Фаво.
Любопытный лейтенант подобрал чужой бластер, подошел вплотную к раненому, осмотрел имперские нашивки.
— Шпион что-то сказал? — поинтересовался он с забавной смесью интереса и отвращения на лице. — Смотрите, командир, он ведь точно шевелит губами?
— Ругается, называет нас предателями.
— Вколоть ему лекарство?
— Не надо, он не умирает. Вколи мальсупрен и замедли регенерацию, иначе этот ублюдок вскочит и наделает нам проблем.
Эй-Фаво выпрямился, вытер руки платком и выбросил его в траву.
— Выродок Консеквенсы называет нас предателями? Может, стоит добить его, капитан?
— Не стоит. Он будет интересен нашей контрразведке. Передай мой приказ на «Фениксо» — пускай всех телепортируют на борт, это проще, чем нести два тела до транспортной точки. С борта — прямо в командный центр.
— Есть!
Эй-Фаво возился с коммуникатором, Фар-Галан снова присел на корточки возле подстреленного.
— Не закрывай глаза, я вижу — ты супервиро. Слышишь? Как тебя зовут?
— Не твое дело. Иди к черту, предатель, — прошептал пленник и открыл прозрачно-светлые, не характерные для сирмийцев глаза, пусть и с вертикальным зрачком.
— Ого, как заговорил. Предатели — те солдаты Консеквенсы, которые сожгли мой дом.
— А как еще поступать с мятежниками?
Раненый замолчал, блокатор регенерации действовал, и пленник теперь едва дышал.
— Мне кажется, вся возня бесполезна. Этот тип ничего не скажет. — Эй-Фаво скроил гримасу, которая обычно означала скепсис.
— Посмотрим. Будущее покажет, — буркнул Фар-Галан, выпрямляясь в полный рост.
Глава 13. Сомнительная миссия
Проведенные в космосе месяцы сказывались — оберкапитан Эсми Фар-Галан почти забыл, что означает ночевать на планете, зато привык к мерному шуму, фильтрованному воздуху и отрегулированному полусумраку кораблей. На планете все выглядело и ощущалось иначе. Неплотно прикрытая створка окна на верхнем этаже командного центра пропускала свежий ветер с каньона, слишком яркое солнце сияло на стекле и металле аскетичного интерьера. Снаружи, с огромной пустоши, доносился лязг металла, и перекличка рабочих.
Мирные звуки напоминали капитану навсегда потерянный дом — фермы, террасы на пологих холмах, бесконечные трубы ирригационных систем. Ничего этого на Сирме-Нова пока не было, но схожей был некая неуловимая суть. Родство между обретенной и уничтоженной планетой одновременно утешало и ранило. Причина слишком сложных эмоций скрывалась где-то глубоко — возможно, в грубо разорванной связи с кланом. «Я не знаю, где моя мать, — думал Фар-Галан, рассматривая дымку над каньоном. — Отец погиб на старой Сирме, корабль брата сбили, сестру сожгли криттеры, и я никого не похоронил...».
Сейчас, спустя месяцы, после десятка кровавых сражений в космосе и на грунте, капитан понемногу успокоился, но в первые недели после утраты приступы ярости, генетическое наследие сирмийцев, почти сводили его с ума. Эсми понимал, что поддавшись безумию, он ничего не исправит, но спасало его не знание, а лишь исключительная плотность графика операций республиканского флота…
«В помощники мне навязали терранина, — размышлял Фар-Галан, продолжая рассматривать панораму космопорта. — Этого Фрэнка Брауна, который к тому же супервиро. Браун не последний, будут и другие наблюдатели. Без терран нам не справиться, признаю, но вдруг их цель — подмять Республику под себя?».
Фар-Галан доел завтрак и уже собирался связался с помощником, когда пришел срочный вызов от полковника Си-Миуры.
Миура во флоте не служил, он занимал непубличную, однако весомую должность шефа контрразведки Сирмийской Республики.
— Капитан Фар-Галан, срочно пройдите в закрытую зону, — голос в микронаушнике на этот раз звучал устало хрипло. — Знаю, допуска у вас нет, но его дадут сразу на входе.
После такого приглашения отказ выглядел не только невозможным, но крайне неприличным. Пришлось застегнуть парадный китель и оставить бластер в сейфе. Перспектива встречи с контрразведчиком вызвала в памяти недавнюю стычку, мертвого техника и ледяные глаза имперского шпиона.
— Вот дерьмо, — выругался Эсми, уже шагая к двери лифта.
Закрытая зона располагалась на самом нижнем подземном ярусе, наиболее защищенном от ударов с орбиты. Бронированные стены здесь выглядели недавно построенными, а установки силового поля — совершенно новыми. Молчаливый солдат, проверив документы Эсперо, уважительно отступил в сторону. Бронированная дверь сдвинулась, открывая узкий коридор с рядами других безликих дверей.
— Пять, — подсказал кто-то номер комнаты по внутренней связи.
Сразу за порогом в лицо Каю ударила поток холодного воздуха. В квадратной камере вовсю работала вентиляция. Единственной мебелью оказалась прочная стальная кушетка. Пристегнутый к ней за за руки и ноги мужчина лежал неподвижно и внимательно разглядывал потолок. Несмотря на холод, он был раздет по пояс, на груби алел грубый, как после ожога шрам.
Рядом с кушеткой стояли Си-Миура, шеф здешней контрразведки и капитан Фар-Галан, причем, состояние Фар-Галана грозило обернуться неудержимым приступом злости.
— Подойдите поближе, капитан Браун, посмотрите на арестованного, — предложил полковник, как только все трое обменялись приветствиями по-сирмийски. — Кто он, с вашей точки зрения?
Эсперо склонился над пленным, повернул его голову к себе, не церемонясь, задрал веко и рассмотрел радужку.
— Судя по зрачку и третьему веку — ваш земляк, — заключил он. — Судя по некоторым другим признакам — возможно, супервиро. Разве такое здесь бывает?
— Вопрос с неоднозначным ответом.
— Как давно его ранили?
— Вчера. И по нашим обычным меркам — ранили смертельно. Сейчас этот человек почти в порядке, а шарм, наверное, сгладится, и парень будет как новенький.
— Его допросили?
— О, да, но без результата. Молчит, травм и ран не боится. Вы сами супервиро, капитан Браун. Подскажите, какие меры стоит применить?
— Физические — не помогут. Могу связаться с Космофлотом Земли, возможно, они пришлют вам псионика.
— Заманчиво, но, пожалуй, не надо. На Сирме не любят телепатов.
— Он хотя бы назвал свое имя?
— Не назвал, но мы взломали репозиторий Империи и поискали это приметное лицо. Итак, арестованного зовут Кассий Тр-Аэн. Прежде оберкапитан имперского Космофлота. Теперешний послужной список невероятно богат — диверсии, саботаж, минирование республиканский объектов в космосе...
— Приятно слышать! — внезапно вмешался Тр-Аэн, повернув голову, нетипичные для сирмийца ледяные глаза сверкнули.
Эсперо эту реплику проигнорировал. Его занимал совсем другой вопрос — способ модификации странного супервиро. «Сирмийцы уже давно не меняют свой геном, а Шеффер мертв. Доктор Раст тоже мертв. Прошло уже сто лет, их работы нигде не всплыли. Однако, Эмиссар сказал правду, сирмийские супервиро существуют. Интересно, знает ли Тр-Аэн про нексус?»