Елена Добрынина – Сказки Королевства (страница 3)

— Наденьте его. Это подтвердит для остальных серьезность наших намерений, — и мужчина откланялся.

Время бежало неумолимо. За следующие два месяца мы еще несколько раз беседовали с Рэном, бессчетное число раз переписывались и даже ездили вместе в его имение выбирать мне свадебный подарок (им оказались два жеребенка корри — лучших, если не во всем Королевстве, то на землях Рэндаллиона точно). От радости я сама скакала рядом с ними словно третья лошадка. Можно твердо сказать, что подарок удался на славу.

В общем, к третьему дню третьего месяца лета я уже не ругала Йени за его бестолковую затею. Временами даже, наоборот, мне казалось, что все к лучшему.

А в день нашей свадьбы было мне откровение. Стоя у алтаря рядом с Рэном, я вдруг поймала себя на мысли, что теперь воспринимаю его совсем иначе. Не долговязым — но высоким и элегантным, не блеклым — но наделенным сдержанной классической привлекательностью. И серые глаза, смотрящие на меня, казались ярче самых сочных драгоценных камней. В общем, я поняла, что попала.

— «Самка гигантского лемура», Ежова, помнишь? Не смей тут растекаться грязной лужей!

После церемонии и всех положенных светских процедур я удалилась в свои новые комнаты в особняке Рэндаллионов и там надралась до белых чертиков предусмотрительно захваченным с собой бренди. Вволю нарыдалась о загубленной жизни своей, о том, что опять втрескалась не в того парня, да еще и замуж за него вышла. Даже «Ой, цветет калина» распевала, сидя на подоконнике, и, кажется, «Черного ворона»… Но последнее не точно.

В себя пришла к следующему вечеру. На столике рядом с кроватью заметила поднос с хрустальным бокалом, наполненным прохладной водой, несколько таблеток и тарелку со свежайшими сэндвичами. Все выпила, съела (и сразу воспрянула духом) и постаралась не думать о том, как вся эта красота попала ко мне в комнату. Жизнь продолжается!

Следующие дни прошли тихо-мирно. Меня никто не трогал (за исключением риана Гилфомиана, но этот зануда и мертвого достанет своими нотациями). Единственное, завтракать и ужинать теперь приходилось в компании своего супруга, но при желании и этого можно было избежать. Вот только желания такого не было. А вот другие, неприличные, так и множились. Бороться с ними было крайне сложно. В конце концов в голову мне пришла вполне неплохая (как мне показалось) идея, и я решила приступить к ее реализации с утра пораньше, не откладывая дело в долгий ящик. Сказано — сделано.

Когда я спустилась к завтраку, муж уже приступил к дегустации блюд. Но при виде меня встал, улыбаясь и помогая супруге расположиться за столом, как и положено благовоспитанному арвэ. Я поковырялась для приличия в своей тарелке, хотя есть и не хотелось совершенно, а затем тихонько начала..

— Рэн, я хотела бы с тобой поговорить.

— Конечно, слушаю тебя внимательно.

Я покосилась на стоящих у стены прислужников, готовых по первому знаку броситься на помощь: что-то подать, убрать или заменить.

— Алина, теперь это твой дом. Здесь ты можешь спокойно здесь обсуждать все, что захочешь — произнес супруг, заметив мою неловкость.

Ну, раз так, то ладно. Ему лучше видно. Я набрала побольше воздуха:

— Ввиду специфики наших отношений, — громко возвестила я, — я хотела попросить у тебя совета по выбору для себя любовника.

Вот так, чего долго ходить вокруг да около..

— Та-а-ак! — мужчина мигом поднялся со своего места и, резко обернувшись к слугам, приказал, — Выйдите!

Ну вот… А я, между прочим, намекала.

— По поводу чего ты хотела посоветоваться? — спросил Рэн, когда мы остались одни в зале. Нехорошо так спросил — ласково, душевно, опершись руками о стол.

— Любовника, — любезно напомнила я. — Видишь ли, для здоровья молодому женскому организму совершенно необходим любовник.

— Неужели? — голос моего собеседника так и сочился медом.

— Да-да, — со знанием дела покивала я и тут же развела руками, — но не могу же я завести не пойми кого, это может повредить твоей репутации. Поэтому мне нужен совет..

— А чем же твой молодой женский организм не устраиваю… — начал было он с напором, практически нависая надо мной аки кобра над тушканчиком, но увидев панику в моих глазах тут же сбавил обороты: замолчал и сделал шаг назад. — Любишь же ты все усложнять, Алина… Ну, хорошо, будь по твоему.

Он вернулся на свое место и как ни в чем не бывало продолжил завтрак.

— Вечером предоставлю тебе список подходящих кандидатов, — наконец произнес он, как-то странно на меня поглядывая. — Все, как тебе нравится.

— О, это было бы чудесно! — аппетит так и не появился, да и настроение отчего-то окончательно испортилось. — Буду с нетерпением ждать.

День тянулся как свежая жевательная резинка, прилипшая к подошве. Чем я только себя не занимала: и гуляла, и даже пробовала самостоятельно позаниматься магией (видел бы Гилфомиан, его бы удар хватил), и навещала малышей корри, и делала очередную попытку забраться в кабинет мужа. Последнее, надо сказать, было абсолютно бесполезным делом. Когда Рэн отсутствовал, он навешивал на кабинет такую защиту, что это надо совсем с головой не дружить, чтобы туда соваться. А отсутствовал он сегодня весь день — сразу же после завтрака отчалил куда-то по делам. Короче говоря, за день я вся извелась и к ужину спускалась с одной мыслью: «Пусть все это уже поскорее кончится, и я смогу уехать к себе, в глубинку, к корри и яблоням, как и планировала».

За ужином Рэн так спокойно и непринужденно вел беседу, с таким аппетитом ел, что мне не один раз хотелось ткнуть его вилкой в руку. Благо сидели мы далеко друг от друга, и предаваться злобным мыслям я могла сколько угодно, не рискуя никого травмировать. Но все мое дурное настроение слетело как плохо закрепленная вуаль, когда муж произнес:

— Алина, пойдем-ка в мой кабинет, нам надо кое-что обсудить.

Когда это я отказывалась побывать в самой загадочной комнате этого дома? Да еще если приглашают. Да я уже одной ногой там!

Не знаю, что я ожидала обнаружить в кабинете, но явно не то, что там было. На маленьких столиках и длинных гладких столешницах горками, кучками и по отдельности лежали мелкие шестеренки, винтики и прочие детальки. Стеллажи из стекла и риона сплошь были уставлены различными механизмами — от причудливых часов до моделей кораблей и странных, похоже, летающих, аппаратов.

— Ого! — только и сказала я.

— Присаживайся. — безукоризненным жестом указал на мягкое темно-зеленое кресло Рэн. — Только попытайся, пожалуйста, не смахнуть ничего. После того, как горничная несколько месяцев назад решила навести здесь порядок, я до сих пор не могу найти все недостающие элементы.

— Держи! — Он протянул мне закрученный в свиток лист, перевязанный красной лентой. — Заверено лично Его Величеством.

С нехорошими предчувствиями я развернула бумагу. «Список возможных любовников леди Алины-Виктории Йезовиэлль, арвиэллы Рэндаллион». Капец какой-то… Ладно, полюбопытствуем.

Номер один — Арвэ Рэндаллион. Я пристально посмотрела на своего собеседника. Тот безмятежно наблюдал за мной. Хм… Дальше. Номер два — Лорд Виррэн Альдор. Я снова уставилась на мужа. Тот подпер щеку рукой, продолжая пялиться на меня с благостной улыбкой.

Дальше шли: советник по защитной магии при Его Величестве, глава комиссии по особо опасным магическим устройствам и некий риан Далиан, изобретатель. На этом список заканчивался и утверждался размашистой подписью Йени и большой королевской печатью в придачу. Уж их-то я ни с чем не спутаю. Откуда-то послышалось глумливое хихиканье. И я решила проверить свои худшие подозрения.

— Это же ты! — обличительно воскликнула, тыча в пункт с «советником».

— Да-а-а, — сладко потянул подлый интриган. — Более того, не поверишь, глава комиссии — это тоже я.

— Ну знаете ли… А вот последний пункт … изобретатель?

Улыбка арвэ Рэндаллиона стала совершенно невыносимой.

— Зачем тебе чужое имя? — вознегодовала я.

— Для участия в научных выставках. Арвэ негоже заниматься такими вещами, а вот мелкопоместному риону Далиану как раз впору. Ну так что, кого-то уже выбрала?

— Да ты, да вы… — я аж задыхаться начала от возмущения. Вскочив с кресла, отбежала от этого опасного человека подальше. — Оба хороши. Так нечестно!

Рэн в мгновение ока оказался на ногах.

— Да, Йени предупреждал, что к собственному счастью тебя придется волочить на аркане, но…

Только я вознамерилась в знак протеста покинуть кабинет, как уплотнившаяся воздушная подушка внезапно поддала мне по мягкому месту так, что я чуть не ласточкой влетела Виррэну в объятия. А тот, не будь дурак, меня и ухватил покрепче.

— Во балда! — раздался серебристый смех Йени над ухом. — Что бы ты без меня делала?

— Жила бы счастливо и в ус не дула — буркнула я, но выбираться из объятий не спешила, в них оказалось очень уютно и спокойно.

— Ну и зачем тебе все это? — собрав брови в кучку, требовательно обратилась к все еще улыбающемуся Рэну.

— Как зачем? Где я найду еще одну такую бойкую, энергичную деву, которая, к тому же, терпеть не может светские забавы? — удивился он и добавил уже серьезно: — И еще затем, что я не хочу больше ощущать свою беспомощность, стоя полночи у закрытой двери, за которой плачет любимая женщина. После свадьбы с тобой плачет.

И он поморщился, отгоняя неприятные воспоминания. А я зависла. В голове крутилось только одно слово… то самое, на букву «лю».