Елена Добрынина – Лики миров (страница 31)

И, кажется, он был прав. Занимали меня в этот период две мысли: во-первых, конечно, как узнать правду про аль Гарда. У нас с ним уже было три индивидуальных занятия. На первом из них он требовал мне показать, чему я научилась у своего предыдущего наставника. А на следующих, помимо все тех же продолжающихся мучений с лабиринтом, он показал мне, как работает щит, сделанный на основе Тьмы. От меня требовалось учиться передвигаться так, чтобы все время оставаться в радиусе его действия. Меня так и подмывало спросить, а что делать, если ему придется драться: применять одновременно защитные и атакующие заклинания было невозможно. Но я решила не умничать и не задавать неудобные вопросы, в конце концов, мне нужно было, чтобы он считал меня простоватой и не слишком сообразительной.

Также меня занимали мысли о Лике. С ним мы не виделись ни разу за все это время. Если не считать те редкие моменты, когда проходили мимо друг друга в коридорах Академии, делая вид, что и не замечаем, кто это такой тут идет. Я, конечно, понимала, что так и будет — дело прежде всего, и все такое… — но все равно скучала.

Однажды ночью, когда я, уработавшаяся и натанцевавшаяся за вечер, уже засыпала в своей кровати, мне послышались скребущие звуки со стороны окна. Сначала я не обратила на них внимания, думая, что это снова надоедливая ветка неподалеку растущего дерева, и что нужно все-таки обратиться к госпоже Альфине с просьбой слегка ее подрезать, чтобы не стучалась в окно при малейшем ветерке. Но «шкряб-шкряб» настойчиво повторялся, а потом слуха моего достигло очень знакомое поскрипывание: именно то, с которым я поднимала вверх оконную раму, когда хотела увеличить приток свежего воздуха в комнату. Вся сонливость мгновенно исчезла, и я вскочила на кровати, готовясь поднять шум и дорого продать свою жизнь, если потребуется. Первым, что я увидела, были сгустки плотного черного мрака, поднимающие раму повыше, а в следующий момент столь же непроглядно-черный силуэт скользнул через проем и оказавшись на полу, произнес шепотом прежде, чем я успела заорать:

— Не шуми, это я.

«Какая прекрасная фраза» — пронеслось у меня в голове. Пока человек будет пытаться понять, кто же такой этот «я», его можно тюкнуть по темечку — и улю, дело в шляпе.

Голос-то я, конечно, узнала. Но вся ситуация в целом была ужасно странной, не сказать — интригующей.

— Лик? Ты что здесь делаешь? А если тебя заметят?

Он только ухмыльнулся, мол, пусть попробуют. Вообще, в Шедаре есть поговорка — «искать темного мага ночью», — означающая, что это очень-очень неблагодарное занятие. Но мало ли…

— Тсс! — он требовательно прижал к моим губам указательный палец… А взгляд-то! Какой-то уж очень веселый, не сказать шальной.

— С тобой все в порядке? Что про… ммм… — договорить мне не дали, заткнув рот каким-то уж совсем бессовестным поцелуем с отчетливым травяным привкусом.

Ну нет… что-то здесь не так. Я, собрав волю в кулак, отстранилась от этого неожиданного романтика и с подозрением на него уставилась.

— Ты откуда вообще здесь взялся?

— Со следственного мероприятия, — очень четко доложил магистр… И тут до меня дошло.

— Ты что, пьян?

— Не-а, — весело мотнул он головой, — если только чуть-чуть, — мне предъявили разведенные на полсантиметра большой и указательный пальцы, — скоро пройдет. Иди сюда.

Я закусила губу и подошла поближе. Меня тут же снова попытались поцеловать. Я отклонилась. Нехорошо потешаться над людьми, но он был сейчас такой забавный…

— Что за мероприятие? — спросила я.

— Выгуливал двоих подозреваемых, — садясь на кровать и серьезно глядя мне в глаза, объяснил этот новоявленный Ромео.

— И как?

Лик слегка поморщился: разговаривать ему явно не хотелось.

— Пустышки оказались… развлекаются теперь с девочками, — последнее было сказано с неожиданным укором, будто это я их туда заслала. Очень нехорошие мысли зашевелились в моей голове.

— Ли-ик, — сладенько протянула я, — куда, говоришь, вы с этими товарищами ходили? — подозреваю, у них с Миртеном примерно одинаковая схема действий, — к девочкам, да?

Этот… герой-любовник, не отводя от меня взгляда, очень медленно кивнул.

Ой, не могу… Я даже не знала, что мне сейчас делать: то ли сердиться, то ли смеяться. «Дорогая, встречай, я к тебе прямиком из публичного дома».

— Хм… и ты оттуда пришел сюда? — так и не решив, как на это все реагировать, уточнила я и сложила на всякий случай руки на груди.

— Пришел, — согласился он, притягивая меня поближе и усаживая к себе на колени, — потому что там тебя нет, а тут — есть.

И слава Всевышнему!

Я все-таки не выдержала и уткнулась лбом ему в плечо, трясясь от смеха.

— Эй, ты чего? — встревожилось это чудо в перьях из Бездны.

— Все в порядке… — продышалась и, обхватив его лицо ладонями, серьезно произнесла — я очень рада, что ты здесь, — и сама потянулась к его губам.

Покинул он меня еще до рассвета. Уже совершенно нормальный и собранный. Я, полусонная, лежала и смотрела, как он одевается.

— Спи, — сказал он вместо прощания, и поцеловав мое плечо, черной тенью выскользнул из окна.

Засыпала я с совершенно глупой и счастливой улыбкой.

Мне снился мужчина: важный, статный, суровый, он стоял у огромного окна, украшенного витражными вставками. Он был уже немолод, но в темных, обрезанных по плечи, волосах, еще не блестели серебром седые нити. Соболиные брови слегка хмурились, четче обозначая вертикальную морщинку, залегшую между ними. Богато расшитый наряд, несколько напоминающий черкеску, плотно охватывал достаточно тонкий для его возраста стан и широкие мощные плечи. Во всей его фигуре ощущалась сила, достоинство и привычка повелевать. Я его ужасно боялась. Не как врага, а как большого-большого начальника, от которого очень сильно завишу. Как и все мы. Я старалась стоять прямо, не перетаптываясь с ноги на ногу, и ждала его ответа. У меня вспотели ладони, и я украдкой вытерла их о платье. Под тяжелым взглядом черных, как уголь, глаз, я инстинктивно вжала голову в плечи.

— Нет, — наконец, произнес он, — я не изменю своего решения.

Каждое его слово было ударом под дых. У меня неожиданно подогнулись колени, и я отчаянно пыталась просто устоять на ногах. Глаза заволокло пеленой, а сердце… мне казалось, что он только что вырвал его у меня… Не может же он и вправду…? Как же нам теперь быть?

Спустя несколько дней аль Гард, сам того не зная, несколько упростил мне задачу, связанную с моим дилетантским расследованием. Началось с того, что в конце нашего занятия по специальности, когда

я набегалась по лабиринту, а потом нагулялась по залу с завязанными глазами, пытаясь не отставать от ведущего меня преподавателя и не вывалиться из зоны действия его щита, он с вечным своим вкрадчивым подмяукиванием задал мне вопрос:

— Дея, скажите, вы уже думали о том, с кем вы будете заключать ваш первый контракт?

— Ой, мастер, еще нет. Я же еще даже не закончила обучение, — тут же включила я дурочку.

— Напрасно, напрасно… Это имеет первостепенное значение, — тут же начал лить воду на мельницу господин универсал. — От этого мага будет зависеть не только ваша карьера, но и ваша жизнь. Поэтому лучше, если это будет человек опытный, из тех, кому вы доверяете.

— Это было бы чудесно, — закивала я, — но опытные маги вряд ли захотят связываться с новичком.

Интересно, расскажет он мне, что вспомогательных «старичков» в Бездне практически нет? Не доживают.

— Призма Хаоса — очень редкий дар, — вместо этого принялся развешивать мне лапшицу на уши мастер. — Думаю, многие бывалые маги хотели бы иметь подспорье в вашем лице. И я не исключение, — он тонко и многозначительно мне улыбнулся.

— О! Надо же… я даже не предполагала… — захлопала я глазами. — Это так неожиданно… — я окончательно «засмущалась».

— Подумайте над этим, Деянира, — мягко произнес аль Гард, — я не требую от вас ответа прямо сейчас, но и затягивать с решением не стоит.

— Хорошо, конечно, я понимаю, — согласно закивала я… — а если я решусь или у меня появятся вопросы?…

— Вы можете задать их на наших с вами занятиях или, — мастер словно прикинул что-то в уме, — лучше сделаем вот так…

Он достал из внутреннего кармана маленькую записную книжку с вложенным грифелем и быстро черканул пару строк, после чего вырвал страничку и протянул мне.

— Вот по этому адресу вы всегда можете найти мне в нерабочее время. Или оставить на мое имя послание.

— Спасибо большое, мастер, вы так добры, — благодарно улыбнулась я и, попрощавшись, вышла из тренировочного зала.

«Белый сектор, улица Трех генералов, дом семнадцать». Хм… Или я совсем плохо знаю географию Растабана (что очень даже может быть), или у меня что-то с памятью, но я не могу припомнить на этой улице никаких семейных особняков. Прогуляться туда, что ли?.. Тем более, что Белый сектор не так далеко отсюда.

Сказано-сделано. После всех занятий я купила на небольшом рынке кулек чии, которую особенно полюбила в последнее время, и пошла, глазея по сторонам, разведывать обстановку.

Улица Трех генералов оказалась именно такой, какой я ее запомнила по своим предыдущим прогулкам по столице: респектабельной и очень тихой — идеальное место для жизни обеспеченной пожилой пары, например. Здесь было много зелени, и дома стояли светлые, очень добротные, но совершенно не аристократические, скорее уверенный средний класс. Табличка с номером семнадцать украшала большое двухэтажное строение из песочного камня с лаконичной вывеской в виде большого кованого ключа — знака постоялого двора или гостиницы, сдающей комнаты на долгий срок. Очень интересно. Выходит, Оден аль Гард обитает здесь, а не в своем фамильном доме. О чем это может говорить? Да о чем угодно: может, он с родственниками поссорился, а может, прокручивает тут темные делишки… Слишком уж глазеть и кружить вокруг я, понятное, дело не стала, дабы не примелькаться раньше времени, прошлась еще туда-сюда, вроде как любуясь скрытым от суеты уголком большого города — и пошла себе дальше.