Елена Добрынина – Лики миров (страница 23)

Мои занятия начались со следующего дня. И сразу с ударной дозы спорта. Мастер Зевиар оказался на диво строгим пожилым, но крепким дядькой. Боевое прошлое так и читалось во всей его коренастой фигуре, прямой спине, паре довольно глубоких шрамов на темном лице и в хорошо поставленном звучном голосе. Мастер заметно припадал на одну ногу, но это совершенно не мешало ему гонять студиозусов и в хвост и в гриву. Так что мне оставалось только порадоваться, что тело Деяниры более тренированное, чем мое изначальное, иначе мне пришлось бы совсем туго. Вместе с группой будущих магов Боя мы бегали кросс, скакали по полосе препятствий, отжимались, подтягивались, делали растяжку. Все это Зевиар издевательски называл словом «разминка». И после того, как мы взмокшие, уставшие, еле-еле восстановившие дыхание, немного пришли в себя, велел нам разбиться на пары и вооружиться деревянными палками, имитирующими мечи. Моей партнершей оказалась одна из двух девушек, имеющихся в наличии в этой группе — из разряда тех самых рослых амазонок. В силе я ей определенно уступала, зато слегка превосходила в маневренности, чем и пользовалась, помня уроки старшего брата. Мышцы послушно отзывались, вспоминая науку, а вот голова… подозреваю, что поначалу на моем лице читалось сильное изумление от того, что я вообще так, оказывается, умею. Однако после четверти часа упражнений с палками, я так умоталась, что голова отказалась вообще принимать участие во всем этом безобразии, и тело само как-то справлялось — шагало, уходило из-под ударов (а иногда и получало палкой по разным местам), делало колящие и рубящие движения и еще черт знает что.

Под конец занятия нас всех можно было выжимать и развешивать на веревочках как простыни после стирки.

— Фамилии, — гаркнули над ухом.

Мы с «амазонкой» послушно представились.

Мастер что-то пометил в своем журнале

— Выносливость нулевая, ноги жидковаты, — дождались мы «комплимента».

Мы с девушкой злобно глянули на критикана и пошли на своих «жидковатых» ножках в сторону раздевалок.

— Хина, — представилась мне девушка.

— Дея, — протянула я ей руку.

Так я завела свое первое знакомство среди студиозусов.

Лекциями я особо не злоупотребляла. Иногда забегала послушать общие дисциплины — историю, философию и прочая, но это, как правило, если между практическими занятиями оказывались окна.

А вот с основами магии прошлось поднапрячься — надо же свою дохленькую единичку освоить. Пока я совершенно никак не ощущала свою принадлежность к магам. Лекции по этому предмету мне пока давали мало. Я зарисовывала какие-то схемки, но к какому месту их прикладывать, было неясно.

Зато первый практикум запомнился мне отлично.

— Ну, здравствуйте, дорогие будущие маги, — аль Гард, слегка припозднившись, зашел в аудиторию и принялся нас разглядывать. На мне его взгляд ненадолго задержался — и заскользил дальше.

— Вашим первым практическим заданием будет призыв своей стихии.

Заданное упражнение было чем-то похоже на один из семинаров по йоге, куда мама как-то раз меня затащила. Нужно было расслабиться, сосредоточить внимание на солнечном сплетении и представлять, как оттуда стихия ручейком стремится по руке в центральную точку на ладони. Ну и еще заклинание призыва при этом мысленно повторять.

Тех, кто уже овладел данной ступенью, мастер отмечал в журнале и отпускал с урока. В итоге к середине практикума нас осталось всего пятеро, а к концу — вообще двое: я и один совсем молоденький парнишка.

— Давайте, давайте, котятки, — самую малость раздраженно подбадривал нас мастер. А потом принялся тыкать нам в солнечное сплетение каким-то прибором, сходным с ручной версией определителя. — Ну… разрабатывайте протоки… здесь-то все в порядке, — еще один чувствительный тычок. — Правда, у вас, госпожа Брайс, там сейчас магия Света… а вы, насколько я помню, собирались изучать Тьму..

В конец-концов, мы с пареньком, все же смогли получить на своих ладонях он — маленький сгусток тьмы, я — крошечный белый светлячок. И аль Гард, довольно кивнув, сделал еще две отметки в журнале.

— Госпожа Брайс, задержитесь немного, — произнес он после этого, и я, внутренне вздохнув, подошла к нему.

— Как мне подчинить Тьму, а не Свет? — спросила я преподавателя.

— Обращаться к ней, визуализировать ее, с небольшим уровнем дара это вполне возможно, — начал он, — но… — голос стал нервирующе-мягким, — для вашего случая это может быть совершенно неважно. Более того, чрезмерное увлечение обычной магией может помешать проявлять ваши… индивидуальные особенности. Вам должны объяснить это на «специальности». Вас же Сиаль ведет, если не ошибаюсь?

Я кивнула.

— И как… продвигаются ваши занятия? — на тонких губах преподавателя мелькнула странная усмешка.

— Очень… непросто, — вздохнула я.

— Если у вас возникнут сложности, вы всегда можете обратиться ко мне, — опять замурлыкал аль Гард, сладенько улыбаясь. И не сказать, что он вообще неприятен, но какой-то уж слишком приторный.

— Спасибо, вы очень любезны, — ответила как можно более вежливо и поспешила выйти, благо время занятия и в самом деле истекло.

Лик… с ним, и вправду, было сложно. Занятия у нас теперь проходили реже. Иногда все в том же тренажере, иногда я снова должна была уворачиваться от летящих в меня зарядов, а иногда и вовсе заниматься чем-то странным: то скакать с закрытыми глазами по кочкам, которые так и норовили разъехаться, то пытаться пробраться сквозь плотно натянутые веревки, стараясь не задеть ни одну. Иногда мне казалось, что он просто тянет время, а иногда — что изощренно надо мной издевается.

Но самое ужасное для меня упражнение заключалось в следующем: я должна была проделывать все это напару с ним, следя, чтобы дистанция между нами не превышала полуметра, а еще круче — касаясь его одной рукой. Здесь мои мозги решительно отказывались мне служить, и я готова была бы расписаться в полной своей профнепригодности, если бы не иронично вскинутые черные брови и насмешливый вопрос «Какие-то проблемы?».

Нет-нет, что ты… просто задумалась.

Самое гадское — я была уверена, что все-то он понимает, и от этого порой готова была сквозь землю провалиться.

Вместе с тем я аккуратно пыталась навести его на тему Ключей, Узлов и проводников. И для начала подкинула ему свой «волчок». Просто наклонилась как-то и прицельно «уронила» его почти под ноги своему наставнику. Тот занимательную штуковину поднял, покрутил в руках, нахмурился..

— Что это? — спросил наконец.

— Ничего особенного, просто памятная вещица, — соврала я, протягивая руку, — ключ… своего рода.

Лик с подозрением на меня посмотрел, но комментировать не стал, вернул «волчок» обратно и больше про него не заговаривал. То ли, и правда, не помнит, то ли отлично это изображает.

Вторая моя попытка что-то узнать заключалась в том, что я, как то, оказавшись рядом с ним, произнесла «Credo in unum..»

— Что? — резко обернувшись, переспросил боевик.

— Эм… это… заклинание такое… для терпения, — брякнула первое, что в голову пришло.

Выглядело все это очень странно. И что все это значит, я пока не слишком понимала.

Как-то раз после очередных наших тренировок я уже собиралась домой и натягивала сапоги, сидя прямо на полу, когда Лик неожиданно меня окликнул.

— Дея, — тут я сразу поняла, что грядет что-то из ряда вон, потому как по имени господин тер Сиаль называл меня до ужаса редко… вообще-то никогда, — Дея, ты сегодня работаешь у Агира?

— Да, а что? — настороженно ответила я.

— У меня к тебе будет одна просьба, — он присел рядом со мной.

— Плюс еще декада занятий, — тут же огласила я ценник. Вот точно не о ерунде пойдет речь, да и на свидание он меня вряд ли позовет.

«Упырь» задумался..

— Хорошо, — сказал, наконец, — и замолчал. Вот же..

— В чем просьба-то? — поторопила я его.

— Сегодня я приведу к Агиру гостей, молодую пару — мужчину и его спутницу. Мне нужно, чтобы ты его на время отвлекла.

— Как? — развела я руками.

— Разлей на него напиток, урони тарелку с едой, придумай что-нибудь, — пожал плечами заправский заговорщик, — главное, чтобы он на какое-то время не смотрел в нашу сторону.

Нет, мне положительно нравится этот парень..

— Лик, — начала я возражать, — меня за такое могут вообще-то уволить, и моя карьера разносчицы накроется медным тазом.

Он не возражал, так и сидел, слегка склонив голову набок, и выжидательно на меня смотрел. Кажется, вообще не сомневался в моем положительном ответе.

— Две декады, — буркнула я, наконец, — не меньше, — и принялась напяливать второй сапог.

— Если справишься, — выставил он условие.

Ну теперь-то я просто обязана.

Разумеется я весь день изнывала от любопытства. Даже в таверну заявилась раньше обычного. За те дни, пока работала здесь, я успела познакомиться со многими завсегдатаями и даже запомнить их вкусы и предпочтения. Поэтому работала довольно споро, то и дело бросая взгляды на входную дверь. Единственное, что (или кто) мне портило настроение — очередной желающий моего постоянного внимания клиент. Такие попадались через день, и я уже приноровилась иметь с ними дело, — забалтывала, одновременно делая знаки господину Агиру, а потом оставляла его разбираться с разошедшимися посетителями. Пока настырный студиозус грани приличий не переходил, и я надеялась, что вмешательство хозяина не понадобится.