Елена Данько – «Золотой ключик» и свободные продолжения (страница 63)

А между тем неподалеку, за скалой, прятался самый кровожадный и беспощадный пират. В огромной волосатой руке он держал длинную саблю и отмахивался ею от надоевших мух. В его сверкавших на солнце золотых зубах была зажата массивная трубка.

Как только компания высадилась на сушу, разбойник медленно поднялся, вышел из-за скалы и рявкнул:

— Кар-р-р-амба! Гости прибыли! Как раз — в самый раз! Или я не ФЫРДЫБАС!!!

Он привел пленников в свою хижину. И стены, и потолок, и пол ее были сделаны из жердей бамбука. В углу стояла клетка с попугаем, под ней, прикованная к цепочке, сидела обезьянка. Рядом с ней на стене висело маленькое зеркальце. Посреди хижины стояли стол со скамьей. По столу прохаживалась ворона.

— Слушай, Ка-р-р-га, а что с ними делать? — Ворона соскочила со стола, медленно, вразвалочку, подражая хозяину, обошла пленников, внимательно их изучая.

— Мне они все не нравятся, — прокаркала она. — Этого, толстого, можно сделать приманкой для льва; на тощего польстится, пожалуй, только крокодил. А на хромую лису и слепого кота будут славно клевать акулы.

Карабас, закатив глаза, стал громко причитать:

— Ах, бедный я, несчастный сирота, съест меня лев и косточек не оставит!

— Ты сирота? — удивился разбойник.

— Нет у меня ни отца, ни матери… — продолжал Карабас.

— И у меня нет, — оторопел от совпадения Фырдыбас.

Карабас открыл рот, что-то соображая, и совсем другим голосом спросил:

— А как звали вашего уважаемого отца, драгоценнейший Фырдыбас?

— О! — воскликнул разбойник. — Он был знаменитый пират и его звали «Фырмырдыбей — гроза всех морей»!

— Какое благородное имя было у вашего родителя, — пробормотал Карабас. — И какое совпадение! Моего отца тоже звали «Фырмырдыбей»…

«Ну и хитрец! — с восхищением догадалась лиса. — Ловко врет. Эдак он нас всех выручит».

— Чего-то я не пойму… — запинаясь и тараща глаза, проговорил разбойник.

— А тут все яснее ясного, — поспешно вступила в разговор лиса. — У вас и у почтенного Карабаса был один и тот же родитель.

— А каким выглядел твой? — недоверчиво спросил разбойник.

— О! — воскликнул Карабас. — Вы, уважаемый синьор Фырдыбас, вылитая его копия: длинные усы, горящий взгляд, острый ум!

— Братец! — взревел Фырдыбас что было мочи.

— Дорогой мой! — ответил Карабас Барабас. И они начали обниматься, хлопая друг друга по плечам.

«А ведь действительно очень похожи, — подумала лиса, — только у одного усы, а у другого — борода. Два сапога — пара».

— А как тебя зовут, братец? — поинтересовался разбойник.

— Синьор Карабас Барабас.

— Хорошее имя, на мое похожее, — кивнул головой Фырдыбас.

— А как же… — подхватила лиса и незаметно подмигнула Карабасу. — Не исключено, что вы близнецы!

— Дорогой братец, — осмелел Карабас Барабас, — а не угостишь ли ты меня чем-нибудь? Я немного проголодался.

В разговор опять вмешалась ворона:

— Кар-р! Утром, когда летала на охоту, я видела, что в западню попалась добыча.

— Как раз в самый раз пообедаем сейчас, — обрадовался Фырдыбас.

«БРАТЬЯ» ДОГОВАРИВАЮТСЯ РАЗДЕЛИТЬ КЛАД

Через пару часов «братья» вернулись с добычей. Они несли на бамбуковой жерди связанных пуделя Артемона и Буратино.

Карабас ликовал.

— Все верно! Мы попали на тот самый остров, где папа Карло ищет клад. Теперь-то я с тобой разделаюсь, несносная деревяшка, — проворчал Карабас и ударил куклу своей тяжелой ручищей. Буратино охнул, перекувырнулся в воздухе, зацепился курточкой за гвоздь и остался висеть, покачиваясь рядом с клеткой попугая. Карабас тоже охнул, так как отбил себе руку.

— Ну, погоди, проклятый чурбан, — заклокотал он, — я с тобой разделаюсь! Теперь от меня не уйдешь! Горько поплачет твой папа Карло…

К этому времени уже стемнело. Пират зевнул, потянулся, крякнул, сказал свое любимое:

— Как раз в самый раз, спать ложится Фырдыбас, — лег на пол, на циновку, и тут же уснул. Карабас устроился рядом, и вскоре оба захрапели. Трудно было решить, кто из них храпит громче, но рев стоял такой, что дикие звери, бродившие в лесу, спешили отойти подальше.

Лиса взялась стеречь пленников, после полуночи она толкнула Базилио:

— Твоя очередь. Смотри, чтобы они не сбежали. Видел, какая у Фырдыбаса сабля?!

— Видел, — пробормотал кот, зевая.

БЕГСТВО ИЗ ПЛЕНА

Буратино висел на гвозде со связанными руками, а в другом конце хижины лежал связанный Артемон.

Вдруг Буратино услышал совсем рядом ворчливый шепот:

— Ты кто такой?

Это заговорил попугай из железной клетки. Буратино встрепенулся и тоже шепотом стал рассказывать про себя и про своих друзей.

— Да, попали вы в историю, — наконец проговорил попугай, — компания здесь собралась отвратительная. Меня зовут Перико. Много лет тому назад разбойник поймал меня и запер в железную клетку.

— А как же вас освободить? — сочувственно спросил Буратино.

— Если бы у тебя был ключ, чтобы открыть клетку. Да откуда его взять! Но я попробую чем-нибудь тебе помочь, — сказал Перико. — И принялся клювом через прутья клетки развязывать узел на руках Буратино.

Через несколько минут упала сначала одна веревка, а потом другая. Буратино уже собрался спрыгнуть вниз, как попугай остановил его:

— Подожди, подожди… Ты грохнешься об пол и разбудишь всех. Надо что-то придумать.

Тут снизу раздался тоненький голосок:

— Что у вас происходит?

Буратино испугался и замер, но Перико его успокоил:

— Это обезьянка Мона. Фырдыбас поймал ее, посадил на цепь, цепь запер на замок, а ключ от замка выбросил в море. Ей, как и мне, не видать свободы.

— Прыгай мне на плечи, — предложила Мона.

— Тебе будет больно.

— Ничего, потерплю. Ну же, смелей! Деревянный мальчишка оторвал руки от гвоздя и полетел вниз. Обезьянка тихо ойкнула, и оба повалились на пол.

— Ну что? — шепотом спросил Буратино.

— Все в порядке, — ответила Мона, потирая ушибленное плечо.

Буратино нащупал небольшой замочек, на который была заперта цепочка обезьянки. И тут он вспомнил такое, отчего едва не вскрикнул от радости, быстро достал из потайного карманчика на груди золотой ключик и вставил его в отверстие. «Сейчас проверим, правду ли сказал сверчок», — подумал он, на всякий случай прошептал волшебные слова: «Крекс, фекс, пекс» — и повернул ключик.

Замок тихо щелкнул и открылся.

— Вот здорово, — обрадовался Буратино и отбросил замок в сторону вместе с цепочкой. Он указал Моне на тот угол, где лежал Артемон, а сам забрался на стол и осторожно открыл замок клетки, где сидел попугай.

Все четверо осторожно, чтобы не зашуметь, двинулись к выходу. Кот продолжал сладко спать.

РАДОСТНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ