Елена Чуб – Империя. Строптивая для наследника (страница 17)

Но, как мне показалось, инопланетник ожидал несколько иной реакции на свое появление. Неужели он надеялся, что после вчерашнего я с радостными воплями к нему на шею прямо из постели выпрыгну? Странно, но видимо так оно и было. Ждал.Не зря же он сразу помрачнел, едва я только в дальний угол кровати отодвинулась, при этом, надо полагать, явно не выглядя слишком уж радостной от лицезрения его особы.

Пару мгновений мы обменивались с ним настороженными взглядами, после чего в мою сторону полетел какой-то сверток, небрежно брошенный холодно улыбнувшейся Тварью.

– Одевайссся, – прошипел опять явно рассерженный парень и с ехидной ухмылкой добавил:

– Я сегодняу летаю домой… И ты, малысссшька, отправляешшшьссся со мной.

Глава 12 Миалтэр Бойрэни (третий)

Достало! Все достало!

Горячее желание придушить собственными руками эту, просто невыносимую дикарку чередовалось с другими, не менее горячими желаниями. К примеру, опять затащить ее в постель и заставить стонать от удовольствия. Которое она в последнее время, помимо своей воли, начала получать от нашего с ней, просто безумного секса. И это было невероятно здорово. Только вот потом, немного после, едва только отдышавшись, она, эта наглая девчонка, опять становился такой… Холодной и отстраненной.

Гадство! И ведь ни к чему из этого не придерешься… Ведь моя пленница все-таки держит слово и досконально выполняет все мои требования. Но только вот как выполняет? Ноги без каких-либо проблем раздвигает. Сама, без принуждения. И удовольствие от нашей с ней близости тоже наравне со мной получает. Но при этом, она явно ненавидит меня. Презирает. Пусть и пытается не очень удачно скрыть все это за полным безразличием ко всему происходящему. А я… Я не хочу чтобы все было именно так. Я хочу… Проклятье! Да я сам не знаю, чего хочу от нее, и это больше всего меня и злит…

На эту дикарку даже роскошная обстановка прибывшего за мной корабля не произвела ни малейшего впечатления. Так, всего лишь окинула мои личные апартаменты на нем равнодушным взглядом и, пройдя к креслу в кабинете, опустилась в него с совершенно отстраненным видом. И вообще, как мне кажется, что за те три дня, что мы летим в сторону Виории, она просиживает в нем чуть ли большую часть дня.

Вот и опять… Сидит, голова развернута чуть в бок, глаза полуприкрыты… Вроде бы дремлет. Что и не удивительно, если припомнить, что и этой ночью спать я ей почти что не давал. И не только ночью…

Нда, надо бы немного притормозить, а то совсем девчонку заездил. Вон, и щеки у нее даже ввалились, и круги темные под глазами с каждым днем все больше становятся…

Нужно будет ее хотя бы на сегодня в покое оставить. А что, пусть немного отоспится и в себя придет. Ведь вполне можно провести ночь в одной из гостевых кают в обществе согласных на все прислужниц, которых я лично отбирал для своего корабля. Их тут на постоянной основе не менее двух десятков всегда находилось. Красивых, покорных, умелых. Собранных с различных концов Империи и готовых раздвинуть передо мной ноги по первому же моему слову. Да и оголодали девочки без моего пристального внимания за все то время, что я находился в изгнании, по воле злопамятного родителя… Ведь развлекаться с кем-либо, помимо меня, этим прислужницам было категорически запрещено. И за ослушание полагалась смерть. Как для них самих, так и для тех идиотов, кто осмелился бы позариться на что-либо принадлежащее мне- единственному Наследнику Империи.

Едва я только на борт своего корабля поднялся, они все так и вьются постоянно где-то рядом. Стараясь попасться мне на глаза самыми различными способами: от вроде бы и не слишком навязчивых призывных взглядов, до уже почти что пошлых жестов и вроде бы случайных ко мне прикосновений. Вот именно такими и должны быть хорошие наложницы… Почтительными, услужливыми, готовыми на все, лишь бы их господин остался ими доволен. А эта дикарка? Такое ощущение нехорошее иногда возникает, что из нас двоих хозяйка в моих апартаментах именно она. Один взгляд чего стоит. Дерзкий, несломленный… Упрямая, несносная девчонка! Кстати…

– Как тебя зовут? – неожиданно даже для самого себя, поинтересовался я у неподвижно сидящей в кресле пленницы.

Нервно вздрогнувшая при звуках моего, немного резко прозвучавшего голоса, девушка подняла голову и уставилась на меня, широко распахнув полные изумления глаза. Чем вызвала у меня легкую досаду. На самого себя. И правда, с чего бы это я так? Ведь обычно имена тех, кто ублажал меня в постели, мало меня интересовали. И что поменялось теперь? Может быть это все из-за того, что эта строптивица задержалась рядом со мной гораздо дольше, чем все ее предшественницы? И я к ней уже… Привык? Хм. Да-аа… Наверное, как-то так.

– Я жду! – недовольно прикрикнул я, видя, что моя пленница, так же, как и я, пытается осмыслить суть происходящего и на поставленный вопрос отвечать не торопится.

– Мое имя-Вейтара, из высшего дома Коу, – сразу же очнулась от задумчивости пленница и смиренно опустила глаза вниз.

Ха! Можно подумать, что я не заметил, как при этом, всего лишь на мгновенье, они полыхнули такой яростью, что я помимо воли усмехнулся. Ну вот, это мне нравится уже гораздо больше, чем все ее предыдущее, притворно-покорное поведение. Не хочу, чтобы именно эта… Вейтара, стал такой же, как и все остальные мои рабыни. Не хочу, чтобы она сломался. Но и ее не слишком хорошо скрываемую ненависть терпеть тоже уже просто сил нет. МНе нужно просто ее приручить. Ведь все, что она от меня видела до этого, была лишь жестокость и ничего более.

Может быть мне попробовать вести себя с ней немного по-другому? Не как с бесправной рабыней, а как с… Почти что равной? Ведь многие мои любовницы из имперской знати, сразу же меняли свое наигранно-холодное ко мне отношение, едва я начинал интенсивно за ними ухаживать и заваливать подарками и другими знаками внимания. Только вот что-то я серьезно сомневался в том, что именно с этой девчонкой все будет точно так же, как и с остальными. Но и дальше терпеть в своей спальне ту тягостную атмосферу, которая поселилась в ней вместе с необычайно красивой и непокорной военной добычей сил уже почти никаких не оставалось. А значит решением этой проблемы мне нужно начинать заниматься немедленно, не откладывая на потом.

– Веейтаррра, – задумчиво произнес я вслух весьма необычное для меня имя дикарки. Хм, интересно. Начало имени мягкое, а окончание твердое, точно такое же, как и просто невыносимый характер моего трофея.

– Я буду звать тебя Вейта, – непререкаемо заявил я девушке, которая, судя по моментально сжавшимся в кулаки пальцам, явно хотела что-то мне возразить по этому поводу. Но вовремя вспомнив, чем именно это может окончиться для ее соотечественников, сразу же покорно склонила вниз голову.

– Как пожелаете.

– Вот именно, как я пожелаю! – чуть ли не заорал я, просто выведенный из себя этим мнимым послушанием, которое бесило меня с каждым днем все больше и больше.

Не могу! Даже смотреть на нее не могу без мыслей о том, чтобы немедленно сорвать с нее всю одежду, опрокинуть на спину и оттрахать. Чтобы с лица моей проблемной добычи слетела та безразличная маска, которую она теперь носила все время, за исключением моментов нашей, такой ненавистной для нее близости. Тогда на лице дикарки появлялась целая гамма чувств. От ненависти и тоскливого отчаянья, до ненасытного желания секса и ленивой истомы после очередного сногсшибательного оргазма. И вот в эти моменты я был почти что счастлив.

Только вот продолжались они совсем недолго… Ведь девчонка сама себя ненавидел за то, что получала наслаждение от близости со мной. А я… Я всеми силами старался не дать ей время на размышление об этом, беря ее снова и снова. Ведь тогда она обессиливала до такой степени, что терзаться ненужными размышлениями у нее сил просто не оставалось. Но ведь так не может продолжаться постоянно. Поэтому нужно приложить все усилия для того, чтобы, не сломав свой трофей окончательно, заставить ее принять свою новую жизнь и смириться с ней бесповоротно. А для этого нужно четко дать понять этой девчонке, что то положение, в котором она сейчас находится, не является таким уж отчаянным. Ведь она для меня не просто игрушка на одну ночь… Она…

А, собственно говоря, кто ОНА для меня? Он не наложница и, тем более, не фаворитка. Рабыня? Пленница? Вот же! Я и сам уже со всем этим запутался! Не знаю я! Знаю только то, что хочу, чтобы она был со мной по собственной воле. А если не получится, то пусть и против воли, лишь бы со мной, рядом. Не отпущу! Как не отпустил тогда, в первый день, когда только увидел и заполучил. Хоть она просила… Практически умоляла ее не трогать…

Ее глаза, полные недоверчивого понимания того, что должно было произойти, плавно перетекающего в отчаянный страх, вперемешку с ненавистью, до сих пор стоят у меня перед глазами. А теперь… Сейчас она старается держать их почти всегда опущенными вниз, не давая мне возможности насладиться их просто нереальной синевой, так похожей на небо родной мне Виории.

– Раздевайся!

Одного лишь воспоминания об извивающемся подо мной теле пленницы, хватило для того, чтобы я снова моментально возбудился. Настолько, что сил наблюдать за тем, как… Вейта, покорно принялась исполнять мое распоряжение уже не оставалось. С хриплым стоном проследив за тем, как девушка, наконец встав с так полюбившегося ей кресла. И не особенно и торопясь, снимала с себя полупрозрачную тунику, я не выдержал этого издевательства и, подскочив к строптивице, опрокинул ее обратно в это же кресло. Сорвав с нее длинную юбку и отбросив ее в сторону, уставился в безразличные ко всему происходящему глаза. Ну что ж. Такими они будут оставаться недолго.