Елена Черткова – Тайна Тонгамар. Цикл «Обмен мирами». Книга первая (страница 8)

Он сделал жест хозяину, и тот отправил веселую ящерицеподобную женщину с кувшином к нашему столику. Джуно без устали рассказывал, что его родной город безгранично прекрасен, что даже в Камила Фир есть каменные и деревянные строения, а в его деревне дома буквально растут прямо из огромных стволов, подпирающих кронами небо. Что в таких жилищах все ощущается совсем иначе: больше слышишь, видишь и чувствуешь. И конечно, там нет этих ужасных бурь, и все кругом устлано свежей травой и цветами. Пообещав обязательно однажды побывать в южных землях, я удалилась «освежиться». По пути та же белая кайра ловко поймала меня за локоть на лестнице.

– Стой, огненноголовая! – прошипела она. – Асфир, что улыбается тебе, подослан работорговцем, которого ты спугнула. Я видела, что он подлил что-то в твой бокал. Не пей, если не хочешь проснуться завтра с цепью на шее.

– Спасибо! – проговорила я, бледнея.

Юный караванщик, как прежде, жизнерадостно и наивно улыбался. Сложно представить, что этот мальчишка на самом деле задумывает какое-то злодейство. Однако проверить стоило. Я сделала вид, что слегка пригубила вино, затем подперла подбородок рукой, будто голова моя стремительно тяжелеет.

– То ли вино такое крепкое, то ли я устала за день, не мог бы ты распорядиться, чтобы принесли воды?

Джуно просиял и охотно отправился к барной стойке, что позволило быстро передвинуть бокалы. Наше последующее общение с ушастым хитрецом не длилось долго. Через четверть часа глаза юноши неудержимо слипались.

– Ты что, подменила кубки? – борясь из последних сил со сном, спросил он.

Я кивнула.

– Мне жаль, что я… – начал бормотать он, но голос превратился в тихий стон и голова асфира легла на руки.

Седовласый мужчина, скрываясь под капюшоном, сидел неподалеку. Я бы не узнала его, но с тех пор, как Джуно уснул, работорговец пристально наблюдал за нашим столиком. Я решительно встала и направилась к нему. Двое сидящих за тем же столом сетов удивленно вскинули голову и обменялись скользкими шуточками на мой счет.

– Не забудьте заплатить за вино, которым вашему неудачливому слуге не удалось меня усыпить.

– Ты, наверное, не знаешь, кто я, поэтому позволяешь себе такие опрометчивые вольности. Дерзкая и самоуверенная, один из моих клиентов обожает таких.

– Садись, чужачка. – Бородатый сет пододвинул ногой свободный стул.

– Нетрудно понять, кто вы, хотя ваше имя мне и правда ничего не скажет.

– Я Ивен. Это мои друзья – Родриг и Эрл. Откуда же приезжают на Адаламен такие необычные леди?

– Оттуда, куда вам ни за что не добраться.

– Очень жаль.

– Так в какую из башен Омбран вы хотели продать меня? Может быть, я и сама не буду против там оказаться.

Работорговец усмехнулся.

– Обычно согласие нам не требуется. Ты думаешь, что избежала своей участи из-за того, что смелая и хитрая? Но это не так. Ты глупа и наивна. Если за тебя пообещают хорошую сумму, то я найду эти огненные кудряшки где угодно, даже если их будет охранять самый сильный маг на Анадаламене.

И, похоже, он не шутил. Возможно, и я правда вела себя слишком самонадеянно, раз седовласый уже знает обо мне куда больше, чем можно было ожидать.

– А сейчас нам пора, господа.

– Счастливого пути! – процедила я.

– До встречи! – ответил работорговец, ухмыляясь.

Около полудня я вернулась к портному, чтобы скрепя сердце отдать назад чудесное платье.

– Вот ваши деньги. – Он отсчитал обратно все до единой монеты, которые взял вчера. – Только платье тоже остается у вас.

– Почему? – изумилась я.

– Господин Андре приходил пару часов назад и спрашивал про вас. Мало кто осмелится врать боевому магу высшей категории, по крайней мере, простые портные точно не из их числа. Я все рассказал как есть, что вы хотите вернуть сегодня платье и что дочери Асуры оно невероятно идет. Тогда ваш хозяин заплатил за него и сказал, что давно собирался сделать такой подарок.

Мне захотелось попросить господина Халу ущипнуть меня, но он мог понять это превратно. Открыв дверь поместья, я внимательно изучила порог на предмет магической полосы и, очевидно, ее там не было. Однако перспектива сгореть заживо в дверях нового дома все еще не казалась привлекательной. Я прикинула, что пригодится мне больше – руки или ноги, и начала потихоньку просовывать в холл пальцы левой руки. По ту сторону мое плавное проникновение встретил громкий хохот господина Андре. Он стоял, опершись плечом на колонну, и сгибался от смеха, едва не роняя надкушенное яблоко.

– Извини, но это так смешно! – выдавил он и продолжил смеяться.

Я плюнула и стремительно вошла в дом.

– Держался как мог, но право, это так забавно! – повторил он, пытаясь успокоиться.

Удивительным казалось уже то, что это цельноледяное существо в принципе способно смеяться. Да не просто смеяться, а хохотать во весь голос. И конечно, он смеялся надо мной!

– Вот ваши деньги, – процедила я с плохо скрываемой обидой в голосе и протянула ему мешочек.

– Нет, прошу, оставь себе. Это ничтожная плата за мое вчерашнее дурное настроение.

Он отодвинул от себя руку, как будто я протягивала ему дохлую крысу.

– И часто у вас бывает дурное настроение?

– Случается, – ответил господин Андре, наконец успокоившись.

– О, это обнадеживает, – парировала я скептически.

Казалось, что, пожалуй, впервые этот хмурый и по-прежнему непроходимо самовлюбленный тип похож на какое-то нормальное живое существо. Ему смешно и даже, кажется, немного стыдно. И еще это надкусанное яблоко…

– Да прекрати, я уже сам себя наказал, мне пришлось самому готовить завтрак.

Наконец я тоже улыбнулась и пошла в сторону помещений для слуг.

– Халу прав, оно и правда тебе очень идет. Носи его, пожалуйста, ты украсишь мой дом.

«Опасную игру вы затеяли, господин Андре, – думала я, лежа в кровати и глядя в бархатную ночную темноту, затопившую комнату. – Не для вас опасную, конечно. Нет ничего эффективнее, чем так раскачивать лодку… Особенно когда речь идет о женщине, которая противостоит с голыми руками огромному неизвестному миру. Ох, как легко потерять голову и соскользнуть в такую сладкую иллюзию, что кто-то сильный, мудрый, готовый позаботиться о тебе, находится так близко… Кто вы на самом деле, господин Андре? – спрашивала я у образов, роящихся в голове, перекрикивающих и толкающих друг друга. – Кто из вас настоящий? Тот, кто пожалел чужачку и не дал ей остаться на улице? Или тот, кто выведывает тайны ее появления здесь, сидя в хороводе деревьев в волшебном саду? А может, тот, кто вышвырнул меня за дверь, сверкая молниями из глаз? Только бы удержаться и не скатиться в мечты о том, что настоящий маг смеется, извиняется, пусть даже и не произнося этого вслух, и правда любуется… – Этой мыслью можно было бы задохнуться, если не прервать, не спрятать ее, подобно преступнице, от самой себя. – О боги, если вы существуете на этой земле, сделайте что-нибудь со мной прямо сейчас, чтобы не угодить в эту ловушку!»

Торговцы иногда потешались, зная, что зачастую я понятия не имею, как выглядит то, за чем пришла, и регулярно подсовывали все, что заблагорассудится. Ингредиенты для зелий давно приходилось сначала проверять по книгам, но в библиотеке Андре не было руководства, как отличить мясо птицы от крысятины, или пособия по корнеплодам северной местности. Вот и сейчас Белла, хватаясь за голову, снова отправила меня на рынок, где под всеобщий гогот я пыталась доказать тучному фермеру, что платила совсем за другие продукты. Обида подступала к самому горлу, ибо чужачке уже не раз приходилось расплачиваться за собственные ошибки, и школа магического альянса вместо того, чтобы приближаться, все активнее махала на прощание.

В толпе неподалеку мелькнула фигура господина Андре. Он рассчитался с каким-то неприятным типом и повернулся в мою сторону, с интересом наблюдая за действом. Я решила, что если покажу свое знакомство с боевым магом, то торговец прекратит наконец безудержное веселье и согласится обменять товары. Однако при моем уверенном приближении лицо главы северного крыла озарилось искренним удивлением, а вслед даже некоторой настороженностью. Стоило подойти достаточно близко и открыть рот, как маг подался вперед и, выставив руку, выпустил с кончиков пальцев несколько крохотных синих символов. Светящиеся слоги дугой скользнули по воздуху, прилипли к моему горлу и вмиг заморозили его. Вместо приветствия наружу выбрался лишь тихий неприятный хрип, и я в бессильном отчаянии опустила руки…

– Пойдем, – тихо сказал Андре и, развернув меня за плечо, подтолкнул обратно к прилавку.

Магиус в нехарактерной для него нахальной манере выхватил кусочек бумаги с почерком Беллы из рук фермера.

– Это твоя подружка, Тадео? С какой из лун она свалилась? – продолжал ухмыляться торговец.

– Легко навариваться на приезжих дурочках, жирдяй? – прищурился Андре. – Выкладывай то, что должен, и мы в расчете. Тороплюсь.

Я беззвучно, по-рыбьи открыла рот, но поняла, что готова обменять это, в сущности, соответствующее реальности оскорбление на решение проблемы. Торговец загрузил в сумку овощи и свежие травы. Темный закинул ее на плечо и так же бесцеремонно толкнул меня к выходу. По ехидно ухмыляющемуся лицу моего хозяина периодически проходили странные легкие судороги, но даже при этом спутать одну из известнейших фигур города с кем-то другим казалось невозможным. Заметив пристальное внимание, маг резко повернулся. Его образ словно бы расслоился, оставляя в воздухе легкий след. И этот след представлял собой чужое лицо.