Елена Буровицкая – Принц, принцесса и странница (страница 21)

— По крайней мере, с мертвого дерева опала бы листва, — заметил маур. — А дальше все такие. Спящие, что ли.

— А что, — не стала спорить колдунья. — Может, и спящие.

— Вы не заметили, какой тут воздух? — спросил Лум.

— Стоячий, — кивнул маур.

И Алёна поняла, о чем они говорили. За границей мертвой зоны утих даже легкий теплый ветерок. А осознав это, ощутила, какая тут была тишина. Полная. Всепроникающая. Оглушающая.

Деревья стояли безмолвные, неподвижные. Не было ветра, способного их расшевелить, пошуршать зелеными листьями. Не нарушали вечную тишину крики птиц.

Лес спал.

— Мамочки, — прошептала Алёна.

— Что ж, по крайней мере, можем рассчитывать, что на нас никто не нападет, — оптимистично заявила Армида.

К исходу третьего или четвертого часа заскулил Цатур, вопрошающий, как на самом деле далеко замок. Ншун явно не привык к таким продолжительным и изнуряющим переходам, ему было труднее всех, и Алёна теперь недоумевала, зачем его вообще брали в команду. Не собирается же он, в самом деле, подружиться с её сестрой. Вполне возможно, что и времени на это у них не будет…

— Сложно сказать, — отвечала Армида. — Не хочу никого пугать, но идти ещё порядочно.

— Жалко, что ты не можешь нас туда перенести с помощью магии, — сказала Алёна.

— Мне тоже, малышка. Но давай радоваться, что благодаря Каве нам не пришлось двигать пешком аж из Лазурного Леса и преодолевать проклятую реку Чёрную.

— А почему эту реку называют проклятой?

— Это всё из-за преданий. Рассказывают, что над рекой Чёрной, на вершине хребта Аверабан, много сотен лет назад сошлись в поединке Великая Волшебница Айтл и Колдун. Он одолел её хитростью и сбросил тело Волшебницы вниз, с гор. По легенде, в эту минуту река Чёрная вздыбилась ужасным чудовищем и проглотила тело Великой Волшебницы.

— Неправда, — возразила Алёна. — Мы же видели её живой и невредимой.

И вновь тревога за львицу вернулась в сердце девочки. Жива ли она сейчас? Или Гельсэру удалось доделать то, что не вышло пятьсот лет назад?

Армида смутилась.

— Ну да. Потому-то я вам и не верила, что загадочная львица, которая помогла близнецам-пришельцам, та самая Айтл. По легенде, она погибла ещё тогда, пять сотен лет назад. Про нее с тех пор никто не слышал. Впрочем, теперь я понимаю. Она жила тайно, и общалась с избранными. Вот как с Ксеном, например. Или вашей подругой Арнис. Но история говорит о том, что она погибла, и все в это верят. Потому и не любят эти места…

— Что, идем? — нагло поинтересовался Глиск, выступив из-за карона. Мёрт, ухмыляясь, продемонстрировал оглушенного ншунёнка, приподняв его над землей за ногу.

Юля насупилась. А ведь всё было так хорошо. Ншуны собрали ей в дорогу покушать, дали нескольких в сопровождение и пообещали, что на рассвете она выйдет в Диаму. Юля так обрадовалась, что совсем позабыла о настырных колдунах. Которые, как оказалось, о ней помнили очень даже хорошо.

Ох, если бы она не пошла искать внезапно, в суматохе сборов, пропавшую Непоседу в одиночку! Видимо, вредные дяди подкараулили, когда та оказалась одна, и схватили с помощью магии. И если бы Юля с аскеолом была тогда рядом с Оцей… Ничего бы они девочкам не сделали. Опять позлились бы и ушли ни с чем.

А теперь что Юле делать, когда несчастная Оца у них? Может, ншунов позвать? В тот раз они помогли детям.

Нет, не выйдет. Гадкие дяди просто исчезнут с Оцей, и ищи их по всему свету. Теперь-то магирги готовы к нападению пушистого воинства.

— Так ты не будешь сопротивляться, или нам ещё и второго поймать? — преувеличенно ласково предложил Глиск.

— Не буду, — сказала Юля. — Где этот ваш шарик?

— Вот и умничка! — обрадовано воскликнул Мёрт.

Густой неподвижный воздух Спящего леса с трудом протискивался в легкие. Алёна пыталась вдохнуть поглубже, но не могла. Она бы даже запаниковала, но у нее не оставалось сил ни на какие эмоции.

Последняя вера, что им удастся спасти Юльку, угасала с последними же силами. Спящий лес давил, девочке даже представилось, что он сосал её жизнь, сосал и не насыщался…

Сколько они так брели? Армида утверждала, что половину дня. А у нее отличное чувство времени. Но Алёна не верила. Вечность — вот правильный ответ. Вечность в мире остановившегося времени.

Сначала Лум только поглядывал на нее, а потом подхватил на руки. Девочка благодарно уронила голову ему на плечо и затихла.

— Спит, — прошептала Армида. — Бедный ребёнок. На её долю столько выпало…

— Она не спала всю ночь, — вспомнил Лум. — Переволновалась. Конечно, кто ж в её возрасте выдержит.

— А ты? — с неожиданной заботой спросила Армида. — Сколько не спал ты?

— Я могу не спать много суток, — уклончиво отвечал Лум.

Армида вздохнула.

— Здорово. Я так не могу. Разве что с помощью колдовских травок, — спохватилась, испугавшись последней фразы. Она-то помнила, как Лум реагирует на её происхождение.

Однако, он, как ни странно, словно ничего не заметил.

Он спросил другое:

— Как ты думаешь, эти колдуны уже побывали в замке Ао?

— Вполне возможно, они сейчас там. Уж у них-то не было неприятных задержек, им ничто не мешало переместиться к Мун-Гадо ещё днем.

— Значит…

— Ничего не значит, — досадливо перебила Армида. — Чёрный Шар никто не разбивал. Уж я бы почувствовала. Когда наружу вырывается такая сила… Представляешь, как всколыхнется магия Валлеи?

— Не представляю, — хмуро сказал Лум, и Армида замолчала, прикусив губу.

Среди зелени просочилось серое пятно, и перед отрядом спрыгнул маур, на этот раз сам Ксен.

— Командир, ребята интересуются, можем ли мы сделать привал? Все вымотались до предела.

— Хорошая ид’ея! — поддержал его плетущийся за всеми Цатур и плюхнулся в траву.

Без особых раздумий согласился и Лум.

— Хорошо. Отдохнем. Что-то и в самом деле, устали все.

Устроились, кто где хотел. Чуть в стороне растянулись в траве мауры. Лум, Кава и Армида расстелили на земле плащи, уложили на них спящую Алёну и уселись сами. Цатур, брезгливо и зябко потрогав траву и придя к мнению, что она для него слишком прохладная, прикорнул на свободном краешке плаща со стороны Армиды.

А девушка тем временем копалась в сумке.

— Отдохнем немного, да надо подкрепиться, — сказала она. — Лум, в твоей сумке должен быть хлеб.

— Смотри, — улыбнулся он. — Все спят.

— Ну и пусть, — повела плечом колдунья. — Меня тоже в сон клонит. Я бы легла, да места на плаще и так нет.

— А ты в траву, как мауры, — совсем заулыбался Лум. — Или как Каф, головой на плащ.

Сам он, как видно, спать совсем не собирался.

— Ты поспи, а я часовым побуду, — предложил он Армиде.

Девушка с сомнением оглядела место привала.

Что-то не хотелось ей спать в этом месте. Все её инстинкты колдуньи кричали — не спи!

Мало ли что. Вдруг и Лум не выдержит, заснет. Кто-то же должен смотреть за лагерем. И разбудить всех, когда это будет необходимо.

И ещё эта тишина. Тяжкая, тревожная.

— Нет, не буду, — сказала Армида. — Я с тобой посижу.

«А на крайний случай у меня травка особая припасена, чтобы не спать», подумала она.

Лум привалился спиной к стволу.

— Как думаешь, Айтл выжила? — произнес он устало. — Только правду, твое мнение. Как… колдуньи, — добавил он через силу. — Не успокаивая меня, как Алёну.