Елена Булганова – Девочка, которая ждет (страница 33)
– Слушайте, в общем, есть разговор. И лучше здесь, чтобы вы кое-что увидели.
По кислым взглядам Марка, Бридж и Иолы было видно, что они уже не ждали хороших новостей. В общем, правильно делали.
Я вкратце рассказал о нашей встрече с Альдониным, о его странных речах и ненормальном поведении. А потом достал записку. Ребята передавали ее из рук в руки, и лица у всех становились просто ошарашенными, как прежде у меня.
– Цирк, ну цирк же! – вскричал Марк, активно жестикулируя. – То есть мы ныряем, раздеваемся под водой и дальше бежим голыми с нашими Спящими на руках? Хорошо, что я не вижу снов, иначе бы мне это приснилось!
– Алеша, может, он все-таки не в себе был? – потерянным голосом спросила Бридж. – Это можно понять, ведь он человека убил, хоть и случайно.
– Да я сам не понял, честно. Вроде он нормально разговаривал, а главное, знал и про нас, и про наш лагерь, все знал! В то же время боялся умереть на месте, если проговорится.
И записку эту писал в темноте, на ощупь, хотя совсем рядом фонарь был. Как будто опасался, что кто-то прочитает это у него через плечо!
– Опять призраки? – встрепенулась Иола.
– Да я откуда знаю? Никого там не было, в подворотне, и жара я не ощущал, как когда… Ребят, как думаете, правильно я не показал записку там, внизу? Не передал слова Платона?
Мне не терпелось переложить ответственность на плечи друзей.
– Правильно, – немедленно вынесла вердикт Иоланта. – Потому что фиг бы они нас отпустили в Нижний мир. Пошли бы сами, они же типа отвечают за нас.
– Не, они бы разделились, – со знанием дела подметил Марк. – Пошел бы Борис, а Милена осталась бы за нами присматривать. Или срочную эвакуацию нам устроили бы. Правильно, Леха, что не показал, молоток.
Тут я малость успокоился, вернул записку в задний карман и сказал:
– Ну, вперед!
Через мгновение мы уже неслись по снежной целине, вздымая за собой снежные вихри метра в три высотой. Перелетели через забор, промчались по пустынному лесу и дисциплинированно замедлили бег на границе города.
Город, как всегда, спал только одним глазом. Светились особенно ярко редкие окна, шныряли торопливыми тенями поздние прохожие. Я жадно впитывал в себя все эти картины, запахи, ощущения моего родного мира, прежде чем уйти в мир другой, чужой, и кто знает, как надолго.
Вот и забитая машинами стоянка рядом с нашим домом. Первым делом я посмотрел на окна Разиных. И даже слегка удивился, обнаружив там свет, и в большой комнате, и на кухне. Только Тасины окна были темны. Что ж, это давало надежду, что родители ребят благополучно вернулись домой, а Ванька на кухне, должно быть, замаривал своего на редкость прожорливого червячка.
На двери подвала, конечно, висел новый замок, пришлось его аккуратно сорвать. Мы проникли во влажное и довольно-таки вонючее помещение – нашим чутким атлантским носам здесь пришлось несладко. Я внимательно осмотрел бетонную стену, за которой начинался спуск в пещеру. Интересно, кто ее отремонтировал, сам Игорь или жилищные службы спохватились? В общем, стену мы с Иолой прошибли в пару пинков. Начинающийся сразу за ней лаз был наглухо забит крупными камнями, в том месте, где проход расширялся, оказались целые валуны. С ними пришлось повозиться, доставали по одному, осторожно передавали друг дружке, чтобы обвалом не перебудить целый дом. Наконец проход был расчищен. Куртки мы еще раньше решили спрятать тут же в подвальном хламе, вдруг и возвращаться придется этим путем.
И снова расставание. Мы по очереди пожали друг другу руки, девочки обнялись и о чем-то там пошептались. А потом мы с Иолой по очереди спустились в лаз.
Сначала спуск был крутой, а потолок низкий, приходилось буквально скользить на пятой точке. Потом туннель заметно расширился, и удалось встать на ноги. Я телефоном подсвечивал пространство вокруг нас, просто из интереса – ведь в первый раз не до того было. Только теперь я заметил, что земляные стены и потолок выложены мелкими разноцветными камушками, которые образовывали какой-то сложный абстрактный рисунок. А под ногами была утрамбованная земля и ощущалось нечто вроде неглубоких канавок.
– Думаю, этот лаз очень древний, – на ходу комментировала Иола. – Может, когда Древние поселились в этих местах и еще не наладили свое подземное хозяйство, то по этому проходу гоняли тележки со всем необходимым. И города тогда никакого не было, только бескрайние леса да болота.
– Ага…
Честно сказать, мне было совсем не до погружения в историю. Я пытался расслышать, что происходит внизу, в пещере, но слышал только грохот: это Марк и Бридж заметали за нами следы, вновь забивая камнями лаз.
Земля под ногами сделалась совсем ровной – мы были уже внизу. Туннель вывел нас в буферную пещеру, частично обвалившуюся. Я сразу заметил, как за земляной кучей какая-то фигура попятилась в темноту, и крикнул:
– Эй, кто это там?
Немедленно в том месте, куда я глядел, вспыхнул свет фонарика, и фигура выступила вперед, сложила руки на груди таким знакомым мне манером.
– О, а я-то думала, на нашу пещеру напали все атланты разом! А это всего лишь мой маленький братец пожаловал в гости!
– Очень надо на вас нападать, – проворчал я, пытаясь разглядеть Киру. Но фонарик был закреплен у Кирки на лбу и нещадно бил по глазам.
Мне вдруг стало невыносимо жаль сестру: ходит тут, как привидение, ночи напролет. А ведь она всегда терпеть не могла темноту, в комнате своей включала все, что только можно, и спала с ночником в виде речной лилии. Говорила, в темноте ей душно и хандра заедает.
– Дома все в порядке? – вдруг заволновалась Кира. – Родители здоровы?
– Дома нормально, – ответил я. Потом сообразил, что нужно познакомить девочек, и сказал неловко: – В общем, Кир, это Иола, моя… Ну, ты сама знаешь.
Девчонки обменялись довольно холодными приветствиями.
– Позволишь пройти через вашу территорию? – спросил я вроде как в шутку.
Кирка выразительно хмыкнула:
– А куда деваться? Идите.
И первой пошла к выходу в широкий главный туннель, осторожно перешагивая земляные кучи.
– Игорь… не проснется?
– Можно подумать, ты его боишься! Растерял силушку?
– Нет, просто не хочу, чтобы ты вдруг уснула и упала на камни.
На самом деле встречаться с Печерским я хотел меньше всего на свете. Ни один человек не вызывал у меня такого острого желания прикончить его на месте, а ведь нам, атлантом, даже думать о таком нельзя.
– Чем ты тут занимаешься, Кира? – спросил я, идя следом за сестрой по гулкому, слабо освещенному туннелю, мимо черных раззявленных ртов небольших пещер.
– Ты спустился, чтобы узнать об этом?
– Кир, ну прекрати! – взвыл я. – Мы же с тобой родные, почему не можем поговорить как прежде?!
– А когда это ты прежде интересовался моими занятиями? – огрызнулась Кира. Но мне показалось, что голос ее малость смягчился.
– Потому что был мелким идиотом! И теперь очень об этом жалею!
Сестра помолчала, пару раз вздохнула. А потом все же ответила:
– Ну, в основном уроками, школу-то нужно заканчивать. Еще книги читаю, у Игоря их много, про мир Древних. И гуляю, когда погода нормальная: выбираюсь через шахту в лесу и иду в город. Под нашими окнами часто брожу.
Меня аж в жар бросило от этих слов, столько в них было тоски. Почему такое случилось с нашей Киркой, ведь она совершенно ни в чем не виновата? Я виноват, я ее подставил. И помочь ничем невозможно.
– А зайти слабо? – Свое огорчение я привычно замаскировал под грубость.
– Ночью?
– Да родители в любое время будут рады тебя видеть! А потом, этот твой что, не может выпить двойную дозу сонника? Чтобы ты могла нормально пожить днем, дома побывать?
– Нет, у Игоря днем всегда много дел…
– Каких это, интересно?
Но Кирка, кажется, сама была раздосадована вырвавшейся фразой.
– Тебя это точно не касается, братец!
– Ладно, а в Черных Пещерах ты уже побывала? – сменил я тему.
– Нет, Игорь не хочет, чтобы я сама туда ходила. Мало ли как отреагируют… тамошние обитатели. Потом, когда уж соединимся. А вы зачем туда, если не секрет?
– Есть дела, – пробурчал я.
Уж Игорю точно не следовало знать про исчезновение нашего директора и про странные события, творящиеся в лагере.
– Вот так сразу пойдете? Можно чаю попить, я обед только что сварила.
Я недоверчиво хмыкнул: Кира и готовка – понятия несовместимые.
– Нет, мы правда торопимся, – сказал как можно мягче. Наверное, сестре было очень одиноко, раз попросила об этом.
– Вы этим же путем будете возвращаться? Или сразу в свой лагерь?
Вот хотелось бы мне самому знать ответ!
– Как получится, Кир. Думаю, по-любому скоро увидимся.