Елена Булганова – Девочка, которая спит. Девочка, которая ждет. Девочка, которая любит (страница 35)

Когда я обернулся, его с женой на поляне уже не было. Без особого желания я поплелся в сторону играющих. Проходя мимо мяча, попробовал пошевелить его ногой, но он оказался чудовищно тяжелым, словно отлитым из железа.

Парень, который меня чуть им не убил, подошел, легко подхватил мяч и отправил его в сторону остальных. А потом сказал:

– Слушай, пацан, извини, не знал, что ты в ауте. Эрик вроде грозился, что сразу двоих привезет.

– Как это – в ауте? – спросил я.

– Ну, вдали от своей половинки. Они за ней поехали?

Я кивнул. Парень протянул мне руку:

– Я – Дима. Дмитрий Васильев. Учился бы сейчас в восьмом классе, если б сюда не попал. А ты?

– Алексей Громов, – представился я и крепко пожал протянутую руку. – Тоже в восьмом.

– Неважно, тут этих глупостей с классами не наблюдается! Ну, двигай к дому, я тебе все покажу.

Мы подошли к длинному зданию, и тут я понял, что оно мне напоминало. У родителей на фотках, где они в пионерском лагере, я видел точно такие длинные бараки. Возможно, когда-то это и был лагерь. Мы поднялись на невысокое крыльцо и вошли в длинное, узкое помещение.

Здесь были кровати типа больничных, в два ряда. И такие же тумбочки рядом с ними. Пахло сыростью и мокрыми досками. На некоторых кроватях валялись какие-то вещи. На одной тумбочке лежала книга, на другой – тюбик зубной пасты и перепачканная щетка.

– Занимай свободную, – гостеприимно предложил мне Васильев. – Кидай свои вещички.

– Да у меня и вещей нет, – сказал я.

– Черт, а я и не заметил! – удивился парень. – Ну, потом положишь, вон хотя бы на койку у стены. Хотя, мобильник же у тебя есть? Вот его и оставь, все равно внизу не ловит. И куртку, там жара.

– Где – там? – спросил я.

Дима просто расплылся в улыбке:

– А ты решил, мы по правде тут живем? Нет, это все для отвода глаз, если опять пожарные или санэпидстанция прикатят. А нам – туда.

Он носком ботинка потыкал в пол, и я заметил под его ногой небольшое кольцо, не больше тех, что носят на пальце. Дима сунул указательный палец в кольцо – и вдруг легко выхватил часть пола. И я увидел квадратный люк, в котором была чернота.

– Там лестница, – сообщил Васильев. – Но лезть по ней задолбаешься, слишком глубоко. Могу помочь с транспортировкой.

Я понял, что он имеет в виду, и потряс головой. Потом сел на край люка, нащупал в темноте железные ступени и начал спускаться. Скоро руки у меня занемели, а дна все еще не было. И ни единого лучика света снизу. А потом исчез и тот, сверху: люк с грохотом захлопнулся. Тут же мимо меня пролетело что-то большое, крепкие руки оторвали меня от лестницы, и через мгновение я снова стоял на земле.

– Прости, друг, но ты бы по этим ступенькам часа два полз, – услышал я в темноте смеющийся голос Димы. И только вздохнул в ответ.

Кругом царила тьма. Я пожалел, что оставил наверху телефон, – сгодился бы как фонарик. Но потом услышал шаги и легкий скрип и ослеп от яркого света, хлынувшего в маленькую дверцу.

– Чего стоишь, пошли! – Васильев подтолкнул меня в плечо, и я буквально вылетел… наружу?!

Тут уж у меня совсем крыша съехала. Я бы подумал, что каким-то чудом вновь оказался на улице, если бы не одно явное отличие: на улице стоял дубак, и земля завалена снегом. Здесь же под ногами стелилась изумительная зеленая травка, вокруг росли деревья, а все это заливал солнечный свет. Я запрокинул голову и обнаружил над собой сияющее золотом небо. Как если бы солнце вдруг взорвалось, распалось на кусочки и заполнило все вокруг.

– Где мы? – пролепетал я.

– Под землей, ясный перец, – ответил Дима.

– А что там, вверху?

– Ну, это такие лампы специальные, – расплывчато пояснил парень. – Не знаю, как они устроены, но эффект от них, как от солнца, даже круче. Смотри не обгори с непривычки.

Если мы и были в подземелье, то оно было просто огромным. Я видел вокруг какие-то лужайки, огороды и даже стадо коров и коз вдалеке. Деревья были так здорово рассажены по периметру, что земляных стен совсем не было заметно.

– Кто это строил? – спросил я. – Ведь это же просто невероятно!

– Почему невероятно? – Дима пожал плечами. – Ты видел парочку, что на поляне резалась в картишки? Так вот для них такое подземелье – неделя работы. Чем им еще заняться? В мяч им играть скучно, да, по правде говоря, на них и мячей не напасешься. Только строили это не они, а те Соединившиеся, кого Эрик Ильич нашел первыми. Для них это было вроде физкультуры. А потом они наткнулись на такое, о чем даже Соболь не мог догадаться…

Дима покосился на меня – наверняка ждал, что я буду умолять о продолжении рассказа. Но мне уже надоело чувствовать себя придурком, который только трусит и удивляется, так что я решил молчать. Все равно со временем сам все узнаю. Васильев, кажется, обиделся немного, сунул руки в карманы и пошагал через луг. Я заспешил следом.

Мы прошли мимо коров и двух лошадей, гнедой и белой, мимо огородов и парочки деревянных домишек и уперлись в земляную стену. Стена была невероятно ровной и утрамбованной, а в ней – дверь. Через нее мы попали в длинный коридор. Здесь стены были выложены камнем, и выглядело это очень круто. Словно в каком-то старинном замке. Длинные лампы тянулись вдоль всего коридора, наполняя его мягким светом.

– Вот, типа тут мы и обитаем, – сообщил Дима. – По этому коридору расположены классы и жилые комнаты. Нас пока здесь мало живет, так что есть из чего выбрать. Сейчас этим займешься?

– Успеется, – отмахнулся я. – Лучше покажи, что тут еще.

– На самом деле подземелье не очень большое, – предупредил Дима. – Только главная поляна огромная. Есть еще одна, там река течет, можно купаться, рыбу ловить. Мы даже летом все больше тут сидим. Это сейчас нас Соболь на улицу гонит. А то неделю назад какая-то комиссия была, так тетки все удивлялись, что мы такие загорелые. Пока мадам им не соврала, что спонсоры нам всем подарили абонементы в солярий. Представляешь?

Он жизнерадостно захохотал. Мы уже прошли коридор насквозь и снова уперлись в стену. Здесь тоже была дверь, но только очень странная.

Во-первых, она была круглая и сильно напоминала крышку от бочки. Во-вторых, огромная, в три человеческих роста. Сделана из дерева и сверху обита железом. Засовов было четыре, каждый с мою руку, и они все были направлены в разные стороны. Посередине находился какой-то механизм, который, видимо, позволял открыть все четыре засова разом.

– А что там, за дверью? – спросил я.

Дима нагнал на лицо выражение одновременно загадочное и зверское, немного помолчал, а потом шепнул мне в самое ухо:

– Что там, спрашиваешь? Да там такое, что тебе и в самом кошмарном сне не приснится! Вот на них и наткнулись те, кто строил убежище.

Я невольно попятился и подумал, что засовов могло быть и больше. И еще мне очень захотелось оказаться на поверхности земли.

– Там правда кто-то есть? Кто-то живой?

– Там? – захихикал Васильев. – Да они везде! То есть, можно сказать, наш пол – это их потолок. Поэтому наши ребята долго не знали о них, пока не напоролись на воздуховод.

– И после этого вы продолжаете здесь жить? – прошептал я, чувствуя, как спина покрывается холодным потом. Хорошо Диме, он хоть при своей силе и скорости, а я в случае чего даже убежать не сумею.

Глава семнадцатая. Первые уроки под землей

– Да ладно, не дрожи! – совсем развеселился парень. – Никаких чудищ там нет. Но всегда приятно пугануть новичка.

Я немного расслабился.

– А за дверью – просто шахта лифта. К нам на этом лифте всякие гости приезжают.

Я снова запаниковал: что ж это за гости, которые приходят из-под земли?

– Какие гости? – спросил я. – Хорош трепаться, скажи толком, кто живет под нами?!

– Древние, – с какой-то особой интонацией произнес Васильев. – Тебе же Соболь наверняка исполнил любимую песню о том, как прекрасен был мир в стародавние времена, когда его населяли всякие невообразимые создания. Было?

– Было, – кивнул я.

– Ну вот, только он-то думал, будто они давным-давно уничтожены. И что уцелели только мы, потому что похожи на обычных людей. У Древних, конечно, тоже есть такие, кого можно принять за людей, но только на пару секунд и издалека. Так что у них не было шансов. И вдруг оказалось, что некоторые все-таки сумели выжить. Они построили здесь свои подземные города, думали, в этих местах никогда не возникнет цивилизация. Потом, конечно, у них начались проблемы. Но пока ничего, держатся.

– А к нам они как относятся? – не утерпел я.

– К нам – нормально. Мы же их братья по разуму, забыл? Это они дали нам искусственное небо и еще много чего. Правда, вначале они решили, что мы встанем на их сторону, когда начнется решающая битва.

– Битва… с кем? – поперхнулся я воздухом.

– С людьми, естественно, – как ни в чем не бывало заявил Васильев. – Им же неохота вечно сидеть под землей. Только мы им популярно объяснили, что выросли среди людей и воевать против них не станем. А главное, даже если бы нам охота была повоевать, мы все равно не можем этого сделать. Ну, ты знаешь почему…

– Не знаю, – честно признался я, сгорая от любопытства. – Почему?

Тут Дима глянул на меня искоса и некоторое время словно бы боролся с собой. Потом с сожалением произнес:

– Нет, если тебе Ильич об этом еще не сказал, то и я не стану. Он же у нас босс, верно? Узнаешь в свое время.