Елена Булганова – Девочка, которая спит. Девочка, которая ждет. Девочка, которая любит (страница 175)

Ага, кажется, подбираемся к сути. Акила, воспользовавшись паузой, спросил:

– И зачем вам теперь понадобилось это яйцо, приор Архелай?

– Затем, что сейчас самое время использовать его в борьбе против Древних, – раздраженно отозвался приор. – Теперь, когда они без особых усилий подчинили себе огромную территорию, что мы можем им противопоставить? Силы Ордена ограниченны и рассеянны, поскольку нам приходится присматривать и за другими общинами. Наша война, по сути, проиграна, разве нет? Литосы – последняя надежда. Они не подвержены излучению, поскольку едва ли обладают разумом. Но они будут неистово защищать свое яйцо, а уж наше дело направить их агрессию в нужное русло.

– Но вы же говорили, что с яйцом вообще ничего невозможно сделать, – спохватился я.

– Это так, – степенно кивнул приор. – Но мы еще не все испробовали. А литосы – идеальные стражи. Уже существующие особи станут защищать территорию, где находится яйцо, и уничтожать всех, в ком усматривают угрозу, проверено на примере этого островка.

– А разве Верховный Паж не в курсе того, что литосов можно использовать в борьбе с русскими Древними? – не унимался мой напарник.

Приор вскочил на ноги, нервно прошелся вокруг стола, какое-то сильное чувство исказило его выразительное лицо.

– Верховный Паж… Я помню его совсем еще мальчишкой, когда четверть века назад после героической – и напрасной – гибели прежнего Верховника он занял этот престол. То было время великих надежд, ведь юный Винсент был так убедителен. Он искренне верил, что с Древними можно найти общий язык, договориться о мирном сосуществовании всех рас на земле. Даже я попал под его влияние, был вдохновлен и от души приветствовал перемены. Но, увы, очень скоро выяснилось, что земной шар чрезвычайно мал, на нем и людям-то тесновато, ни о каком мирном сожительстве столь различных существ и речи быть не может. Тогда наступило разочарование. И многие, очень многие отступились от Верховника. Я держался дольше остальных, но у всего есть предел, а нынче ситуация слишком опасна. Я лично подал ему проект борьбы с Древними руками – или что там у них – еще более Древних. Но Винсент отверг эту идею с ужасом и с тех пор каждый раз при встрече косится на меня, как на монстра.

– Почему? – оторвавшись от тарелки жаркого, спросил юный Сид, тараща от любопытства глаза.

Приор, сев на место, задумчиво потрепал мальчишку по растрепанным волосам.

– Ну, камням ведь не объяснить, кого именно нужно устранять. Защищая яйцо, они проведут полную зачистку территории.

Я похолодел от ужаса. Захотелось запустить в этого нелюдя миской с остатками жаркого или даже лучше чайником с кипятком, который один из пажистов только что поставил на стол. Но Печерскому было плевать на людей, и я силой удержал на лице холодную усмешку.

– А вы что хотите? – в гнетущей тишине фыркнул приор. – Спасать мир всегда кровавое и подлое занятие!

– И потому вы организовали заговор против Верховного Пажа, подменили карты, погубили собственного кадета, а может, и еще многих ребят, – вроде бы спокойным голосом констатировал Акила. – Но если вам так нужно яйцо, почему бы снова не истребить всех литосов, как в Африке?

– Сейчас я не обладаю для этого достаточной мощью, – живо возразил приор. – И не хочу больше рисковать своими ребятами. Так что на этот раз все пройдет мирно, ведь для литосов атлант явно не по зубам.

Акила вскинул голову, его золотистые глаза превратились в щелки:

– Мирно? А ведь нас с Сидом вы посылаете туда на верную гибель и даже не скрываете этого!

Архелай развел руками, лицо его сочувственно сморщилось:

– Ну, злая шутка судьбы, что ты оказался в паре с нашим российским гостем. Я надеялся, что это будет кто-то из моих мальчиков, тогда бы все обошлось без лишних жертв. Но мне не нужно, чтобы Винсент раньше времени узнал о моих планах, а удерживать тебя в плену… Я всегда восхищался твоей находчивостью и смекалкой, мальчик, так что – нет.

– Хорошо, это я понимаю. – Губы моего напарника побелели от невероятного напряжения. – Но оставьте Сида, он будет молчать…

– Не буду! – выкрикнул мальчик, лицо его вспыхнуло, в глазах заблестели слезы.

– Или хотя бы заберите с собой, спрячьте от Верховника!

Но приор медленно покачал головой:

– Нет, дело должно быть сделано чисто и без торчащих хвостов. Так что если вы готовы…

Тут он глянул на Женьку:

– Ты что решил? Все еще хочешь идти с ними без всякой в том необходимости?

– Хочу! – заявил Карамыш, и я поглядел на него с удивлением. Да что такое с этим парнем?

– Может, желаешь поговорить по телефону с отцом?

– Я лучше ему напишу, – уже тише и не так решительно сказал Женька. Но едва один из парней положил перед ним лист бумаги и ручку, с остервенением принялся что-то строчить.

Тут я решил, что настала пора и мне сказать свое веское слово. И произнес как можно холоднее:

– Все это замечательно, но до сих пор никто не спросил, хочу ли я включаться в охоту за яйцом. И это странно, потому что я-то как раз не согласен. Я прибыл для участия в акколаде, вы ее сорвали, ну и все, до свидания.

Приор Архелай внимательно слушал и поглядывал на меня вполне благодушно – вероятно, Гай предупредил его о мерзком характере Печерского. Затем ответил:

– Боюсь, тебе придется. Слишком многое поставлено на карту.

– С вашей стороны, заметьте. А я даже не член Ордена и теперь уж не рвусь им стать, раз вы друг с другом поладить не в состоянии. Для меня место в этом мире всегда найдется.

Выпалив все это на одном дыхании, я остался горд собой: Печерский бы наверняка точно так и сказал. Приор же только усмехнулся:

– В таком случае боюсь, искать место в мире тебе придется уже не как атланту – как человеку.

– В смысле?

– В далекой России по первому же моему звонку твоя половинка будет уничтожена.

Перехватило дыхание. Кирка! Это ведь не так трудно устроить: просто выстрелить… Она не ждет подвоха и не остерегается…

Из меня словно воздух выпустили. Я отвернулся, чтобы не видеть вроде как сочувственное лицо приора, и ровным голосом произнес:

– Это все бессмысленно. Я потерял силу атланта, едва очутился на острове. Так что можете убить меня сразу, мне без разницы.

Приор залился тихим смехом:

– Это ерунда, мой мальчик, не бери в голову. Я просто забыл упомянуть еще об одной мере безопасности на этом острове: здесь мы используем особый глушитель, который парализует сверхспособности большинства Древних, включая литосов. Иначе никто, ощутивший на себе прикосновение литоса, тут уже не сидел бы, а среди вас такие, знаю, имеются. Зато по острову бродили бы ваши печальные копии.

Я видел, как содрогнулся Акила, бросил испуганный взгляд на брата, вопрошающий – на меня. Потом сказал:

– Рауля они прикончили.

– Просто не выдержало сердце, – отмахнулся приор, словно речь шла о сущем пустяке. И продолжал: – Но когда ты окажешься в подземелье, блокиратор будет отключен, иначе у тебя в самом деле не останется ни единого шанса против этих созданий. Имей в виду: это случится не сразу. Получив сигнал о чужаках, литосы, которые сейчас расползлись по острову, вернутся в подземелье, так что какое-то время вам придется продержаться, ну да опыт уже имеется. Мы же укроемся на побережье, и вот тогда…

Я в этот момент просто воспарил, хотя ситуация едва ли к тому располагала. Значит, я все еще атлант, с Иолой все в порядке! И, вернув свою силу, в темпе выберусь на поверхность, рвану на берег, отберу у этих гадов плавсредство – и прощай остров! Доберусь до дома прежде, чем Гай что-то узнает, заберу сестру… Но демонстрировать свое облегчение не стал, напротив, сказал до предела упавшим голосом:

– Слушайте, они же все равно мне там без надобности. – Я кивнул на Акилу и прильнувшего к нему Сида. – Возьмите их в дополнительные заложники и отдайте мне, когда вернусь, договорились?

Но приор медленно и торжественно покачал головой:

– Я своих решений не меняю. Идите. Захватите рюкзаки возле второй палатки, там все необходимое. А также инструкция, куда принести добытое. Ну что ж, удачи!

Я хмыкнул, поднялся на ноги и первым зашагал прочь, даже оглядываться не стал. Рюкзаки, не слишком объемные, притулились к дереву: всего два, видимо, Сид в счет не шел, а Женька не планировался. На них лежали четыре налобных фонарика и два резака, – тут уже в счет, похоже, не шел я.

Кроме того, обнаружились два баллона обтекаемой формы, с двумя петлями вдоль блестящего корпуса. Я уже знал, для чего они. Акила, взяв один и покрутив его в руках, сунул в петли правую руку, подтянул их, и баллон словно прирос к нему. Второй баллон он помог надеть Женьке, обратив его внимание на рычажок, который удобно располагался под указательным пальцем.

Глава девятнадцатая. Предатель

Я приблизился к конусу-колодцу, стены которого были выше меня, обнаружил приставную железную лесенку, по ней заполз наверх и перегнулся через каменную кладку. Сначала показалось, что колодец бездонный, потом я разглядел внизу что-то зыбкое, мерцающее. Луч фонаря прочертил пространство – это Акила склонился над отверстием. Стало видно, что внизу нас поджидает очередное болотце: между бурыми островками земли бликовала вода. Вбитые в камень железные скобы вели вниз, я первым полез по ним, за мной Женька, следом Акила, страхующий брата.