Елена Булганова – Девочка, которая спит. Девочка, которая ждет. Девочка, которая любит (страница 172)

– Давай, – согласился Акила с такой готовностью, словно ждал этого разговора.

– Значит, так, – начал Эйден. – Это ведь диверсия, верно? Или провокация, не знаю, не силен в сложных терминах. И зачинщиком может оказаться какой угодно приор, да хоть мой. Ведь Верховным сейчас далеко не все довольны. То, что Рауль в таком состоянии – ну, он может и притворяться, сам знаешь, какой он приколист и актер… раньше был. У Барта голова расколота, но это тоже ничего не значит: он сын моего нынешнего приора, а эти сыновья на что угодно пойдут, лишь бы выделиться. Да и привыкать нам, что ли, к разбитым башкам? Со всем пока согласен?

Акила очень серьезно кивнул, давая понять, что считает возможным такой расклад.

– Но эту штуку с картами мог проделать и сам глава Ордена, и тогда в деле ты и твоя компания, – продолжал Эйден. – Верховному Пажу едва ли пришлись по душе все эти требования устраивать выборы и клеймить его потомство, ведь там, глядишь, и до ограничения полномочий дело дойдет. Если в ходе акколады будут жертвы, хотя бы одна – этого окажется достаточно, чтобы обвинить во всем верхних приоров, может, даже разогнать их к чертям, сослать куда подальше. А к себе приблизить низших, зато имеющих на руках такие козыри, как атлантская пара, к примеру.

Эйден смолк, и Акила снова кивнул: мол, понимает и не намерен оспаривать его выводы.

– Так я что предлагаю? Следим друг за дружкой в оба глаза, если какие непонятки – задаем вопросы без опасений нарваться. Но никаких наездов и даже подколок без веских доказательств, договор?

И протянул Акиле перемотанную руку, которую тот с готовностью пожал, правда, не ладонь, а выше, за запястье. Чуть помедлив, Эйден с кислым видом протянул руку и мне, а я так растерялся, что и в самом деле пожал ее, заставив парня болезненно зашипеть. Потом мы дружно поглядели на Рауля, который стоял к нам вполоборота и таращился пустыми глазами в просвет между двумя толстыми стволами, растущими из одного корня. Выстроились прежним порядком и зашагали без всякой тропы между плотно растущими деревьями с сомкнутыми в один сплошной шатер блеклыми кронами.

Мы шли минут пять, и все это время меня преследовало странное чувство, будто за нами кто-то крадется, следит из-за деревьев. Волновался и идущий рядом Карамыш, постоянно оглядывался, цепко посматривал на грозное оружие в моих руках.

– Эй, ты как вообще?

Кажется, я целый век с ним не разговаривал, поэтому сейчас развернулся корпусом к своему оруженосцу и тут же краем глаза поймал что-то белое, стремительно движущееся прямо на Женьку.

– Берегись! – завопил, пихнув Карамыша в плечо.

И тут же получил сильнейший толчок в спину, словно паровоз в меня врезался. От этого удара я влетел головой в дерево шагах в десяти от тропы, причем мой включенный резак вгрызся в древесину, и во все стороны полетели опилки. От них я практически ослеп и, пытаясь проморгаться, только слышал со всех сторон крики, стоны, шум падающих тел. И понимал, что на этот раз атакованы все без исключения.

Не знаю, сколько бесценных мгновений мне понадобилось, чтобы вернуть себе способность видеть. Та еще картина предстала моим глазам: в паре шагов от меня Акила и Женька сражались с обнаженным человеком громадного роста, вернее, Акила пытался вырваться из его объятий, а Карамыш носился вокруг с резаком и уже откромсал твари одну руку.

Невдалеке Эйден боролся в одиночку, и я сразу понял, что дела его куда хуже: лысый голый монстр навалился на него сверху, давил одной ладонью на лицо, а второй на грудь с такой силой, что парень побурел, с хрипом втягивал воздух и скреб землю окровавленными руками. Оружие его валялось далеко в траве. Почему-то у меня мелькнула мысль: монстр не знает, как правильно душить человека, иначе все бы уже было кончено. Еще я успел заметить Рауля, который знакомо мне бился на земле, и неподвижно лежавшего лицом вниз Сида.

– Помоги! – прохрипел Эйден, устремив на меня мутнеющий взгляд.

Я прыгнул монстру на шею, но он тут же откинул меня лишь одним движением твердого скользкого плеча. Мало что соображая, я откатился к дереву, между корней которого бесцельно рыхлил землю мой включенный резак, схватил его, бросился назад. И застыл в полной растерянности.

– Руби его! – уже явно из последних сил простонал Эйден.

Я в панике замотал головой, подскочил сбоку и мигом отпилил монстру руку. Эйден смог втянуть в себя воздух, но уже в следующий миг однорукое тело рухнуло на него сверху, зубы впились в щеку. Колотя по лысой голове кулаками, парень отчаянно завопил:

– Голову, голову ему режь!

Я понимал, что мне конец, но все же начал нацеливать на шею монстра свое оружие. Казалось, весь мой организм бунтовал и не давал совершить непоправимое, руки ходили ходуном, я едва не перепилил сам себя…

Подскочивший Акила в последний момент вырвал у меня резак и совершил то, что я почти решился сделать: распластал монстра от макушки до бедер. Эйден вскочил, весь залитый вязким белым веществом, бросился к Раулю, тогда как Акила упал на колени рядом с Сидом. Я оглянулся, поискал глазами Карамыша: он сидел на траве и со свистом переводил дыхание.

– Он живой? – спросил я, склоняясь над Акилой и Сидом.

– Все в порядке, – хрипло отозвался парень, бережно ощупывая голову мальчика. Сид уже открыл глаза и косил ими, стараясь из-под руки брата оценить ситуацию. – Его просто отшвырнули.

– Я думал, в космос улечу, – невнятно проговорил Сид, силясь улыбнуться.

Тут мы услышали, как громко всхлипнул Эйден, дружно повернулись в его сторону, и Акила крикнул:

– Что там?

– Он мертв!

Акила разом вскочил на ноги, подошел к Раулю, глаза которого были закрыты, а лицо наконец выглядело спокойным и расслабленным. Я подтянулся следом, трусливо прячась за спиной напарника, но Эйден все равно увидел меня и заорал:

– Ты, гад! Почему не убил эту дрянь сразу? Я бы успел спасти Рауля!

И рванул ко мне, но Акила встал стеной у него на пути, широко расставил руки и ноги:

– Эй, прекрати, слышишь?! Не убил, потому что не мог, ты же в курсе.

– Да плевать мне! Почему мы готовы отдать жизни друг за друга, а эта мразь нет? Да как ты вообще можешь за него заступаться, он же не человек!..

И вдруг зарыдал, закрыв лицо руками.

– У Рауля нет ран, что произошло? – спросил Акила, думаю, для того, чтобы переключить внимание Эйдена.

– На него напало то, невидимое, – невнятно проговорил тот.

– Понятно.

– Если бы я успел его оттащить…

– Ладно, чего теперь.

Эйден сел на землю рядом с Раулем и обхватил колени руками, явно давая понять, что больше не сдвинется с места.

– Слушай, – как можно мягче заговорил с ним Акила. – Нужно идти дальше, выбираться отсюда.

Эйден поднял голову, жутковатая улыбка застыла на его посиневших губах:

– Зачем? Посвящение для меня закончено, я проиграл. Не спас товарища… Останусь тут, пока наши не придут за телом. Может, я и потом не вернусь. Поселюсь на острове и буду самолично крошить этих монстров, хоть какая-то будет от меня польза.

– Не дури, пойдем, – как ребенка, уговаривал его Акила. – Мы не оставим Рауля здесь, понесем его по очереди на руках, хотя бы до ближайшего форпоста. И ты не проиграл, вот увидишь, клянусь тебе!

– Ладно! – Эйден, помедлив, рывком поднялся на ноги. – Только понесем мы с тобой по очереди, ладно? Чтобы этот гад даже коснуться его не смел! – Очередной полный ненависти взгляд в мою сторону.

– Как скажешь, друг. Только давай уже выбираться отсюда.

Эйден поднял Рауля, постанывая от боли в кистях, Акила подхватил резак и возглавил колонну. Я тоже хотел взять свой, но меня опередил Карамыш со словами:

– Я понесу, уже освоился.

Я был так раздавлен случившимся, что даже не возражал.

Мы двинулись вперед, без всяких эмоций переступив отрубленные конечности и сами тела обитателей острова. Лес все не кончался, ребята пару раз останавливались, передавали друг другу тело Рауля, я же просто шел по их следам, глубоко отпечатывавшимся во влажной почве.

Неожиданный, но знакомый звук заставил всех вздрогнуть и вскинуть головы. В просвете голых крон я усмотрел небольшой блестящий красно-белый вертолет, а потом мощный голос перекрыл все прочие звуки:

– Участники акколады, ребята! Ваше испытание с этой секунды прекращено. Мы просим всех оставаться на своих местах и ждать эвакуации! Кто находится возле форпостов – укройтесь в них и не выходите наружу! Кто в лесу – постарайтесь расчистить место для посадки вертолета, валите деревья, по возможности разложите костры по периметру места расчистки! Старайтесь не наступать на землю, передвигайтесь по корням, поваленным стволам, камням. Мы вытащим вас всех в течение часа, так что соблюдайте спокойствие!

Голос смолк, вертолет сдвинулся немного в сторону, и тут же Акила невозмутимо произнес:

– Думаю, в четвертом форпосте была какая-то горючка, мы до нее не добрались. Но ничего, продержимся и без костров.

– Я же говорил! – заорал Эйден. – У них что-то пошло не так! Все было напрасно!

Акила, не отвечая, уже подошел к ближайшему толстенному дереву и коснулся его ствола резаком. Зазубренный диск вошел в ствол, как в масло. И скоро мы, забыв раздоры, уже помогали завалить древний дуб в нужном направлении, кроной от нас.

Закончив с первым деревом, Акила подхватил брата, поставил его на довольно высокий пень и приказал: