Елена Браун – Ричард III и его время. Роковой король эпохи Войн Роз (страница 59)
В это же время переговоры о браке Генриха Тюдора и Елизаветы Йорк приостановились. Возможно, мать невесты перестала считать такой союз выгодным. Тюдоры спешно начали искать замену, но сколько-нибудь подходящие варианты отсутствовали – без поддержки сторонников Эдуарда IV Тюдорам было попросту не на что рассчитывать. Любопытно, что именно в тот момент пошли слухи, будто бы Ричард III намерен жениться на своей племяннице. Вероятно, таким способом Тюдоры пытались опорочить и короля, и клан Вудвилей, которые пытались играть на два лагеря. Например, брат вдовствующей королевы – Эдуард Вудвиль, по-прежнему оставался в Париже и казался верным соратником Тюдоров.
Время очевидно работало против оппозиционеров – Ричард III успешно возвращал себе доверие людей, выдвинувшихся при Эдуарде IV. Неудивительно, что регентша Франции и окружение Генриха Тюдора поспешили начать подготовку к военным действиям.
Ричард также готовился к обороне. Разумеется, новый сбор войск потребовал серьезных затрат. В казне денег не было, оставалось прибегнуть к займам. Тем не менее Ричард не вернулся к публично осужденной им практике беневоленций. Он именно занял денег у британских купцов и городов, причем под надежные гарантии. Монарх обещал возвратить заем не позже, чем через два года. Конечно, и к займам англичане отнеслись без восторга, но все же это было гораздо лучше беневоленций.
Т.к. было неизвестно, где именно высадятся мятежники, приготовления шли по всему королевству. В апреле Ричард III приказал сэру Джорджу Невилю патрулировать Ла-Манш и берега Кента. Виконта Ловелла послали охранять южное побережье. Герцог Норфолк должен был оставаться в Восточной Англии, чтобы контролировать не только этот регион, но и подступы к столице. Что касается Лондона, Ричард III позаботился об укреплении Тауэра – в крепости были собраны большие запасы оружия и продовольствия. Защиту столицы поручили констеблю Тауэра Роберту Брекенбури.
Пожалуй, главной «головной болью» на тот момент был Уэльс. Этот проблемный регион почти всегда поддерживал выступления против королевской власти. Но в данном случае дело было куда серьезнее – по отцу Генрих Тюдор был валлийцем, и его сторонники не уставали повторять, что в жилах Тюдоров течет кровь древних королей Уэльса. К тому же после смерти Бэкингема исчезла сила, способная контролировать западное княжество. Разумеется, далеко не все валлийцы были сторонниками Тюдоров, но именно там мятежники могли рассчитывать на максимальную поддержку.
В середине июня 1485 г. Ричард III попытался обезопасить наследников дома Йорков. Все они были собраны в замке Шериф-Хаттон в окрестностях Йорка (кстати, именно там заседал Совет Севера). В Шериф-Хаттон нашли приют: Елизавета Йорк и две ее сестры; сын Джорджа Кларенса юный граф Уорвик; незаконнорожденный сын Ричарда лорд Глостер. Наконец, в замке находился и официальный наследник престола – Джон де ла Поль граф Линкольн.
Примерно в это же время король возвратился «на свой пост» в Ноттингем. Этот замок по-прежнему не нравился Ричарду, но стратегически выгодное расположение оказалось гораздо важнее эмоций. 21 июня Ричард III издал очередную прокламацию против бунтовщиков, а 22-го числа приказал своим подданным во всех частях королевства быть готовыми к бою. Шерифам категорически запрещалось покидать графства. По всему побережью были расставлены патрули.
Шпионы короля доносили, что корабли Тюдоров вскоре направятся к берегам Англии. Обстановка становилась все более напряженной, и Ричард III делал все возможное, чтобы обеспечить лояльность лордов. Самые большие сомнения вызывал клан Стенли, члены которого уже не раз меняли свои политические симпатии. Позиция Стенли была очень важна, так как они занимали целый ряд ключевых должностей – сэр Уильям Стенли был верховным судьей Северного Уэльса и имел обширные владения в Шпоршире; его брат Томас лорд Стенли и его племянник лорд Стрендж были самыми крупными сеньорами в Чешире и Ланкашире. С одной стороны, Ричард всячески благодетельствовал Стенли, например, передал им значительную часть земель, конфискованных у Бэкингема. С другой, Томас Стенли был женат на матери Генриха Тюдора – Маргарет Бофор, и перспектива стать отчимом короля была довольно заманчивой.
В двадцатых числах июня Томас Стенли неожиданно попросил разрешения покинуть ставку Ричарда в Ноттингеме и вернуться в свои имения. Сэр Томас утверждал, что домашние дела требуют его присутствия, и уверял, что даже если вторжение состоится в ближайшее время, он будет полезнее королю не в Ноттингеме, а в собственных землях, где сможет собрать своих людей и дать отпор бунтовщикам. Ричард III не мог позволить себе отказать могущественному вассалу, но потребовал, чтобы при его дворе находился старший сын Томаса Стенли лорд Стрендж. Молодой лорд действительно приехал в Ноттингем, его тепло приняли, но все понимали, что фактически он являлся живым гарантом лояльности собственного отца.
С точки зрения современного человека, методы Ричарда могут показаться не совсем благовидными, но в Средние века заложничество было вполне обычным делом. Например, уезжая из Парижа, Генрих Тюдор оставил французам двух своих сторонников – маркиза Дорсета и Джона Бурчера. К тому же Стенли действительно пытались «играть на обе команды». Пока Томас Стенли заверял Ричарда III в своей лояльности, его жена Маргарет Бофор собирала деньги для своего сына Генриха Тюдора. Вместе с деньгами Тюдор получил заверения, что семья Стенли целиком и полностью на его стороне.
В конце июля Ричард III узнал – сторонники Тюдоров завершили военные приготовления и готовы отплыть в самое ближайшее время. 11 августа 1485 г. королю с некоторым опозданием донесли, что высадка уже состоялась – 7 августа корабли Генриха Тюдора пристали к берегам графства Пемброк в Южном Уэльсе. Выбор был не случаен – Джаспер Тюдор имел обширные земельные владения в этой части королевства, кроме того, летом 1485 г. на сторону Тюдоров перешли несколько знатных валлийских родов. В распоряжении претендента на престол было более 4000 солдат, нанятых на французские деньги. Кроме того, его сопровождали около 400 англичан-изгнанников и отряд шотландцев.
Королевские войска в Уэльсе находились под командованием двух верных соратников Ричарда III. Южное побережье контролировал Ричард Уильямс, юго-восток – Джеймс Тирелл. Как уже было отмечено выше, Тюдоры не располагали значительными силами. Неудивительно, что они попытались уклониться от встречи с отрядами Уильямса и Тирелла, миновать крепости, занятые королевскими войсками, и владения сторонников короля. Затея полностью удалась – сколько-нибудь крупных столкновений в Уэльсе не было, но не было и широкой общественной поддержки восставших.
Против Генриха Тюдора работал целый ряд факторов. Генрих покинул Англию еще ребенком, его там почти никто не знал. Права новой династии на престол выглядели, мягко скажем, сомнительными. Наконец, в 1485 г. Генрих не являлся по-настоящему самостоятельной политической фигурой. Он провел большую часть жизни в плену, не имел ни военного опыта, ни навыков ведения интриги. Это был как раз тот случай, когда «короля делала свита» – противники Ричарда III объединились вокруг единственно возможного кандидата на престол, полностью контролировали его действия и, вероятно, рассчитывали, что такое положение дел сохранится даже после смены династии.
При продвижении через Уэльс силы бунтовщиков возросли, но не на порядок. Кто-то поддержал Генриха потому, что он был их соотечественником, кто-то поверил прокламациям, обещавшим возвратить Уэльсу древние свободы; но большинство присоединившихся к войску мятежников были вассалами или свитскими Тюдоров, Стенли и их сторонников. Кстати, сразу же после высадки Тюдор обменялся со Стенли посланиями и в дальнейшем продолжал поддерживать связь.
Как только армия Генриха Тюдора покинула Уэльс, стало ясно, насколько непрочен их успех. 17 августа бунтовщики подошли к Шрусбери, расположенному на границе Уэльса и Англии. Особенности местности не позволяли обойти этот населенный пункт, поэтому мятежники потребовали дать им пройти через город. По данным хроники Шрусбери: «Крепостные ворота были наглухо закрыты, решетки опущены. Посланник того, кто еще считался графом Ричмондом, приблизился к воротам города и передал приказ распахнуть их перед законным королем Англии. Бейлиф и городской голова, господин Миттон, ответил следующее: он не знает никакого короля, кроме Ричарда III, которому присягал и верен, как верны и жители Шрусбери. Если Тюдор и войдет в город, то лишь через его труп: пока Миттон не упадет замертво, он не уступит и будет яростно сопротивляться „именем короля Ричарда“». Сторонникам Тюдора пришлось отступить. На следующий день благодаря посредничеству одного из приближенных лорда Стенли был достигнут компромисс. Отрядам бунтовщиков разрешили проследовать через Шрусбери, но под строгим контролем городских чиновников. Ни одному человеку, включая будущего короля, не позволили задержаться внутри городских стен. По легенде, мэр Шрусбери безумно боялся вызвать гнев Ричарда III, поэтому, когда армия бунтовщиков входила в городские ворота, он лег у них на дороге. Формально его клятва была соблюдена – Генрих Тюдор «переступил через неподвижное тело мэра» в самом буквальном смысле слова. В сущности, власти и жители Шрусбери поступили вполне традиционно – города никогда или почти никогда не принимали участия в Войнах Роз.