Елена Браун – Ричард III и его время. Роковой король эпохи Войн Роз (страница 31)

Таким образом, главной задачей Ричарда стало обеспечение лояльности северных графств. Реализовать эту цель было крайне трудно в первую очередь потому, что в XV в. политика оставалась во многом семейным делом. Назначенец, не имеющий родственных связей в регионе, не включенный в структуру дворянских союзов, оказывался в очень сложном положении. Наилучшим способом приобрести такие связи мог стать брак с одной из наследниц северных семейств. Ричард пошел именно по этому пути.

В мае 1471 г. он попросил Эдуарда IV дать разрешение на свадьбу с младшей дочерью Создателя Королей – Анной Невиль. Очевидно, что главным побудительным мотивом в данном случае был расчет. Обсуждать действия Ричарда с точки зрения современного человека – наивно и бесперспективно. По меркам эпохи и сословия, единственным достойным основанием для выбора жениха или невесты должны были служить интересы семьи. Пример Эдуарда IV показывает, что брак, заключенный по любви, без учета политических и имущественных соображений, воспринимался как откровенно неудачный, неблаговидный союз, следствие недостойного помутнения рассудка. Такой подход вовсе не исключал привязанности между супругами, но любовь была не причиной брака, а своего рода бонусом, который мог сделать союз еще более привлекательным.

Впрочем, в случае Ричарда и Анны выбор между любовью и долгом мог и не стоять. Мы знаем, что в итоге их брак оказался очень удачным. К сожалению, сохранившиеся документы не позволяют сколько-нибудь обоснованно рассуждать о чувствах жениха и невесты. Возможно, любовь пришла к Анне и Ричарду уже в браке (именно такое развитие событий в XV в. считалось идеальным), возможно, они симпатизировали друг другу еще с детских лет.

И тот, и другой вариант вполне возможен. Препятствий для возникновения чувства не были никаких. Жених и невеста принадлежали к одному социальному слою, были молоды (Ричарду исполнилось 18 лет, Анне 15) и недурны собой.

Долгое время историки представляли Ричарда Глостера гротескным горбуном с кривыми ногами и уродливым лицом. На самом деле в его внешности можно было найти только два недостатка – небольшой рост и не вполне прямую спину. Исследование останков Ричарда III показало, что он с детства страдал сколиозом, т. е. боковым искривлением позвоночника. Чуть ниже плеч позвоночник Ричарда изгибался влево, искривление заканчивалось на уровне нижних ребер. Под одеждой этот дефект был малозаметен. Не раз видевший герцога Глостера Джон Роуз писал, что он выглядел вполне обычно, только правое плечо казалось несколько выше левого. К сожалению, прижизненных портретов Ричарда III не сохранилось. Копиисты начала XVI в. запечатлели сероглазого, русоволосого мужчину с тонкими, одухотворенными чертами лица. Пластическая реконструкция подтвердила, что герцог Глостер выглядел именно так. Считать ли его красавцем – вопрос вкуса, но уродом Ричард не был ни в коем случае.

Разумеется, дело было не только во внешности. В 18 лет Ричард уже был опытным воином; в битвах при Барнете и Тьюксбери он проявил не только личную храбрость, но и недурные способности военачальника. Герцог не слишком любил турниры и никогда в них не участвовал, но назвать его нерыцарственным вряд ли возможно. В библиотеке Ричарда была целая подборка книг о короле Артуре и других, как тогда выражались, «героях древности». Впоследствии знаменитый первопечатник Кэкстон посвятил Ричарду III перевод трактата «Кодекс рыцарства», так как «никто не поймет эту книгу лучше, чем он».

Наконец, Ричард не был новичком в любовных делах. К моменту вступления в брак у него уже было двое внебрачных детей – Джон и Екатерина. К сожалению, точные даты их рождения неизвестны. Необходимо подчеркнуть, что наличие незаконнорожденных детей для аристократа XV в. было не исключением, а правилом. Средневековая мораль была строга по отношению к женщинам, но исключительно снисходительна к мужчинам. Подавляющее большинство дворян имело связи на стороне, причем никто не считал, что они обязаны признавать бастардов и принимать хоть какое-то участие в их воспитании. Если рыцарь дарил матери своего ребенка сколько-нибудь заметную сумму денег, этого было вполне достаточно. Если речь шла о постоянных выплатах, окружающие считали отца человеком щедрым, ответственным и благородным.

В этом отношении герцог Глостер был типичным представителем своего времени. Его первым ребенком, по-видимому, был Джон. Незаконнорожденный сын Ричарда носил прозвище Понтефракт. Обычно такое прозвище указывает на место рождения. Если допустить, что Джон появился на свет там же, где был зачат (а это кажется вполне логичным), то у историков появляется шанс определить временные рамки первого серьезного увлечения Ричарда. Герцог Глостер постоянно бывал в Понтефракте в 1465–1468 гг., когда находился под покровительством Уорвика. Принимая по внимание, что в 1465 г. Ричарду было всего 13 лет, более вероятно отнести рождение Джона к 1467–1468 гг. В этом случае герцог Глостер впервые стал отцом в 15–16 лет, что для XV в. было вполне нормальным.

Ричард III признал своего сына, а после восшествия на престол посвятил его в рыцари и назначил капитаном Кале с условием, что Джон полностью примет командование по достижении 21 года. Эта оговорка имела смысл лишь в том случае, если возраст Джона был более-менее близок к совершеннолетию. Таким образом, мы снова получаем примерно те же даты – 1467–1468 гг.

Майкл Хикс предполагает, что первой возлюбленной Ричарда была проживавшая в то время в окрестностях Понтефракта дворянка Алиса Берг. Он основывается на единственном обстоятельстве – в 1474 г. Ричард пожаловал Алисе пожизненную ежегодную пенсию в 20 фунтов. Доводы М. Хикса кажутся несколько сомнительными, так как в 1474 г. Алиса Берг исполняла обязанности придворной дамы супруги Ричарда, а сестра Алисы – Изабелла – была нянькой законного сына герцога Глостера. Сомнительная с точки зрения нравственности картина абсолютно не вяжется с тем, что нам известно о семейной жизни Ричарда.

Что касается дочери Ричарда III Екатерины, то она, скорее всего, появилась на свет через 2–3 года после своего кровного брата, но в любом случае не позже 1470-го. Дело в том, что в 1484 г. Ричард официально признал Екатерину своей дочерью и выделил ей земли в приданое. Такое пожалование могло быть законным, только если девушке уже исполнилось 14 лет.

Итак, к 1471 г. Ричард уже дважды становился отцом. Это никоим образом не должно было уронить его в глазах невесты. Наличие бастардов гарантировало, что молодой герцог Глостер здоров, и брак не останется бесплодным.

Не стоит забывать и о материальной стороне дела. После реставрации Эдуарда IV Ричард стал более чем заметной политической фигурой и считался самым завидным женихом Англии.

К сожалению, о невесте Ричарда мы знаем очень мало. Недавно написанная Майклом Хиксом биография Анны Невиль еще раз показала, что этой женщине суждено остаться одной из самых загадочных фигур XV столетия. Все, что нам известно, касается исключительно формальной, публичной стороны жизни Анны. Не осталось ни личных писем, ни автографов, ничего, что позволило бы сказать, что она на самом деле думала и чувствовала.

Собственно, даже внешность Анны может быть описана лишь приблизительно. Не сохранилось ни одного ее портрета, за исключением крайне условных, схематичных изображений в геральдических свитках. Единственное словесное описание, оставленное капелланом Уорвика Джоном Роузом, практически лишено индивидуальных черт. Роуз сообщает, что Анна была блондинкой, держалась любезно и имела безупречную репутацию.

Чуть больше информации дает Кройлендская хроника, которая упоминает, что на Рождество 1484 г. Анна Невиль и дочь Эдуарда IV Елизавета надели одинаковые платья. Хронист также сообщает, что женщины были схожи лицом и телосложением. Портреты Елизаветы Йорк показывают нам цветущую белокожую девушку с выразительными светло-карими глазами. Вероятно, Анна Невиль была примерно такой – бесспорно привлекательной, но не красавицей в классическом смысле этого слова.

Характер невесты Ричарда описать так же сложно, как и ее внешность. Она определенно не была ни яркой кокеткой, ни бунтаркой. Всю жизнь Анна Невиль поступала как должно – она была покорной дочерью, безупречной женой, хорошей матерью и достойной королевой. Герцогиня Глостер в полной мере соответствовала требованиям эпохи, но ее образ ускользает от нас. Мы никогда не узнаем, была ли эта женщина веселой, жизнерадостной или печальной, скромной или острой на язык, любила ли она наряжаться или предпочитала проводить время в молитвах.

Как бы то ни было, в мае 1471 г. герцог Глостер испросил королевского согласия на брак с Анной Невиль. Ричард относился к той категории людей, которым ничто не дается без борьбы. Его выбор отвечал всем требованиям эпохи, был одобрен королем, и тем не менее натолкнулся на серьезное сопротивление… со стороны его среднего брата – герцога Кларенса. Проблема возникла осенью 1471 г.

Дело в том, что летом у Ричарда почти не было времени на ухаживания – едва получив согласие короля на брак, он вынужден был начать собирать войска для новой военной кампании. Беспорядками в Англии, как обычно, воспользовались шотландцы. Впрочем, в данном случае некоторая пауза в отношениях Ричарда и Анны была вполне уместна, ведь невеста носила траур. Напомним, что в декабре 1470 г. 14-летняя Анна Невиль была выдана замуж за сына королевы Маргариты – принца Эдуарда Ланкастера. Как минимум до середины ХХ в. большинство авторов рассматривало этот союз таким, каким его обрисовал Шекспир – юный и прекрасный принц женится на нежно любящей его девушке; затем Эдуард трагически погибает, и молодая жена буквально не помнит себя от горя.