Елена Богданова – Полюбить Рождество (страница 4)

А он… смеётся.

— Я бы предпочёл называть это настойчивостью.

И я уже открыто улыбаюсь ему в ответ.

— Что ж, будем надеяться, что твоя настойчивость выручит нас, когда Дима узнает правду о лжи, которую я собираюсь скормить ему и нашим родителям.

Я вошла в квартиру и застыла у порога.

Нет, я, конечно, догадывалась, что квартира поразит меня своей красотой. Всё-таки она находилась в элитном жилом комплексе, но чтоб настолько…

— Я, конечно, очень ценю то, что ты предложил остановиться у тебя, но… — Я запнулась, не зная, как лучше выразиться, но потом вспомнила, что Ник привык к моей прямолинейности… не то, что Миша… — Похоже, тут проходил детский новогодний утренник, а я не успела на это веселье.

— Неплохое сравнение, — рассмеялся он. — Я приглашал дизайнера, которая обставляла квартиру, ну, и попросил её заодно ещё и украсить к Новому году до моего приезда. Она немного… увлеклась.

Я посмотрела на мишуру, свисавшую буквально отовсюду. И гирлянды, обвивавшие даже те предметы мебели, которые не следовало украшать огоньками. Рядом с эко камином стояла гигантская ёлка, которая чудом не падала от веса огромного количества игрушек. Боже, да это прям, как из фильма «Один дома»

— Мягко говоря, — хмыкнула Аня. — Она, наверное, подумала так же, как и я.

— О чём ты?

Ник забирает у меня сумочку и пуховик, и вешает их на вешалку.

— Ну, что у тебя жена, дети…

— Может быть. — смеётся Ник и подталкивает меня в спину. — Я хотел переделать всё, но у меня не было времени.

Я прохожусь по помещению, исследуя каждый уголок как Лаки, когда впервые попал ко мне в квартиру. Только я не нюхаю всё подряд, а прохожусь пальцами по поверхностям мебели.

— Потому что сезон новогодних праздников — это не только приятные хлопоты, но и несчастные случаи?

— Ага. — отвечает он за моей спиной. По позвонкам бежит холодок, а в руках появляется мелкая дрожь. И я понимаю, что он стоит на месте и просто наблюдает за мной. — А этот сезон выдался особенно тяжёлым. Именно поэтому я, простой волонтёр, принимаю участие в тушении пожаров уже почти две недели, с того самого дня, как вернулся сюда.

— Неужели, так много случаев?

— Морозы…

— А я и не знала о твоем возвращении. — выдавливаю из себя тихо.

— Димка был в курсе. Наверное, забыл тебе сказать.

— Похоже на то.

Сомневаюсь я что-то. Чтоб Дима что-то забыл?

Дима избегает меня с тех пор, как объявил о дате своей свадьбы, которая должна состояться под Рождество, точно как моя собственная, год назад. Мне казалось это хорошей идеей. Новый год — вся семья в сборе. Рождество — рождение новой семьи… Но так казалось только мне… А в особенности стал избегать разговоров после того, как Лиля попросила меня выступить в роли свидетельницы.

Свидетельницы! Может, брат не рассказал мне о возвращении Ника именно по этой причине, а не потому, что не хотел, чтобы я знала. После того как Дима застал меня и Ника целующимися, утекло много воды. Так что его поведение не имеет ничего общего со злостью, которую он испытывал по отношению к нам тогда. Хотя кто его знает…

— Аня? — Ник касается пальцами моего плеча, и я возвращаюсь в реальность.

— У тебя потрясающая квартира, — говорю первое, что приходит на ум.

Снова осматриваюсь по сторонам и разглядываю светло-зелёные стены гостиной, мебель светло-серого цвета и огромные окна с потрясающим видом на новогодний город. Потом перевожу взгляд на мраморные поверхности столешниц и глянцевую ультрасовременную бытовую технику кухни, отделанной в спокойных серо-белых тонах.

А затем снова смотрю на соблазнительного мужчину, который смотрится посреди всего этого очень по-домашнему. Мы на миг встречаемся взглядами, и я опять теряюсь. Абсолютно. Не знаю, что должна делать сейчас. И от этого моё сердце против воли пускается в дикий пляс. Поворачиваю голову в сторону, будто бы просто рассматриваю обстановку, а внутри всё переворачивается.

— Я хотела сказать, — постаралась придать своему голосу как можно больше спокойствия. — Что мне очень нравится то, что можно разглядеть под этим ворохом мишуры.

Ник в ответ же громко захохотал.

И я не удержавшись, тоже расплылась в улыбке.

— Что ж, мистер Праздник, не покажете мне, где тут у вас ванная комната?

Глава 4 Никита Демьянов

Когда после школы Ник решил стать фотографом, он следовал велению своего сердца. Ему нравилось видеть привычные вещи в новом ракурсе, не так, как видели другие. Сначала он размещал свои снимки в Интернете, а когда получил первый запрос на их использование, понял, что может превратить свою страсть в деньги.

Вскоре его работы стали широко известными, и редактор одного из популярных журналов о природе связался с ним, чтобы предложить работу. Так благодаря страстному увлечению фотографией у Ника появилась возможность утолить свою жажду странствий.

Он считал, что получил такой старт в свои двадцать с небольшим, только благодаря фамилии. Отец владел медиаимперией, доставшейся ему в наследство от своего дяди, а тот в свою очередь получил её в наследство от своего отца.

С такими связями и финансовой поддержкой Ник мог выбрать любое занятие, которое нравилось ему самому и могло приносить пользу окружающим. И инвестировать деньги, в которых не нуждался, в недвижимость не только дома, в России, но и в любой точке земного шара.

И всё это время Ник избегал мыслей о том, чтобы остепениться и пустить корни. Хотя не мог отрицать, что ему нравилось иметь свое собственное жилье. Место, в котором он не просто останавливался, но и жил.

Он гордился своей квартирой. Особенно теперь, когда в ней появилась Аня.

Почему-то именно сейчас, глядя на маленькую фигурку в мешковатом свитере и джинсах, я ощущаю себя дома. Словно это она, находясь среди всей этой мишуры, создаёт уют и домашнее тепло, которого мне так не хватает. И мне хочется чтоб так было всегда… От осознания этого кровь замедляет свой бег, и мне становится адово горячо.

Так стоп. Это же Анчоус, сестра лучшего друга…

Проводив её в гостевую спальню, отправился к себе, чтобы принять душ. Включив воду, судорожно выдохнул, чувствуя, как расслабляется напряженное тело, и только царапины, доставшиеся в подарок от кота, доставляли небольшой дискомфорт.

После душа натянул чистые брюки и, прихватив с собой футболку, пошёл на кухню, где находилась аптечка.

— Я думала, они оказали тебе необходимую помощь в больнице.

Я как раз держал в руках тюбик с мазью, когда на пороге кухни появилась Аня. Посмотрел на неё, и дыхание перехватило от того, как она выглядела в моей футболке и шортах.

Бля-я…

Во рту моментально пересыхает. Образовавшийся в горле ком нечем, мать вашу, не протолкнуть.

Вещи были слишком велики для неё, но сидели на ней намного лучше, чем на мне.

Ну, а я, конечно, сволочь такая, не могу не пялиться. Рассматриваю всё. За грудиной всё сбивается в один жгучий узел. Затягивает так, что дышать уже просто нереально. Только сипеть через раз.

— Д-да, — выдавливаю из себя. — А ещё они поверили мне на слово, когда я сказал, что у меня нет внешних телесных повреждений.

Аня подошла ближе, и я ощутил фруктовый аромат геля для душа, который поставил в ванную гостевой спальни. Черт, этот гель пахнет на ней намного соблазнительней, чем в бутылочке.

— Какие ещё повреждения? — переспросила она, и, хотя я попытался спрятать царапины, она заметила их и ахнула. — Это Лаки поцарапал тебя?

— Нет. — смеюсь, чтобы выйти как-то из ступора. Получается хрипло, до скрипа. — Это был какой-то другой кот, которого я сунул себе под куртку.

— Прости, — бросила Аня и, отобрав у меня мазь, начала осторожно смазывать ранки. От её прикосновений ловлю озноб, прежде чем всем телом каменею. — Прости, — повторяет она. — Очень больно? Я не ожидала такого рвения от Лаки.

— Ничего страшного, — толкаю глухо только для того, чтобы скрыть часть физических реакций.

— Не согласна.

Её прикосновения оставались легкими, мягкими, но когда её рука скользнула чуть ниже, к царапинам у пояса брюк, я схватил её за запястье.

— Аня, я в порядке. — хриплю, заставляя её оцепенеть.

Мои слова прозвучали немного резко, вызвав удивление с её стороны. Но это лучше, чем дать ей коснуться живота чуть ниже и получить непредсказуемую реакцию моего тела. Или очень даже предсказуемую? А я и так с трудом держал себя в руках.

— Извини. — краснеет и виновато опускает взгляд.

Пульс так яростно стучит в висках, что, кажется, из ушей пар повалит. Но я забиваю на это и по привычке ухмыляюсь, типа у меня всё в порядке.

— Не стоит извиняться.

Я по-прежнему держал её за руку, когда Аня подняла глаза и посмотрела на меня. Её взгляд… Он, мать вашу, такой коктейль эмоций выдаёт, что мой мир пошатнулся.

Анна Смирнова.